Ублюдки…
Вот только пустой взгляд «видел» тех, кто отслеживал сейчас нити, по которым шли потоки информации… Вытягивая, выискивая, вычерчивая схемы и называя имена…
Точка, где «вывалился» вырванный из прыжка щитоносец известна была только своим.
— Ненавижу, — выбивая из небытия, протянул вдруг Антон.
Я тоже ненавидела. Оставалось понять — кого.
— Серый четыре… Бот в зоне поражения…
— Саша…
— Справлюсь, — едва ли не обиженно, отозвался тот. Еще и посмотрел… мол, где твоя совесть, капитан!
— Саша… — повторила я, перебросив на закрытый канал. — Твой — мостик. Делай, что хочешь, но…
— Все ңастолько хреново? — криво улыбнулся он.
— Нам есть ради кого жить! — вместо ответа отрезала я.
И ведь не обманула. Нам было ради кого…
Пятнадцать минут…
— «Эссанди» выставил желтый…
— Капитан, потеряли четвертую трескалу. Идем на двух…
Суки!
Я обещала себе не ругаться, но сдержаться и на этот раз не смогла.
— Принято. Юл…
— Извини, мам, но тут я не всесилен, — хрипло отозвался сын.
Я все понимала, но… Две трескалки вместо шести… Очень походило на самоубийство.
— Внимание! Залп…
На этот раз не просто дернуло — едва не вырвало из ложемента. Ремни удержали, но в груди что-то хрустнуло, на вдохе резануло болью…
— Капитан, телеметрия…
— Нахрен твою телеметрию! — хрипло нахамила я Стасу.
— Капитан, первый…
— Слай, мать твою!
— Бывает, капитан… — в его смехе послышалось что-то от безумия. — Тут со связью…
— Извини, капитан, но больше я не вытянул, — «повинился» Дальнир, когда он тарса «осталась» лишь тишина.
Безумие?!
Кто тут говорил о безумии…
— Капитан, серый шесть…
— Вижу, Дальнир, вижу…
Трое против десяти СиЭс… Еще четверых нам удалось «уложить».
— Захват, цель взял…
— Залп…
— Перехват невозможен…
— Уклонение…
«Дальнир» подпрыгнул, «рухнул», словно свалился в пропасть…
— Что у нас?!
Контрольная карта моргнула, зафиксировалась…
— Долбануло маршевые. Главный генератор… Нагрузка на вспомогательных…
Доклад Юла оптимизма не добавил. В тақом режиме мы отработаем минуты четыре, потом…
Про потом думать не стоило. До подхода эскадры Джориша оставалось в три раза больше…
— Капитан, у тебя одышка…
Голос Стаса не вырвал из расклада, наложился, добавляя ему ещё один штрих.
— Капитан, здесь — третий! Канир Лаэрье — наш. Жив, относительно здоров…
— Принято, Рэя, — чувствуя эту самую одышку, отозвалась я. Хотелось улыбнуться…
— Капитан, извини, но я, похоже, все… — взгляд Сашки был… мертвым.
— Демоны тебя задери! — рявкнула я, приподнимаясь в ложементе. — Я тебя, суку, под трибунал… Только попробуй сдохнуть…
— Вот это я понимаю… — не то восторженно, не то обескураженно протянул Антон.
А ведь молчал… Последние минут пять молчал, если на что и реагируя, так на команды…
— Принято… — Аронов не вскинулся, но в черноте глаз прояснилось… яростью! Непримиримостью! — Если сдохну — под трибунал…
— Твари! — рухнула я обратно в кресло. В груди опять резануло болью, в горле булькнуло… отдавшись во рту металлом…
— Капитан, «Тсерра» — красный…
— Разгонные на мощность, готовнось сброса маршевых…
Про «Тсерру» я не пропустила, но…
Сейчас каждый отрабатывал за себя!
— Принято, — голос Юла был усталым, — разгонные на мощность. Мам…
Мой корабль всегда был для него самым безопасным местом…
— Внимание. Угроза поражения… Левый борт…
— … отрабатываю перехват…
— Маневр уклонения…
— Не пора что-нибудь… сентиментальное… — Дарил на экране так и не появился, но мне было достаточно и интонаций.
— Хочешь передать Индарсу, что я его любила? — скривила я не желающие слушаться губы.
Нашел время…
Впрочем, при таком раскладе, как этот, другого могло и не оказаться.
— А ты его действительно любишь? — в голосе демона появилось что-то от любопытства.
— Пусть это будет тебе… — в горле вновь бульнуло, стерев звуки…
— Капитан?! — вкатился Дарил в зону визуализации.
— Здесь — капитан, — с трудом откашлявшись, просипела я. — Ты себя…
Удар выбил из ложемента, оставив за гранью все, что хотела, могла, должна была, но… так и не произнесла.
Все, на что хватило — простонать имя сына, когда на бликующим визоре командного на стикере технического отсека Дальнир выставил красный вымпел…
Все, на что хватило…
* * *
— Таши, демоны тебя…
Ощущение, что резануло по җивому, заставило открыть глаза.
Мягкая серость… Приглушенный свет…
Чья-то исполосованная рваными ранами физиономия…
Тарас…
— Что с Юлом?
Ангел наклонился ниже…
— Не мешай, — невозмутимо отодвинул его Стас. — У Юла — контузия, пара переломов и ушибы. Аварийная система сработала…
— Таши… — Тарас опять попытался залезть Стасу под руку, но его вновь отпихнули. На этот раз Антон.
— Кто на мостике? — я попробовала приподняться, но фиксаторы удержали, не позволив даже шевельнуться.
— Заткнулись все! — вместо ответа рыкнул Стас. Вогнал в плечо содержимое ещё одной тубы, обернулся… — Антон… — повернувшись, избежал он моего взгляда.
— Понял, — откликнулся тот. — Тарас…
Дожидаться, когда ангел отправится вслед за Сумароковым, Стас не стал, наклонился ко мне:
— Мы на борту «Ирхачи». Корпус «Миджари» вступил в бой.
Вместо реакции на его слова, закрыла глаза. Всего на миг, но, чтобы окончательно прояснилось, хватило и этого.
Корпус «Миджари» вступил в бой…
Прошли не только те, оставшиеся до подхода эскадры Джориша минуты, но и ещё как минимум час.
— Тебя на операционный, но я настоял, что бы привели в сознание.
Я посмотрела благодарно. И не важно, что до этого было вроде как все равно, зная, мне будет легче.
Или…
— «Тсерра» и «Эссанди» тоже здесь, — Стас не стал затягивать паузу. — Раненых много, но обошлись без окончательного выбытия. Есть тяжелые, по всем — стабильно. Канир Лаэрье на борту «Рэйкама», группа Рэи — там же. У нее один в критичном, самариняне обещали чудо, я в них верю.
— Аршан? — выдавила я из себя.
Состояние было из тех, когда сдохнуть — за благо.
— Вытащили, — не без задора отозвался Стас. — Когда узнал, кто именно прикрывал эвакуацию, говорят, позеленел.
— Слай? Рэй?
Стас опять качнул головой — говорить мне точно не стоило, но требовать заткнуться не стал:
— У Слайдера досталось всем. Контузия. Если бы не Кирьен и Кайман, все могло быть и хуже. В группе Рэя лишь ушибы, ну и культурный шок. От выразительного молчания кангора до сих пор не отошли.
Я улыбнулась… едва-едва, на большее просто не хватило сил.
Аршан он такой…
— Что касается тебя… — Стас чуть отстранился, вздохнул. — Серьезное сотрясение, многочисленные ушибы, сломаны три ребра, пробито легкое, разрыв печени, внутреннее кровотечение.… Про количество тонизатора, добавившего нагрузку, напоминать, думаю, не стоит.
«Это ведь еще не все?» — взглядом спросила я, ощутив, как он «напрягся», «ушел в себя».
— Ты закончила бой, — резко, не давая себе возможности передумать, продолжил Стас. — Прикрыла «Дальниром» спасательный катер.
— Не помню… — не прошептала, одними губами произнесла я.
Рывок — помнила. Алый стикер на бликующем визоре — помнила. И даже свою мысль о сыне — тоже помнила.
Стас осторожно коснулся моего лица. Мягко, только кончиками пальцев:
— Сработали боты последнего резерва. Это было страшно…
Сейчас бы разрыдаться, испугавшись того, что он сказал. Или… напиться, вымывая из себя осознание…
Боты последнего резерва…
Я была фактически мертва!
— Но и это еще не все, — выпрямился он. Оглянулся, поднял руку, показав кому-то невидимому два пальца. Вновь посмотрел на меня: — Крепление твоего ложемента оказалось ослабленным. Валечка смотрел… По датчикам — контроль, а на деле…
