Искры звезд; точки планет; туманности, похожие на растянувшиеся по темнеющему небу серебристые облака; нанесенные мелкой штриховкой астероидные поля; линии напряженности гравитационных полей; едва заметная сетка условных границ…
На мысли, что все это — кошмарный сон, Аронов себя уже давно не ловил, но иногда вот так, как сейчас, разум вдруг зацикливался, цепляясь за обрывки незаконченной фразы, в которой война и игра перекликались в рамках созданной симулятором действительности.
— Информация по другим зонам ответственности? — оборвав его «падение», уточнил каперанг Шмальков.
Случайность, но душившую Арнова беспросветность на миг пробило… Не этим — настоящим, тем, что уже не вернешь…
Служба внешних границ, куда буквально «сослали», когда стало понятно, что быть «усредненным» тогда еще старший лейтенант просто не способен. Ставший домом «Кушнар». Встреча с «Варварой» и ее экипажем. Конвой на гибнущий Штанмар. Друзья… старые… новые. Виталий Стельков, Андрей Алябьев, Дарил Дрей, Наталья Орлова…
Параллельные линии не пересекались…
Но это в иной, не их геометрии!
— Рия, Колорна, Мирказа и Тше — под вопросом, — воспоминания не ушли, но сдвинулись, став для обуглившейся души последними якорями. Что останется, если сорвет?! — В первых двух группы каптри Иволгина зацепили интраксорные следы, однако расшифровка четкого результата не дала. От капдва Керьяну данных пока не поступало. — Аронов опять замолчал, но теперь вся передышка ушла на то, чтобы сбросить в систему соответствующий запрос. — Контрольное время выхода на связь — три нуль-нуль по опорному. Ждем.
— Значит, все-таки скайлы и стархи… — задумчиво протянул Шмальков. Отошел на шаг от тактического стола, поморщившись, забрался ладонью под воротник-стойку, растер шею. — А если Окраины? — поднял он взгляд на Шорна.
— Аналитики окончательного ответа пока не дают, — посчитав, что эта ремарка относилась и к нему тоже, заметил Аронов. Закончив, чуть напрягся, демонстрируя то ли выправку, то ли… служебное рвение: — Я могу быть свободен?
— Да, каптри, можете идти, — кивнул Шорн, продолжая изучающе смотреть на обновленную с последних сводок объемку. — А если не «и», а «или»? — задумчиво протянул он, встав на место Аронова, когда тот, резко развернувшись, направился к выходу из оперативного.
— Не исключено, — согласился с ним Шмальков.
Вариант, при котором домоны предпочтут не распылять свои силы, нанеся удар не по двум, а по одному из «лежащих» на их пути секторов, был более чем вероятен, но продолжал оставаться только одним из возможных.
Недостаток информации… Это были его издержки.
— А знаешь… — продолжил он, но тут же «споткнулся», бросив взгляд на уже переступившего через направляющие Аронова. — Как он?
Шорн оглянулся, успев оценить лишь скрывшуюся за закрывающейся тамбурной дверью спину.
Еще недавно казался дурашливым волчонком…
— Злой, — вновь посмотрев на каперанга, ответил ровно. — Смерть жены лишила остатков человеческого. Только холодная ярость и бескомпромиссная ненависть.
— Его можно понять… — задумчиво протянул в ответ каперанг. — За что им такое?! Совсем мальчишки!
— Сам-то старше был? — скривился Шорн.
От скайлов — только внешность и ментальный каркас. Плотное общение с людьми, да маска отступника, которую носил много лет, работая на спецслужбы кангората, изменили до неузнаваемости. Было время — жалел, понимая, что ставший вторым «я» образ осложнит возвращение на родину, теперь…
Теперь все было так, как было. Не важно, под чьи марши сражались с врагом, главное, понимали, за что!
— Не старше, — согласился Шмальков. Он — помнил… И себя, совсем еще беззубым щенком, принявшим тогда свой первый тяжелый, и друзей, какими они остались навсегда. — Что с ребенком?
— Отправили на Землю к родителям Аронова, — Артур горько усмехнулся. — Аршан был против, но подписанный кангором Синтаром брачный договор не оставил выхода.
— Паскудно это все… — Шмальков вновь посмотрел на плотно вбитую в переборку дверь.
Аронов был из тех, кто запоминается. Добродушной бесшабашностью. Преданностью выбранному пути. Честью, которая только с большой буквы. Верностью…
Про злость Шорн сказал точно… Взгляд каптри был жестким, колючим и… белесым, отливая той же сединой, что отблескивала в непослушных вихрах…
Все, что осталось от того Сашки, каким он его знал.
— Паскудно, — кивнув, согласился Шорн.
Смерть при родах физически здоровой женщины, отказавшей себе в праве жить…
Искореженная чужой волей ментальная матрица выбора ей практически не оставила.
— Что собираешься с ним делать?
Шорн ответил задумчивым взглядом, потом криво ухмыльнулся…
Где-то там были разведгруппы домонов, модифицированные архи, появление которых наводило на мысль о том, что вот-вот могла начаться вторая фаза вторжения, а здесь…
— Он — хороший заместитель, но если не дать сбросить то, что тлеет, очень быстро сгорит, — Артур отступил, расстегнул фиксатор воротника… — Хочу отправить на стажировку к Орловой, потом выставлю на разведку. Должен справиться.
— Не должен, а — справится, — согласно кивнул Шмальков. Потом протянул, с многозначительной усмешкой: — Они опять собираются вместе…
Шорн, который в этот момент думал уже о другом, недоуменно свел брови к переносице.
Лицо разгладилось буквально через мгновение, губы дернулись… чем-то задорным, залихватским:
— Фразин решил продвинуть Стелькова?
— А Соболев — Алябьева. Особая группа, резерв Коалиционного Штаба.
— Прощай Галактика Белая… — фыркнул Шорн, прекрасно осознавая, что будет, когда сбившаяся еще в бытность перехватчиками компания соберется вновь, но тут же посерьезнел: — А если ты прав, и это не кангорат или империя, а Окраины?
Шмальков сделал еще пару шагов, «протянул» взгляд через висевшие над пятью тактическими столами объемки, прищурился, оценивая тоже самое, но уже с другого ракурса.…
Люцении больше не существовало. Две оставшиеся планеты… Домоны давно могли вычеркнуть их из реестра населенных, но тянули, словно давая возможность провести эвакуацию по-максимуму.
Нет, уничтожали и караваны транспортов вместе с сопровождавшим их конвоем, но действовали… лениво, один из десяти.
Скорость продвижения ардонов вглубь Галактики тоже пусть и слегка, но замедлилась. Аналитики считали, что это связано как раз с подготовкой второй фазы вторжения, а вдруг ошибались?!
— Создание в его границах протектората? — наконец произнес каперанг, продолжая рассматривать «дышащую жизнью» картинку. — С учетом давних контактов с вольными — готовый плацдарм для новых ударов.
— И тогда следующим будет кангорат, — выдохнул Шорн. Опустил голову… — Альдоры войдут в режим не раньше, чем через три-четыре месяца…
— А это — уже наша забота, — твердо, категорично бросил Шмальков. — Знаешь, а я ведь раньше встречался с эрари Джоришем, — неожиданно продолжил он, заставив Шорна посмотреть на себя с явным любопытством. — На переговорах.
— Тех самых? — скайл отошел к встроенному в переборку транспортеру. Прихватив бутылку с водой, вернулся к столу. Сделав пару глотков, в ожидании продолжения посмотрел на каперанга. — Он же тогда еще не был лиската?
— Нет, — качнул головой Шмальков. Взгляд скользнул куда-то в сторону… Та стена, в которую уперся, называлась прошлым… — он стал им через месяц. Но решение принял именно в те дни.
— Откуда ты… — Шорн вскинулся… Недоумение сменилось чем-то похожим на горечь, но это вряд ли… — Так вы не просто встречались?
— Корабли эскадры, которой он тогда командовал, защищали «бутылочное горлышко». А моя — его пробивала.
Естественная защита сектора Самаринии… Сложная навигация, непроходимость для тяжелых кораблей, делала систему главной звезды практически неприступной.
Если бы не хитрость и оправдавшйся запредельный риск…
— Джориш тогда просто не успел, — вздохнул Шмальков. — Расчет шел не на часы — на минуты. Голова у него… — он посмотрел на Шорна. — Эрари уверен, что домоны пойдут на Окраины, потому и предложил выставить корпуса так, чтобы двумя-тремя прыжками перекрыть все возможные вектора.
