Это было... странно, неправильно. Но почему‑то не вызывало гнева.

Только пустоту.

Кейт наконец пришла в себя. Скрестила руки на груди, и взгляд стал жёстче.

– Алистор, хватит дурачиться.

– Я не дурачусь, – он невинно поднял руки. – Я дома, имею право радоваться.

– В чужом теле.

– Да, – согласился он легко. – Но надеюсь, временно.

Она посмотрела на меня – долгим, оценивающим взглядом.

– А ты, значит, девушка в его теле.

Я кивнула, не находя слов.

– И как это случилось?

Лис открыл рот, но Кейт подняла руку.

– Нет. Не ты. – Она смотрела на меня. – Хочу услышать от неё. От него. От... чёрт, как мне вас теперь называть?

Горло пересохло.

– Аделин, – выдавила я хрипло. – Меня зовут Аделин.

***

Имя повисло в воздухе – тяжёлое, реальное, моё.

Кейт повторила его медленно, пробуя на вкус:

– Аделин.

Она шагнула ближе, и в глазах читалась та внимательность, заставлявшая чувствовать себя голой. Не в физическом смысле – хуже. Будто она видела сквозь кожу, сквозь кости, прямо в душу, где я прятала всё, чего не хотела показывать.

– Хорошо, Аделин, – она остановилась в шаге от меня. – Расскажи мне. С самого начала. Как вы оказались в телах друг друга?

Слова застряли в горле. Я открыла рот, закрыла, не зная, с чего начать.

С того, как я поймала его на балу? Как отравила? Как привела в Цитадель? Как использовала артефакт, не зная последствий?

С того, что я охотник Ордена Железного Креста, существующего для уничтожения таких, как он?

Или с Джаспера?

Кейт терпеливо ждала – руки скрещены на груди, голова чуть наклонена в сторону. Не торопила, не давила. Просто... ждала.

Лис поднялся с кресла, подошёл, встал рядом. Крошечная рука легла на моё предплечье – лёгкое прикосновение, но достаточное, чтобы я почувствовала поддержку.

– Начни с артефакта, – тихо подсказал он. – Остальное потом.

Я вдохнула глубоко, выдохнула медленно. Магия под кожей откликнулась на напряжение – зашевелилась, но я заставила её затихнуть.

– Я использовала артефакт обмена, – слова вышли хрипло, но твёрдо. – Чёрный шестигранный камень. Я нашла его в архивах Ордена. Думала... думала, что он заставит его сказать правду.

Пауза.

– Но вместо этого мы поменялись телами.

– Но вместо этого, – Лис подхватил с той интонацией, бывшей смесью веселья и лёгкой истерики, – камень решил, что лучший способ узнать правду – это буквально поменять нас местами. Чтобы она могла залезть мне в голову. Буквально.

Он засмеялся – коротко, нервно.

– И вот мы здесь. Я в теле девятнадцатилетней девственницы‑охотника с комплексом спасительницы. Она в теле трёхсотлетнего короля с магией, способной спалить пол‑Подгорья, если чихнуть не в ту сторону.

Кейт провела рукой по лицу. Закрыла глаза на секунду, потом открыла.

– Боже, – прошептала она устало. – Боже, Алистор. Только ты мог попасть в такую ситуацию.

– Эй! – он возмутился. – Это не я виноват! Это она использовала артефакт!

– Ты позволил себя поймать!

– Из любопытства!

– Которое довело тебя до этого! – Кейт махнула рукой, указывая на его новое тело.

Лис открыл рот, закрыл, потом усмехнулся.

– Справедливо.

Кейт молчала. Взгляд скользнул с меня на Лиса, обратно.

– Артефакт обмена, – повторила она медленно. – Ты знала, что он делает?

– Нет, – призналась я, и стыд обжёг острее любого пламени. – Я просто... я была отчаянна. Мне нужна была правда. И я...

Голос сломался.

Кейт смотрела долго. Потом вздохнула – тяжело, устало, как человек, только что услышавший новость, которую боялся услышать.

– Боже, – прошептала она, потёрла лицо руками. – Конечно. Конечно, это случилось именно так.

Она развернулась, прошлась по комнате, остановилась у окна. Постояла там, глядя на сады внизу, где цветы всё ещё качались на ветру.

Молчание растянулось – долгое, тягучее, наполненное невысказанным.

Потом Кейт обернулась.

– Хорошо, – интонация стала деловой, решительной. – Давайте разбираться. Во‑первых – лекарь. Ты, – она указала на Лиса, – ранена. Кровь всё ещё идёт. Нужно обработать, зашить, если надо.

– Не надо, – буркнул Лис, но тон дрогнул. – Просто царапина.

– Царапина не кровоточит полчаса, – возразила Кейт твёрдо. – Лекарь. Сейчас. Не обсуждается.

Она шагнула к двери, распахнула её.

В коридоре стоял стражник – тот самый, с синими волосами и шрамом через бровь. Выпрямился, когда дверь открылась.

– Ваше Величество?

– Где лекарь? – спросила Кейт.

– Уже идёт, буквально пару минут, – кивнул стражник.

– Поторопи.

– Слушаюсь. – Он развернулся, зашагал прочь – быстро, чеканя шаг.

Кейт закрыла дверь, вернулась к нам.

– Во‑вторых, – она посмотрела на меня, – тебе нужно научиться контролировать его тело и магию. Потому что если ты потеряешь контроль...

Она не закончила, но молчание было красноречивее слов.

– Я могу научить, – вмешался Лис. – Уже начал. Она справляется... неплохо. Для новичка.

Кейт усмехнулась.

– Неплохо – недостаточно. Но это решаемо. – Пауза. – В‑третьих, и самое важное – артефакт. Нужно найти способ вернуть вас обратно.

Она подошла ближе, и взгляд стал серьёзным.

– Алистор, ты знаешь кого‑то, кто разбирается в таких вещах?

Лис задумался, потёр подбородок, жест абсурдный на женском лице.

– Может быть, – протянул он медленно. – Есть один... эксцентричный тип. Живёт неподалёку. Коллекционирует артефакты, изучает древнюю магию. Если кто и знает про обмен тел – так это он.

– Как его зовут?

– Маэлор Костоплёт.

Кейт застыла.

– Костоплёт? Серьёзно? Тот самый Костоплёт, пытавшийся четыре века назад воскресить мёртвого дракона и чуть не уничтоживший половину Подгорья?

– Он самый, – Лис ухмыльнулся. – Но с тех пор поумнел. Вроде как.

– Вроде как, – эхом повторила Кейт с сомнением. – Отлично. Просто замечательно.

Она потёрла виски, словно чувствуя приближение головной боли.

– Ладно, завтра к нему поедем. Как только Аделин немного восстановится и...

Стук в дверь её прервал.

– Войдите, – бросила Кейт.

Дверь открылась, и вошёл фейри.

Старый – на вид лет семьдесят, хотя, зная фейри, ему могло быть и триста, и тысяча. Седые волосы до плеч, перевязанные кожаным шнурком. Морщины изрезали лицо – глубокие, как трещины в старом дереве. Глаза цвета мха – зелёные с коричневыми вкраплениями – смотрели внимательно, остро, с тем спокойствием, приходящим только с веками практики.

В руках он нёс деревянный сундучок, украшенный резьбой.

– Меня звали? – тон был мягким, чуть хриплым, как шелест сухих листьев.

Старик остановился перед дверью, поклонился – медленно, с достоинством, не зависевшим от спешки королевы.

– Прошу прощения за задержку, Ваше Величество. У юной леди из Павертон случился... инцидент с ядовитым плющом. Пришлось применить противоядие.

Кейт закатила глаза.

– Конечно. Плющ. – Она отступила, пропуская его внутрь. – Входите, мастер Крокс. У нас тут более серьёзная рана, чем сыпь от растений.

Старик вошёл неспешно, окинул комнату оценивающим взглядом – задержался на мне, потом перевёл внимание на Лиса.

– А, вот она, – произнёс он просто, приближаясь. – Молодая леди, давайте посмотрим, что у нас.

Он поставил сундучок на ближайший стол, открыл. Внутри – аккуратные ряды склянок, бинтов, инструментов, блестевших в свете светильников.

– Присаживайтесь, дитя, – он указал на кресло рядом. – И покажите рану.

Лис подошёл, опустился в кресло с осторожностью, выдававшей боль. Прижал руку к боку крепче.

Крокс присел рядом на табурете, протянул руку.

– Нужно снять верх, – интонация была спокойной, профессиональной. – Чтобы я мог осмотреть должным образом.

Лис кивнул, потянулся к шнуровке и крючкам на груди, попытался расстегнуть первый крючок.

Пальцы соскользнули.