Огонь стал прорываться прямо из земли, уничтожая грядки и дом Накары. То́го закинул женщину на плечо, остальные похватали вещи и побежали, надеясь, что в стороне безопаснее, но, презрев все мыслимые законы, пламя било из-под земли, преграждая путь беглецам.

 Никому из команды не удавалось укрыться от языков пламени. Сильнее всех доставалось Эарии, который безуспешно пытался нащупать безопасную дорогу для бегства.

— Хватит! — заорала Эсса. — Хватит нас жечь! Мы поможем тебе! Слышишь, мы поможем! Отступи, дай свободу, и я клянусь, что использую свой дар на благо тебе!

Стоило девушке произнести эти слова, как вокруг её шеи и на руках возникли массивные алые цепи, наглядно демонстрируя, что клятва принята стихией.

Нико зарычал от негодования и бросился разрывать путы, но они только обожгли его и перестали быть видимыми. Эсса ощущала внутреннее давление и некоторую тяжесть, но в остальном иллюзорные оковы ей не мешали.

— Не надо, господин Стрейм, — устало попросила она, — доктор Шет, помогите ему.

Шет уже доставала мазь от ожогов, чтобы помочь посланнице, которую адмирал положил на землю. Аборигенка лежала без сознания и едва дышала, но, услышав Эссу, доктор бросилась к Нико, проигнорировав рык То́го.

— Адмирал, — обратился к нему Момо, — поднесите Накару к воде. Ей покровительствуют все стихии и пока она им нужна, они помогут лучше нашего доктора.

— Ага, я видел, как они покровительствуют, — зло бросил адмирал, но подхватил посланницу и зашёл вместе с ней в воду.

— Пока Накара слышит их и является проводником их воли, они не дадут ей умереть, — произнёс Каадавр, помогающий госпоже Шет.

Все были подавлены.

Раньше команду раздражала зависимость от настроения живого леса. Он следил, выражал недовольство некоторыми поступками, где-то подгонял, где-то словно забывал о своих гостях. Всё это подавляло и заставляло нервничать. Но теперь все почувствовали настоящее дыхание смерти.

 Эсса своей клятвой остановила медленное поджаривание команды, но никто не сомневался, какой исход их ждёт. Причем надежд не осталось не только у иноземцев путешественников, но и у леса. Все в полной мере прочувствовали рвущуюся на волю мощь стихии огня!

Когда паника прошла, девушка долго сидела и наблюдала за доктором Шет, ухаживающей за раненными. Момо порывался что-то спросить, но Эсса каждый раз прикасалась к его губам пальцем, запечатывая слова, и он молчал.

— Госпожа Шет, прошу вас, дайте мне успокоительное со снотворным эффектом, — наконец произнесла прорицательница.

— Госпожа Эсса, зачем? — подался вперёд Момо. — Вы сгорите в своих видениях и не сможете проснуться.

— В его интересах, чтобы я не сгорела! — громко произнесла девушка.

Ей было страшно.

Она уже почувствовала не только мощь стихии огня, но и её неразумную порывистость. Стихия жила инстинктами. Она соображала только в тех случаях, когда искала освобождения. Вот тут огонь сумел завести себе проводника и более-менее оберегать его, но стоит пламени вырваться, слабые зачатки разума отойдут на дальний план.

Девушка приняла у Шет таблетки и, слабо улыбнувшись доктору, попросила последить за её состоянием.

— Эсса, на что мне ориентироваться? — уточнила женщина.

— Если я буду гореть, поливайте водой, охлаждайте меня. Если сердце не будет выдерживать, то приводите в чувство.

— У тебя здоровое сердце, так что…

— Мне страшно. Я не хочу умирать от страха, — прошептала Эсса.

— Я буду рядом, — женщина уселась и взяла её за руку. — Есть техника, которая помогает помнить, что сны — это всего лишь сны. Я буду поглаживать тебя или сжимать твою руку — это напомнит тебе, что в реальности ты под защитой.

— Спасибо.

Эсса заснула быстро, и значительно возросший на этой планете по силе дар её не подвёл. Стоило огню ослабить свою подавляющую силу, как способности проявились, и девушка увидела будущее.

После небольшой передышки её дар словно бы вызрел и готов был сотрудничать с сознанием Эссы. В этот раз не было одновременного показа множества видений, в которых она путалась и боялась что-то упустить. Прорицательница смогла погрузиться в завтрашний день и спокойно следила за развитием наиболее вероятного варианта развития событий. Она видела освобождение стихии и смерть всей команды. Даже посланницу можно было назвать живой лишь условно, потому что после пережитого Накара жить не хотела.

— Ещё! — командовала Эсса и заново смотрела посланное ей видение, своей волей меняя активных участников или исправляя их ошибки, но всё равно исход был один.

— Ещё! — требовала девушка и раз за разом переживала смерть.

А члены команды заворожённо следили за тем, как ещё недавно мокрые от пота и потемневшие от гари волосы прорицательницы начинают светиться золотом и, выбиваясь из косицы, растут, закрывая ей лицо и плечи.

— Ещё… ещё… ещё…

— Что ещё? — склонился над ней Момо, и Эсса поняла, что больше не спит.

— Ты устала, а действие лекарства закончилось, — с тревогой произнесла Шет.

— Ещё, — повернула голову к доктору девушка. — У нас нет времени, а я пока вижу только смерть.

Шет дала ей напиться и протянула снотворное.

Эсса впала в забытье и вновь строила новое будущее. Раз за разом она искала ключевые моменты и меняла их, словно проходила уровень в виртуальной игре, но в реальности от её действий зависели жизни разумных. С каждым разом девушке всё сильнее хотелось наплевать на магическую клятву и приложить все силы, чтобы усилить печать, а не разрушить её! Если бы не ужасающие последствия для следующих поколений, то она бы так и сделала.

Эсса не хотела сдаваться, но у всего есть предел, и даже во сне девушка стала путаться, совершать глупые ошибки. Понимая, что уже всё бессмысленно, она остановилась и вскоре вынырнула из забытья.

На неё смотрели все, в том числе и посланница. Она уже пришла в себя, даже её волосы вновь отросли и стали разноцветными, правда теперь, едва прикрывали мочки ушей.

«Помоги!» — беззвучно попросила Накара, безотрывно глядя на Эссу, и девушка понимала, что посланница, а по сути, пленница стихий, просит вовсе не за своих покровителей.

— Я буду думать, — устало сообщила Эсса, и все потихоньку разошлись по своим делам, понимая, что пока прорицательнице сказать нечего.

Прикрыв глаза, она долго сидела и наслаждалась пустотой в голове. Думать не получалось. К ней подошла доктор Шет и предложила позаботиться об отросших во время видений волосах.

— Я всегда мечтала иметь длинные волосы, — призналась женщина, — в молодости они у меня были, но потом я легла в медицинский центр, чтобы ввести модификации, а после уже не стала восстанавливать длину. У тебя волосы очень красивые, хотя и жутковато было смотреть, как они растут. Я думаю, это напрямую связано с твоим даром и является отражением твоей силы. Береги их.

Эсса молча слушала доктора. Ей было приятно ощущать, как женщина нежно перебирает пряди, заплетает по бокам тонкие косички и красиво закрепляет их на затылке. Расслабившись, девушка лениво вспоминала всё то, что ей показали. Весь завтрашний день она уже знала назубок, но выхода так и не видела.

Первым погибал освободитель, а за ним те, кто стоял ближе всего. Эсса пробовала спасти хотя бы кого-то, но огонь распространялся быстрее убегающих людей.

— Бессмысленно, — прошептала она.

— Что бессмысленно? — задала вопрос Шет.

— Убегать. Мы все умрём.

— Это нам предначертано?

— Нет, но мы умрём.

— Знаешь, я верю тебе как прорицательнице. Мне не приходилось встречать таких, как ты. Я пыталась объяснить себе твой дар, но он вне моего понимания. Ты — как сказочное существо!

— Сказочное? — задумчиво повторила девушка. Всего одно слово вывело её на новый уровень размышлений, словно отпуская на волю дерзкие мысли, которые до этого момента казались слишком дурацкими, безумными и глупыми. Но если отбросить привычные рамки, то… — Доктор Шет, вы гений! — вскочила Эсса и бросилась к своему стражу.