— О, это здорово, но лазерного заряда хватит лет на сто, так что камни нам не понадобятся.

— Вот поэтому я их оставил возле горы.

Эсса не могла не улыбнуться. Сейчас Нико напомнил ей того парнишку, каким он был десять лет назад. Находясь в безвременье, она любила наблюдать за его неспокойным нравом, интересом ко всему новому, за тем, как он решительно отстаивал всё, что ему было дорого.

Вспомнив о своих детских мечтах, когда ей до слёз хотелось быть рядом с ним, Эсса взгрустнула. Чтобы скрыть перемену в своём настроении, она перевела взгляд на мякоть плодов, которые, по всей видимости, оказались несъедобными, и обратила внимание на то, что их сок окрасил светлый песочек в ярко-зелёный цвет.

— А ещё, похоже, вы нашли природный краситель! — чуть наиграно-восторженно заметила девушка. — Я бы выписала вам грант за такое открытие!

Нико подошёл к выброшенным фруктам, поковырял палочкой, надавливая на мякоть сильнее и, увидев пузырящийся сок, который действительно окрашивал песок, удовлетворённо кивнул.

— Знаете, это открытие не принесёт большого дохода, но, как говорится, птичка по зёрнышку клюёт.

Эсса задумчиво посмотрела на Нико. Он ни секунды не сомневался, что вернётся домой, и поэтому продолжал выполнять свою работу как представитель корпорации.

Момо хозяйничал у костра и получал за устроенный завтрак заслуженные похвалы от всей команды. Он поймал и разделал рыбу, а из принесенных ящерами фруктов сварил компот.

Довольно посматривая на завтракающих членов команды, пилот палочкой передвигал угли, под которыми запекались крупные мясистые корешки, собранные Эарии рядом с озером. Юный ящер задался целью найти еду, и его дар привёл к этим корешкам. Теперь все хотели попробовать их, чтобы понять, почему не фрукты, не сок дерева, не рыба, а крупные продолговатые корешки, растущие у влажного берега, привлекли Видящего путь.

Доктор Шет разрывалась между желанием запретить пробовать незнакомую еду и исследованием новых продуктов. Но тут решающую роль сыграл опыт выживания Драко. Нельзя сказать, что на них можно было положиться как на анализаторов пищи, так как желудок ящеров переваривал даже откровенную дрянь, но кое-что из выловленной рыбы они отбросили, сказав, что сомневаются в её полезности для людей, а остальное пошло в ход.

— Госпожа Эсса, что нам готовит сегодняшний день? — с удовольствием вылавливая кусочки фруктов из кружки и с наслаждением принюхиваясь к готовящимся корешкам, спросил адмирал.

— Жару́, — девушка даже поморщилась, вспоминая то, что видела. — Чем дальше мы будем идти, тем выше будет температура воздуха.

— А нашим жизням что-нибудь угрожает?

— Вы наступите на какую-то корягу и пораните ногу. Рану надо будет немедленно обработать, иначе к вечеру вы свалитесь, и доктор уже не сумеет вам помочь.

— Хм, — адмирал нахмурился.

— Я прослежу, — уверенно ответила госпожа Шет.

— Есть что-то ещё, на что следует обратить внимание?

— Я не уверена, но мне кажется, нас ожидают небольшие проблемы с водой.

— Отсутствие источников?

— Нет. Я видела, как мы пробовали воду и морщились.

— Тогда, может быть, попробовать природный очиститель? — предложила доктор.

— Вы имеете в виду сок того дерева, что мы вчера обнаружили? — уточнил адмирал.

— Да. Задержимся здесь на день, чтобы получить кристаллы и завтра выдвинемся в путь.

— Госпожа Эсса, — обратился Каадавр, — если мы сделаем здесь остановку, как сильно поменяем то будущее, что вы видели?

— Я пока ничего не вижу дальше следующего дня, но вариант нашего присутствия здесь видела, и могу сказать, что мы  проведём хороший день.

— Ну что ж, предлагаю сделать небольшие запасы еды, раз у нас появилась такая возможность, немного освоиться среди местной природы, а потом идти дальше, — подытожил То́го.

Все были рады этому решению.

Команде оказалось очень тяжело постоянно находиться в окружении деревьев, слушать непрекращающееся многоголосое треньканье насекомых, выкрики птиц, шелест веток, а ящеры и Эсса вдобавок к этому ощущали чужеродное внимание, которое нервировало.

Всем требовалось время, чтобы освоиться в новой обстановке и научиться отделять важное от неважного.

Весь день адмирал увлечённо искал нужные деревья и азартно собирал сок, а доктор выпаривала из него жидкость, получая кристаллизованный порошок.

Момо и здоровяк ящер ловили рыбу, Каадавр следил за огнём и госпожой Шет, а остальные драко собирали фрукты, выкапывали корешки, которые оказались очень сытными, а также подносили топливо для костра.

Нико увлёкся кручением нити из волокон «волосатого» фрукта — и к вечеру у него уже было из чего плести настоящую верёвку. Попутно он делал записи о том, что могло представлять интерес торгового отдела корпорации.

А Эсса резала принесённые ящерами фрукты, нанизывала их на леску и развешивала на просушку. Всю ночь дежурные досушивали кусочки провизии возле костра, а утром команда двинулась в путь, чувствуя себя более уверенно, чем когда они покидали место посадки.

Следующий день путешественникам запомнился лишь ухудшением качества воды, которой требовалось больше из-за жаркой погоды. И, пожалуй, команду немного волновали ящеры, которые вели себя неспокойно. Они то радовались какой-нибудь ерунде, то огорчались и готовы были страдать оттого, что окружающий мир их не любит.

Доктор Шет, видя эмоциональную нестабильность Драко, решила поддерживать хотя бы состояние старшего ящеров — Каадавра, и ей это удавалось, если только она не кидала тайком нервирующие его взгляды на адмирала.

Эсса поглядывала на ящеров и всё думала о том, что её дар, так же нестабилен, как они и сложно предугадать к чему это приведёт.

Страдающей от недосыпа девушке стало казаться, что доктор Шет была права, когда боролась с введённым в организм членов команды ядом, а Эсса сглупила, приняв его за адаптацию.

Уже готовясь ко сну и настраивая себя на то, чтобы запоминать только самое главное из обрушивающихся на неё видений, она обратила внимание на Момо. На губах её стража весь день играла отстранённая улыбка, и он не выглядел таким уставшим, как другие. Он, конечно, сильный и выносливый, но дневной переход всем дался тяжело, а пилот тащил двойной груз.

Эсса коснулась его, желая поговорить, но, когда Момо обернулся и посмотрел на неё с улыбкой блаженного, заволновалась.

Мужчина выглядел неадекватно, и она вцепилась в его руку, как будто кто-то прямо сейчас собрался отнять Момо у неё.

— Ну что вы, госпожа прорицательница, — мягко заворковал он, — чего испугались?

Пилот подтянул её к себе на колени и, усадив как ребёнка, принялся баюкать. Эсса напряглась. Было неприятно, что её берут как куклу и играют в отцы-дочки, но вырываться она не стала, наоборот, прижалась крепче и в свою очередь стала успокаивающе поглаживать своего защитника, прислушиваясь к тому, что тот говорил:

— Никто не причинит вам зла, — шептал он, — отпустите тревоги и доверьтесь своему дару.

Слова Момо совсем не успокоили Эссу, она почувствовала, что сильные тревожные эмоции накрывают её и использовала их для погружения в свой дар. Она хотела видеть, что произошло с Момо и почему тот изменился. И увидела.

Дар прорицания вернул её к озеру в тот момент, когда они только вышли к берегу.

Пилот был переполнен восторгом, и не поддаться захлестнувшим его эмоциям было сложно. Эсса невольно заулыбалась, поддаваясь его настроению. Потом она видела, с каким благоговением он вошёл в воду. Этот момент она помнила, но оказалось, что никто не заметил, как две маленькие хвостатые рыбки подплыли к мужчине и, мазнув плавничками, оставили крошечные ранки.

Момо удивлённо смотрел на потрясающе красивых рыбок и на свои ноги. Он ни единым жестом не выдал наблюдающим за ним членам команды, что с ним произошло. А ранки буквально через мгновение исчезли. Эсса ожидала, что лицо Момо перекосит от жутких ощущений, как тогда у горы, но он прикрыл глаза и счастливо улыбнулся.