— У нас есть ещё спортивные и игровые залы, где можно обучиться многим профессиям. Наше правительство считает, что получать знания можно и нужно всю жизнь.
— Там, наверное, очередь на обучающие программы?
— Где?
— Ну, в игровых залах, где можно проходить курсы.
— Пф, если бы обучение подтверждалось дипломом, а так…
— Но это такая возможность для саморазвития, и потом если будет необходимо получить диплом, уже намного легче будет снова пройти обучение и сдать экзамены, — жарко возразила девушка.
— Теоретически вы рассуждаете здраво, особенно учитывая ваш юный возраст, но практически мы все несём службу. Свободное время выдаётся не так часто, и хочется проводить его с большим удовольствием, чем тратить на учёбу, которая, может, никогда в жизни и не пригодится.
Увидев, как спутница возмущённо приоткрыла рот, капитан улыбнулся и добавил:
— Но у нас есть любители, и я бы назвал их даже фанатами из-за их одержимости познавать всё новое, так что вы не одиноки.
Капитан провёл девушку мимо нескольких столовых, по пути объясняя ей, как получать еду и что делать, если столовая уже закрыта.
— Вообще-то у нас не поощряется доставка еды в каюты. Длительное пребывание в космосе чревато стрессами, и именно в столовой старшие отслеживают поведение своих подчинённых, — пояснил он. — За едой люди расслабляются и в этой ситуации легче понять, кому необходима помощь.
— Но ведь служба круглосуточная, и как же тогда…
— Вы зрите в корень, юная госпожа, — улыбнулся мужчина. – Столовые работают только днём. Необходимо время пополнить автоматы, прибраться, продезинфицировать помещение. Возможность получить еду в каюту у нас есть, но чистоту там придётся поддерживать самостоятельно. Я вам после покажу, как заказывать обеды и ужины, куда нести мусор на утилизацию и как оформлять заказ на робота-уборщика.
— Спасибо, капитан Лемех! Буду очень признательна вам. Я часто увлекаюсь рисованием и могу многое пропустить, к тому же здесь столько народу… — Эсса замялась, не зная, как вежливо сказать, что пялящиеся на неё люди создают ощутимый дискомфорт. Она даже не подозревала, что такое внимание будет тягостным.
На Ютте ей часто приходилось находиться в толпе и ловить любопытные взгляды. Это даже казалось привычным, но тут было другое внимание — и Эсса терялась.
Возможно, её подавляло, что вокруг были высокие люди. Мужчины и женщины в форме поражали своей статью и хищной грацией, учёные тоже не особо отставали от них. Буквально все были в хорошей физической форме.
А ещё Эсса заметила, что с ней хотят общаться! Из доносившихся до неё обрывков разговоров она поняла, что всем было интересно, что она за человек, как жила в плену, что испытала, какие ужасы видела, и каково ей сейчас.
— Вы быстро ко всем привыкнете, обстановка потеряет новизну и станет обыденной, — поняв по лицу девушки, что её напрягает внимание окружающих, заметил капитан.
Прежде чем звездолёт был отправлен в экспедицию, которая могла затянуться, экипаж выполнил несколько заданий, чтобы проверить коллектив на стрессоустойчивость. Так что все уже перезнакомились, подружились и рассорились, надоели друг другу и вновь сошлись.
А сегодняшнее разбирательство — яркий пример последствия недостаточной загруженности подчинённых! Лемех давно настаивал, что необходимо гонять до седьмого пота не только военных, но и гражданских, однако учёные… эти неженки сопротивлялись и лезли во все сферы жизни на корабле со своими понятиями, проедая мозг адмиралу.
Остановившись возле незаметной дверцы, капитан пояснил:
— Мы сейчас попадём в маленькое техническое помещение, и вы посмотрите сверху на общий зал. Мне бы хотелось, чтобы давая показания, вы не оглядывались по сторонам и чувствовали себя уверенно. Поэтому, прошу. У вас есть пара минут, чтобы заранее присмотреться.
Мужчина пригласил Эссу пройти внутрь. Помещение больше напоминало каморку, большую часть которой занимала панель управления. Девушка пригляделась к значкам и поняла, что отсюда регулируется освещение зала и звуковое оборудование. Всё это было интересно, но сейчас она прильнула к прозрачной стене и с любопытством осматривала зал.
Помещение больше походило на аудиторию в алайянских высших учебных заведениях, только было намного больше. Эссе предстояло стоять в самом низу, практически окружённой возвышающимися скамьями и сидящими на них людьми. Не успела она понять, хорошо это или плохо, как капитан уже позвал её.
— Сейчас я провожу вас в комнату, и там вы не должны ни с кем общаться. Только сидеть и ждать вызова.
— А как быть, если кто-то захочет со мной поговорить?
— Обратитесь к дежурному с просьбой зафиксировать эту попытку.
— Но если кто-то просто спросит…
— Неважно. Все знают правила, и если кто-то их нарушает, наказание неминуемо. Поэтому вы тоже не должны ни с кем заговаривать, кроме дежурного, разумеется.
— Хорошо, — кивнула Эсса, проникнувшись важностью вразумления.
Дальше её ждало муторное ожидание. Никто к ней не лез с вопросами, впрочем, помимо неё в комнате ожидания было всего несколько человек, которые переглядывались и всем своим видом демонстрировали, что они сами не верят в то, что сидят тут и будут давать показания по поводу гибели незнакомого им техника.
До вмешательства Эссы был поднят вопрос о том, виновен ли пилот Момо Гри в том, что, страхуя техника при выходе в космос, проявил неосторожность, катастрофическое недоразумение или глупость.
Никто не мог понять, почему в момент обрыва троса пилот Гри не бросился ловить улетевшего в космос подопечного? А то, что опытный служащий развернул корабль и повёл его в ангар, вообще вызывало недоумение! Из-за странного поведения пилота появилась другая версия, состоящая в том, что Момо Гри совершил преступление, намеренно создав опасную ситуацию.
Произошедшая трагедия вызвала много споров у служащих. Момо считался опытным пилотом, и все терялись в догадках, почему он не стал ловить сорвавшегося с троса техника, тем более, что такие ситуации тщательно отрабатывались на учениях.
Почему он экстренно вернулся?
И наконец, почему он не оправдывается, а молчит, усугубляя своё положение, доводя дело до статьи «жизнь за жизнь».
Эсса знала ответы на все эти вопросы и собиралась отстаивать улыбчивого пилота, но заодно и преподать ему урок.
Глава 11.
— Адмирал, я прошу выслушать показания прорицательницы Эссы Литвак Раньеры Бруно, — громко заявил капитан Лемех после того, как были выслушаны другие свидетели.
Те, кто знал погибшего техника, утверждали, что это был достойный человек, всю свою жизнь посвятивший космическому флоту. Защитники Момо Гри выражали недоумение, как могла произойти такая ситуация, и растерянно посматривали на парня.
Техник вышел в космос составить карту чистки для роботов после того, как корабль миновал скопление межзвёздной пыли. И это вполне заурядное событие закончилось трагедией.
Технический сотрудник закреплял поводок за транспортник, а пилот планомерно продвигался за ним по мере выполнения работ. Ничего сложного. От обоих требовалась внимательность и аккуратность. После завершения экспедиции, когда звездолёт получит одобрение собственной уникальной конфигурации, корпорация разработает для него подходящих роботов более высокого класса — и техникам не придётся выходить в космос.
— Капитан, вы хотите превратить в балаган слушание дела о гибели моего служащего? — зло спросил начальник технического отдела, выступавший обвинителем.
— Я разрешаю выслушать прорицательницу! — сердито отрезал адмирал.
Он кипел от злости, понимая, в каком неприглядном свете человеческая раса предстаёт перед ящерами. По мере слушания дела у одних обнаружилась путаница с дежурством, у других — неразбериха с осмотром транспортника, у третьих — непонятки с составлением психологического портрета Момо Гри! В результате спасать ситуацию придётся практически ребёнку!
По залу разнёсся удивлённый гул экипажа, и все взгляды устремились к появившейся прорицательнице.
