Мирия сбавила шаг, чтобы идти рядом с Карлин Рил, взяв небольшую ручку своей спутницы жизни в свою, сохраняя темп несущего её тролля. Он тихо приговаривала ей, но Паксон всё равно слышал это.

- Не покидай меня, - тихо умоляла друид воитель. – Будь сильной. Осталось недолго. Вскоре мы выберемся отсюда. Пожалуйста, Карл, не умирай. Я здесь, с тобой. Я не брошу тебя.

Она сжала руку Карлин и протянулась погладить её по волосам, упавшим ей на лицо. Провидица казалась лишённой жизни, но Паксон слышал, как Мирия произносит: - Вот так, моя девочка. Я чувствую, что ты сжимаешь в ответ. Я чувствую, как ты тянешься ко мне. Я здесь, любовь моя. Я всегда буду здесь.

Шло время. Мирия продолжала тихо бормотать Карлин. Растительность поредела и в итоге исчезла, а маленький отряд снова выбрался на открытую местность, приблизившись к лесам Анара, возносившимся тёмной стеной справа от них.

Компания остановилась, и тролль, несущий Карлин Рил, бережно опустил её на землю. Мирия спешно преклонилась подле неё, всё ещё удерживая её за руку, всё ещё тихо приговаривая. Но Карлин больше не реагировала, и мгновением позже Мирия разразилась мучительным воплем, разрезавшим тишину с бритвенной остротой.

Карлин Рил не стало.

Льюфар и Имрик по очереди спали до рассвета, один из них всегда оставался в сознании на случай возвращения мужиков. Когда солнце встало, они снова забрались в двухместник и направились к Диким Дебрям. День был серым и бессолнечным, небо заволокли облака в преддверии шторма, который прошёл к югу от них, предвещая вполне определённую угрозу. Льюфар хорошо понимала, что не стоит пытаться лететь на маленьком судне в такую сложную погоду, но она надеялась, что если оставаться на севере, то получится пройти по краю. Маленький дождик роли не сыграет, но сильная гроза и шквальный ветер могут сбросить их с неба.

Она занимала место за контроллерами, её глаза были направлены вперёд, а концентрация обращена на пилотирование. Тем не менее она поймала себя на том, что думает о Паксоне. Она размышляла, где он сейчас, гадала, выбрался ли он из Аришейга. Её волновало, что больше ей ничего и неизвестно. Она беспокоилась за него, пускай и понимая, насколько он опытен в обращении с такими опасными ситуациями. Она никогда не знала кого-нибудь столь уверенного — кроме одного исключения. Её отец разделял это качество, пускай и являлся противоположностью высокогорца во всём остальном. Паксон был одним из тех людей, которые в напряжённых ситуациях всегда встают на ноги и никогда не теряются. Как будто это заложено в него. Его устойчивость часто испытывали, но он ни разу не дрогнул. Единственный раз, когда она видела его утратившим связность, случился во время его явки к ней в Вэйфорд после своего возвращения из Западной Земли. Тогда он настолько утратил цель, что едва мог функционировать. Он ушёл из ордена друидов, его уверенность в предназначении Клинка Верховного Друида поколебалась. Он потерял нескольких друидов под своей защитой и его дважды превзошёл её отец.

Тогда, и только тогда, ему так отчаянно требовалась её помощь, ибо в противном случае он мог бы не пережить этого. Но это являлось отклонением. С тех пор она ни разу не видела даже намёка на подобную слабость.

Хотя может быть и увидит снова, если ей не удастся найти и возвратить Хрисаллин.

Она задумалась, было ли прежнее возвращение Паксона к ней как-либо связано с продолжающейся борьбой с её отцом. Это чудная мысль, но справедливая. Паксон сложный человек, ведомый как личными демонами, так и нуждой свершения чего-то значимого. Он всегда верил, что ему предначертано вершить великие деяния. Он желал, чтобы его жизнь обладала значимостью — и не в скромном, несущественном виде. Возможно, что он измеряет свои успехи в сравнении с успехами её отца, и находит их недостаточными. Как никак, у него неоднократно не получилось найти способ заставить её отца нести ответ за смерти его друзей друидов. В результате, возможно, ему кажется, что его отношения с нею каким-то образом неполноценны из-за его провала разделаться с её отцом.

Ей хотелось бы это знать. Ей хотелось, чтобы он поговорил с ней об этом. Ей хотелось, чтобы он был более открытым, когда они вместе. Он так тщательно оберегал свои чувства, настолько скрывал их в себе. И так часто был в разлуке с ней. Как защитник друидов, он постоянно отправлялся на задания, а она постоянно оставалась одна. Если бы не Хрисаллин, она была бы одинока сверх всякой меры. Других настоящих друзей в Параноре у неё не было. У неё не было обычной жизни.

Или цели.

Или направления.

Или чего-нибудь.

Даже учитывая половину этого, она бы задумалась об уходе от Паксона и возвращении домой.

Эта мысль ошеломила её. Она пришла внезапно и непрошенной, но тем не менее пришла. Она ненавидела это и в то же время знала, что это так.

Она быстро отбросила эти мысли.

- Выглядишь довольно напряжённой, - вдруг сказал Имрик, и она повернулась, обнаруживая его взгляд на себе. Как будто он смог прочесть её мысли, или как будто пытался сделать это.

- Просто думаю о Паксоне. Гадаю, как он.

Он кивнул, мгновение ничего не говоря. – Что нам делать, когда мы будем в Диких Дебрях? В этот раз у нас не будет следа, по которому можно идти.

- Может мы найдём тебе такой. Кто-нибудь в Угрюмом Угле что-нибудь да знает о Мрачном Стоке и Мелис. Нам просто нужно будет поспрашивать.

- Я не силён в таких вещах. – Он смущённо отвёл взгляд. – Будет лучше, если мне как можно меньше придётся взаимодействовать с другими.

- Значит хорошо, что в этот раз с тобой я.

Прямо перед их отбытием некоторое время назад она предоставила ему возможность вернуться в Паранор. Ведь он выполнил своё обещание выследить похитителей Хрисаллин и выяснить, куда забрали её подругу. Ей не удалось бы это одной, но теперь она могла обоснованно полагать, что найдёт Мрачный Сток и ведьму без его помощи. У неё не осталось причин настаивать, чтобы он оставался с ней.

Но он считал иначе. Он всё ещё может понадобиться ей, заметил Имрик. Ей неизвестно, что обнаружится, когда она прибудет в Дикие Дебри. Если ей придётся идти в Мрачный Сток, ей может понадобиться кто-нибудь, кто может читать следы и чуять запах, либо же обнаружить тропу, скрытую от обычных глаз. Кроме того, добавил он, эта миссия предоставляет то, чего ему не хватало так долго — способ впервые продуктивно использовать перевоплощение за многие годы. Это наполняло его новой жизнью. Она привела к этому своим необычным запросом об услуге. Лишит ли она его этого сейчас? Она якобы освободит его от службы, но на самом деле вернёт к жизни самоограничений и к возвратившейся утрате цели, так ведь?

От этого Льюфар практически рассмеялась. Она знала, что он просит взять его с собой, что поход с ней куда важней пребывания дома. Было ясно, что использование способностей перевёртыша доставляет ему такое удовольствие, что он более не представляет жизни без него. Привязанный к ней нитью, он обладает способом изгонять демонов сомнительного контроля над своими способностями, в то же время наслаждаясь даваемой ими изысканной свободой.

То, что он просил её рисковать собой ради него, казалось честным, так как она просит то же самое от него. Вероятно, она будет оказываться в ситуациях, где утрата контроля необратимо травмирует её, но она находила этот вызов странным образом притягательным. Ей нравилось, когда на неё можно положиться, нравилось иметь цель помимо предоставления компании для сестры Паксона.

Поэтому она смягчилась и сказала, что он может пойти, внутренне радуясь, что он сам этого хочет, довольная иметь кого-то, разделявшего её миссию. В некоторой мере, она могла признать, ей хотелось продолжать делить перевоплощения, не взирая на налагаемый связью риск. Косвенно, это было чудесно. Будучи привязанной к нему, она переносилась в реальность за гранью всего испытанного ранее. Это пугало и завораживало, страшило и возбуждало одновременно. Будучи частью этого, видя, как это происходит и какие вызывает ощущения, она понимала всю важность для него. Она стала всего лишь новоиспечённой участницей. Но быть рождённым с этим? Когда это является такой же частью тебя как дыхание? Она понимала, почему это вызывает такое привыкание, почему от этого так сложно отказываться. Она не понимала, как у него это вышло в Параноре. Она не знала, как он сможет к этому вернуться.