Он поднял руку к железной ручке, но опустил её, преисполнившись нерешительности.

Что я делаю?

Затем, внезапно, дверь открылась, и Льюфар Рай оказалась там, глядя на него.

Он ждал, что она что-нибудь скажет, но она просто смотрела, сложив руки на груди. Её внешность имела те же бриллиантовые зелёные глаза, медового цвета волосы с серебряными прожилками, пристальный серьёзный взгляд.

- Я … не мог решиться на это, - наконец сказал он.

Она взирала на него в тишине, ожидая.

Он распрямился. – Я пришёл, потому что мне нужно было увидеться с тобой. Мне нужно было сказать, как не прав я был. Я настолько несчастен, насколько это вообще возможно, и мне известно, что это в не малой части из-за того, что я сторонился тебя. Мне стоило прийти раньше. Я подумывал сделать это бесчисленное количество раз – больше чем я могу вспомнить – но чем дольше я ждал, тем труднее это становилось, и наконец я не смог заставить себя.

Она всё ещё не заговорила, но кивнула.

- Случилось кое-что плохое. Кое-что настолько ужасное, что это заставило меня задуматься уйти из Ордена Друидов. Это заставило всё переосмыслить. Может мне стоило сделать это ранее – я не знаю. Я искал ответы, но ещё не нашёл их. Я был в чём-то похожем на поиск самоопределения. Знаю, что я говорю нескладно; кажется, мне сложно находить слова. Смысл в том, что это привело меня сюда. Это открыло мне глаза. Теперь я знаю, что никогда не обрету счастья без тебя. Я никогда не обрету завершённость. Я осознал это. И я знаю, что для нас возможно уже слишком поздно, но я всё равно должен был прийти и сказать всё это. По крайней мере этим я тебе обязан. И мне нужно выяснить. На счёт нас. Потому что я надеюсь, что всё ещё существует шанс, что мы можем быть вместе.

Он помолчал, боль от эмоций резала грудь. – Льюфар, я люблю тебя. Думаю, что так было всегда. Знаю, что так всегда будет.

Она понаблюдала за ним ещё мгновение. Затем она раскрыла руки и протянулась пожать его ладонь. – Может тебе лучше войти, Паксон, - сказала она, её лицо было лишено эмоций. – Можем провести некоторое время, разбираясь в этом.

Его надежды воспряли, свет в его сердце затеплился и зажегся, пока он перешагивал её порог.

Защитники Шаннары – 3

Ни один из часовых Федерации не удостоил более мимолётного взгляда паломника в сером, пока тот прокладывал путь мимо отдельно стоящих башен, окаймляющих дорогу к восточным вратам Аришейга. Никто из занимавших башни и способных поглядеть вниз на прохожих; никто из размещающихся по бокам самих ворот, вооружённых и готовых к действиям по защите города на случай объявившейся угрозы. Даже ни один из тех, кто стоял наверху стен, приглядывая за подступами, всех из которых располагали продолжительным отрезком времени и явной возможностью приметить его.

Он был недостоин их внимания.

Он был в лохмотьях и весь в поту, и пускай он шёл довольно твёрдо, вокруг него витало чувство усталости, которое подтверждало видимые проявления. Остальные путники легко миновали его, и ни один из них также не уделил ему более мгновения своего внимания. Пилигрим был в капюшоне, поэтому нельзя было разглядеть его лицо внутри теней одеяния — не постаравшись при этом, а никто не ощутил подобной тяги. Он был просто очередным посетителем столичного города Федерации, очередным посетителем, пришедшем лицезреть наиболее поразительные строения, возведённые за последние пятьдесят лет.

Город Аришейг часто и правда поражал мужчин и женщин Четырёх Земель. Перестроенный после того, как демоны из Запрета сожгли его до основания, он был не менее внушительным. Сконструированный, чтобы выдержать любое нападение против себя — будь то демоны или драконы или ещё более страшные твари — Аришейг стал крепостью, бросавшей вызов всем противникам. Его стены вздымались под сотню метров и были прочней шеренги плотного строя копейщиков со щитами. Их бойницы усыпаны разрывателями и заряженными рельсовыми пушками, готовыми палить, и все они смонтированы на вращатели, точно и в широком секторе направляющими огонь. Воздушные корабли располагались на возвышенных посадочных площадках по четырём углам города, с флитами и шлюпками и других классификаций быстролётных аппаратов, легко доступные для Быстрого Реагирования — подразделения, сформированного в предшествующие годы, чтобы служить первой линией обороны против любого нападения на город.

Внутри внутренняя стена затеняла внешнюю, а за обоими кольцами жило и работало всё население за исключением тех, кто трудился на внешних фермах. Сейчас в Аришейге жило пять миллионов человек — и некоторые заявляли что это не предел. Даже громада армии Федерации расквартировывалась и тренировалась внутри этих стен. И прямо в их центре Башня Феникса — символ города Федерации, воскресшего из пепла былого — возвышалась над всем, поднимаясь более чем на тридцать этажей в облака. Её занимал Коалиционный Совет. Учреждение правительства Федерации, жилые апартаменты, лечебные центры, вспомогательные учебные заведения и хранилища с едой образовывали компаунд площадью более нескольких километров.

Всё это ожидало путника в сером одеянии, но он удерживал глаза на дороге впереди. Он уже знал, что находится внутри. Он проходил этим путём прежде.

Порыв движения в небе, сопровождаемый звуком растрачиваемой энергии диапсоновых кристаллов, вырывающейся из парсовых туб, привлёк его внимания и на секунду он замедлился. Фантомные Блики проревели над головой, наибыстрейшие воздушные корабли, выглядевшие словно предельно чернильные тени, пронёсшиеся мимо. Все глаза обратились к небу. Даже странник в сером помедлил.

Но только чтобы не вызывать внимания, решив двигаться, пока все остальные замерли.

У ворот он ожидал в очереди разрешения пройти. Остальные столпились перед ним, и он позволял им это. Терпение прежде всего, напомнил он себе. Когда настала его очередь проходить, он сделал это практически с неохотой, его одеяния тащились по полу, голова опущена.

Солдаты, оценивающие достоен ли посетитель, едва взглянули на него. – Имя? – Сказал один.

- Рашка. – Его голос был столь же уставшим как и внешность.

- Место жительства?

- Я из Стёрна.

- Дело?

Секундная заминка. – Мне требуется медицинская помощь.

Теперь солдат поднял взгляд. – Какого рода медицинская помощь?

- Операция, восстанавливающая плоть, повреждённую в огне. Мне необходимо восстановиться.

Другой солдат шагнул вперёд, присоединяясь к первому. – Оба пытливо осматривали его. – Где вы обожглись? – Спросил новый человек.

- Лицо.

Солдаты обменялись взглядами, - покажите, - сказал первый.

Пилигрим засомневался. – Я бы не советовал.

- Приятель, мы солдаты, - сказал второй. – Виденное нами превратило бы твои внутренности в желе. Позволь нам судить, что мы можем или не можем вынести.

Долгая тишина. – Как пожелаете.

Он слегка приподнял голову и оттянул капюшон. Лица солдат приобрели цвет пепла. Люди вокруг них вздохнули и отстранились. Одна женщина отвернулась и исторгла рвоту. Пилигрим стоял без движения с обнажённым лицом и головой, его глаза — или один оставшихся глаз — уставились на солдата, который заявлял, что видел всё самое худшее.

- Довольно, - сказал солдат, покачивая головой в смятении. – Накройся.

Пилигрим сделал это, вновь приняв слегка согбенное положение, чтобы лицо опять спряталось в тенях капюшона.