Юзуриент почувствовал пробежавшую по нему лёгкую дрожь. – Ты же не собираешься взять Баэля Этриса, да? Я не могу это позволить.

Маллик встал, потянулся и взглянул на него вниз. – Если ты хочешь сделать это, то делай то, что я считаю необходимым для этого. Встреть меня в середине дня у тюрем. Если тебя там не будет, мы обо всём забудем. Если решишь возражать принимаемым мною решениям, мы обо всём забудем. – Он склонился вниз. – Мне тоже известно, как пользоваться людьми, Даллен.

Затем он развернулся и вышел за дверь таверны.

ПОЛДЕНЬ СЛЕДУЮЩЕГО ДНЯ БЫЛ ОБЛАЧНЫМ, СЕРЫМ И давящим, и это зеркально отражало настроение Даллена Юзуриента, пока он ожидал Маллика прямо у входа в тюрьмы Стёрна. Здание представляло собой двухэтажный монолит из каменных блоков с зарешёченными окнами и наблюдательными вышками, и выглядело точно также, чем ему положено было быть. Охрана числилась в Городской Страже, мужчины и женщины, подготовленные к назначению к этой особой обязанности, и они все носили единую синюю униформу с тюремной инсигнией. Стража укомплектовывала все входы и переходы с вышками по углам строения. Распространяющиеся запахи и мрак, покрывавший все части здания до последней, свидетельствовали об уныние и безнадёжной природе заключённых, размещённых внутри.

Юзуриент был поглощён пересмотром своего решения направить Маллика на поиск Арканнена, вновь задумавшись, не совершил ли он ошибку. Он не рассчитывал, что тот предпочтёт себе в компанию заключённых на эту охоту, считая, что тот ограничится своими животными и одним или двумя людьми из старых деньков. Одним или двумя не упечёнными за решётку. Но чем больше он думал об этом, тем более разумным становился его приход сюда. Маллик не собирался идти на риск потерять ещё кого-то небезразличного ему в этом предприятии – не после случившегося с Мэрлином. Вместо чего он возьмёт людей, у которых нет будущего и которые абсолютно ему безразличны. Их потеря не заденет его, и даже может быть, что он и собирается пустить их в расход, чтобы они послужили не более чем отвлечением для его жертвы.

Но Баэль Этрис? Юзуриент содрогался от одного упоминания этого человека.

Он прислонился к стене, заставляя свои нервы успокоиться. Этрис когда-то был в составе охотников Маллика, профессиональный следопыт и безжалостный убийца, полезный в некоторых ситуациях, но иногда неуправляемый и непременно непредсказуемый. Он шагнул выше себя два года назад, когда служил Маллику – но всё равно будучи под эгидой Красной Резни – убив целую семью поселенцев из Южной Земли, которые по слухам являлись практикантами магии. Дело было не столько в том, что он убил их, сколько в том, что он сделал это, не убедившись, что это семья именно такая – чего он не сделал. И дело было даже более в том, что он с ними сделал. Когда он закончил, от них осталось немногое, способное указать на их человеческое происхождение, и нельзя было определить, какие части кому принадлежали. По этой бойне было очевидно, что данный человек наслаждается своей работой до такой степени, что граничит с безумием.

Это было жестоко и необязательно, а Высшее Командование Федерации устало от убийств и беспредела Этриса и пожизненно приговорило его к заключению. Там человек нашёл новое призвание, новую задачу для своего извращённого мировоззрения. В первые три месяца он убил трёх других заключённых. В течение первых шести он также прикончил четырёх стражей. После этого он был бессрочно заключён в одиночку и не выпускался наружу за исключением ежедневного прогулочного часа в открытом помещении с периметром двенадцать на двенадцать шагов. Даже тогда его усиленно охраняли.

Этриса оставили гнить, и Юзуриент не знал никого, кто не считал бы, что так и должно быть. Люди, подобные Баэлю Этрису, не принадлежали этому миру. Они едва уживались в камерах, где их держали в клетках как животных.

А теперь Маллик хотел выпустить этого зверя наружу.

Юзуриент всю ночь ломал голову, пытаясь найти оправдание не совершать этого, причину, которую принял бы другой, какую-нибудь приемлемую альтернативу. Но Маллик был не из тех, кто менял мнение без веского повода, а в этом случае он уже принял решение, когда согласился на работу по выслеживанию Арканнена, что возьмёт с собой Этриса.

Кого ещё он собирался взять?

- Выглядишь несчастным, Даллен.

Маллик встал прямо перед ним. Он был так поглощён размышлениями об Этрисе, что не услышал приближения другого. Он выпрямился, сделав усилие, чтобы выглядеть как обычно. – Я просто гадал, как у тебя получится выжить, если Баэль Этрис будет спать рядом с тобой.

Маллик одарил его изогнутой ухмылкой. – Тебе не нужно беспокоиться. Я справлюсь с ним. О себе нужно беспокоиться, если мне не удастся вернуться из этого. Он искренне тебя презирает.

Это было правдой. Юзуриент спровоцировал следственные действия, которые закончились заключением Этриса. Со всех сторон и смыслов он нёс ответственность за то, что сделали с Этрисом. Он не особо сожалел об этом. Но он бы предпочёл, чтобы тот оставался здесь, нежели чем вновь выпустить его.

- Он может прикончить тебя, просто ради того чтобы подобраться ко мне, - отметил он.

Маллик покачал головой. – Я буду относиться к нему как к одному из моих октар, только с меньшей терпимостью и с очень коротким поводком. Он не сможет подобраться ко мне. Итак, мы закончили обсуждать это? Потому что на самом деле это не твоё дело, так ведь? Поэтому может пойдём к его камере и поговорим?

Юзуриент неохотно кивнул. – Может будет лучше, если ты отправишься один?

- От чего? Не хочешь идти со мной? Он так сильно пугает тебя?

Рассердившись на безрассудство другого и явно брошенный ему вызов, Юзуриент прошёл к посту охраны, где посетителям необходимо было записаться. Оттуда они прошли через стальные двери, дальше по коридору, вверх по лестнице, опять по коридору и наконец через другие стальные двери в короткий проход такой тихий, что Юзуриенту показалось возможным услышать дыхание стен.

У дальнего конца страж открыл замок на отъезжающей стальной панели размером с потолка до пола, после чего сдвинул преграду, явив ряд решёток, отделявших их от Баэля Этриса.

Заключённый сидел на откидной раме кровати, взирая на них. Он был необычайно мал ростом, чуть больше полутора метров, его тюремное одеяние свисало с исхудавшего тела как с пугало. Но конечности и тело, как бы то ни было, были покрыты мышцами и ритуальными шрамами, и можно было ощущать излучаемую им мощь. Его лицо странно разглаживало блаженство, спокойствие, почти по-детски лишённое выражения, пока ты не замечал необычные зелёные глаза и не видел отражавшееся в них безумие.

Юзззуррриент, - прошептал он чем-то вроде медленного, затянутого шипения. – Пришёл молить меня о прощении?

Он встал и подошёл на расстояние пары метров, глядя на них вверх, его взор смещался с одного лица на другое. Затем он плюнул на Юзуриента сквозь решётки.

Коммандер Красной Резни нехотя вздрогнул. Но Маллик шагнул вперёд и предотвратил возможное возмездие. – Твоя судьба связана со мной, Баэль. Поэтому может тебе следует перестать быть ребёнком и послушать, что мне есть сказать, прежде чем сделаешь что-то, о чём будешь сожалеть.

Другой склонил голову. – Я никогда не делаю ничего достойного сожаления. Разве только то, что у меня не вышло сделать своевременно.

- Ты закончил выделываться?

- О, у меня не с тобой вражда, Маллик. Вовсе нет. И никогда не было. Не ты упёк меня. Не ты предал меня. Я не желаю выводить тебя. Говори, что пришёл сказать. Я внимательно слушаю.

Его голос был мягким и подкупающим, умелым и тренированным. Юзуриент стёр плевок с лица и одежды, придумывая способы, как бы он мог сделать жизнь этого человека такой непереносимой, что тот будет умолять, чтобы его прикончили. Но это был не вариант. По крайней мере, не сейчас.

- Я собираюсь выследить человека на дальневосточных побережьях Быстрины Прилива. Мне требуется кто-то с твоими навыками для этой охоты. Если ты согласишься пойти, то тем самым получишь свободу. Тебе интересно?