Все смогли пережить и принять вчерашние чудеса. Ушла некоторая растерянность от всего случившегося, и вернувшиеся к сгоревшему домику Накары путешественники теперь забрасывали вопросами огненного дракона.

Его соплеменников интересовало, что он чувствовал, оказавшись в огне, как понял, что сильнее стихии, и как переборол её, заставив подчиниться.

Каадавр честно пытался ответить на все вопросы, но слишком часто повторял, что действовал интуитивно. Его слова не помогали понять, как остальным соплеменникам достичь такого же результата.

Драко хотели повторить преображение товарища и боялись этого. Вот так вдруг перевернуть всю свою жизнь, понять, что привычное прошлое всего лишь трамплин в будущее… а будущее слишком непонятно и, возможно, сулит одиночество и непонимание тех, кто остался в родном доме.

— Нас ждёт стихия воды, — прервала все разговоры Накара. В этот раз ожоги посланницы залечили не стихии, а доктор Шет, но восстановить волосы не удалось, и сейчас Накара стыдилась своего вида.

— Нам опять ставят ультиматум? — сухо спросил адмирал, ласково проводя рукой по её идеально гладкому черепу.

— Да, — она поймала руку мужчины и, не поднимая глаз, прижала к своей щеке. — Дети огня расселяются по всей территории, и вода не хочет уступать первенство.

— Стихия воды готова принять дракона? — спросил Нико.

— Да. Вода хочет возродить весь свой народ. Она помнит, дракон был её гласом и отцом детям воды, но не повелителем.

Все взгляды устремились на замерших Драко. Понять, кто из них сможет быть водным драконом, было сложно.

— Госпожа Эсса? — обратился к ней Того.

— Я ничего не видела, — с сожалением ответила она.

— Вас кто-то блокировал?

— Нет, здесь другое. Мне кажется, что я вошла в полную силу и теперь мне надо научиться осознанно управлять своим даром. Из-за усталости и накопившихся переживаний я сейчас интуитивно блокирую его. Простите.

— Ну что ж, раз мы уже ввязались во всё это, то доведём дело до конца. Господин Эарии, вы готовы вести нас к месту, где заперта водная стихия?

— Да! Три-четыре дня пути, — с восхищением поглядывая на Каадавра, ответил Видящий путь, а потом неожиданно задал вопрос Эссе: — Госпожа, как вы думаете, мы все теперь можем вернуть потерянный облик?

— Мне кажется, что всё к этому идёт.

— Но как? Как это сделать?!

— Разберёмся, — с улыбкой пообещала девушка.

— А вдруг для этого надо быть избранным?

— Эта планета — ваш родной дом, как и здешняя энергия. Посмотрите, даже мы меняемся под её воздействием, а что уж говорить о вас! Потерпите, пусть всё идёт своим чередом.

Нико протянул девушке очищенные и подсушенные орехи в сплетённой им из плотных листьев коробочке.

— Угощайтесь, госпожа Бруно.

Эсса отвела глаза и, отчаянно краснея, немного тише, чем ей хотелось бы, попросила мужчину обращаться к ней по-дружески.

— Значит, можно просто Эсса? — склонился собеседник, чтобы заглянуть ей в лицо.

— Я благодарна вам…

— Тогда уж и ты обращайся ко мне запросто, — перебил он Эссу, широко улыбаясь.

— Нико, вчера нам всем пришлось тяжело, и я благодарна тебе…

— Брось! Это мы все тут обязаны тебе. Ты разобралась в паршивейшей ситуации и нашла выход.

Эсса отложила корзиночку с орешками и протянула руку Нико:

— Друзья? — с улыбкой произнесла она, но мужчина не спешил пожимать её ладошку, хотя держал крепко и даже поглаживал большим пальцем.

— Дружбу можешь предложишь своему Стражу, а я хочу нравиться тебе как мужчина.

Эсса попыталась вытянуть свою руку из его захвата.

— Э, нет, не отпущу! — и, словно бы шутя, прижал тонкую ладошку к своей груди. — Моё сердце не даст соврать. Оно бьётся сильнее, когда ты рядом.

— Позёр! — фыркнул Момо, вклиниваясь между ними.

Нико вынужден был отпустить Эссу, но расстроенным он не выглядел. Наоборот, настроение поднялось, и он даже угостил Момо орешками.

— Держи, специально оставил для питомца нашей очаровательной прорицательницы!

— Ну что, молодёжь, готовы двигаться дальше? — раздался бодрый голос адмирала.

Все активно закивали, поднимаясь и направляясь за Эарии. По дороге юный одарённый заваливал вопросами здоровяка, интересуясь тем, как изменится его жизнь, если удастся стать двуликим. Эсса слушала ответы Драко с большим интересом, изредка поглядывая на Нико, тоже старающегося не пропустить ни одного слова. Момо, заметивший её интерес, тихо шепнул, что господин торгаш, увлеченный подсчётом будущих барышей, позабыл о своей роли ухажёра.

— Я всё слышу, прилипала! — тут же отреагировал Нико и, пристроившись рядом с девушкой, начал обсуждать то, о чём только что задумался, с превосходством поглядывая на усмехающегося стража.

— Ты заметила, что похолодало?

— Пока не критично. Думаю, что ядро планеты не даст земле слишком сильно остыть, и зимы в нашем понимании не будет. Хотя здесь невозможно что-то предсказать. Мне показалось, что сегодня ночью я видела звезду, но это же невозможно!

— Вам не показалось, — вступил в разговор Каадавр, — ввысь поднялись сотни огненных элементалей. Проведя тысячелетия в недрах планеты, они захотели побыть на просторе сторонними наблюдателями, осознать себя и своё предначертание.

— А они не растопят внешнюю оболочку планеты? — поинтересовался адмирал.

— Не думаю. Из той памяти, что досталась мне по наследству, я вижу, что такое было и раньше. Эти элементали ждут своих спутников-магов, с кем могли бы заключить договор. Это постоянный процесс.

— Поверить не могу, что мы всерьёз обсуждаем магов! — хмыкнул адмирал.

— Если задуматься, то ничего особо непонятного для нас здесь нет, — снисходительно заметил Каадавр. — Основа здешних чудес — большая концентрация энергии, которая могла бы скапливаться и на наших планетах, если бы не рассеивалась по всей Вселенной. А остальное уже объяснимо. Несложно допустить, что энергия разнится между собой, что она может использоваться наиболее чуткими к ней разумными, культивироваться и прочее, прочее…

— Так что же, всё волшебство может существовать только здесь? — вздохнула Эсса.

—Безусловно, дети стихий — жители только этого мира. А вот вы и подобные вам лишь ослабеете за пределами планеты.

— А вы? — спросила и сразу извинилась за напоминание о том, что стало с драконами без подходящей для их жизни концентрации энергии.

— Я думаю, что ненадолго мы можем посещать другие планеты, иначе бы никому ничего не было известно о драконах.

— А меня больше интересует другое, — прервал разглагольствования ни о чём Нико, — каким образом вы пронзаете пространство? Это сродни гиперпрыжкам по желанию или стационарным порталам, заряженным группой драконов? Возможно ли ими пользоваться другим расам? Можно ли их зафиксировать? Какая грузопроходимость?

— Вы и правда думаете, что местное население заинтересуют товары вашей корпорации? — едко спросила госпожа Шет.

— Я помню, что здесь не работает электроника, но, возможно, механика придётся к месту и облегчит жизнь многих простых разумных. А ещё я не сомневаюсь, что у нас многие заплатят огромные деньги, чтобы просто повидать здешних существ, и я пока молчу о том, какими уникальными возможностями могут обладать здешние целители. Вы тому пример, уважаемая госпожа.

— Мы пока не видели здешних жителей, поэтому вы рано размечтались, господин Стрейм, — подытожил адмирал. — К тому же, невозможно отрицать, что это исконные земли Драко. Наше участие в этой экспедиции будет учтено, и я не сомневаюсь, что правительство Алайи получит выгодные предложения, но придержите свои амбиции хотя бы на время.

Эсса видела, как снисходительно посмотрел Нико на вояку и расчётливо – на новоиспечённого дракона. Похоже, молодого управленца ничто не остановит на пути обогащения. Целеустремлённый и хваткий, сообразительный и удачливый представитель корпорации обязательно выжмет всю возможную выгоду из этой планеты, и пока сложно было сказать, хорошо ли это будет или обернётся настоящей катастрофой для местных.