Рассказ кончается трагической гибелью бродячих комедиантов.
Крестьянин в цилиндре (Silindir şapka giyen köylü. 1933)
Крестьяне, работающие на строительстве дороги, вместо платы за труд получают залежавшиеся на складах цилиндры и фраки. В таком виде, но по-прежнему голодные и нищие, они возвращаются по домам. Городские же демагоги усматривают в этом символ прогресса и процветания страны.
Было ли, не было ли (Bir varmiş bir yokmuş)
Это произведение принадлежит к серии рассказов или очерков, часть из которых связана между собой единством содержания, другая — представляет отдельные зарисовки.
Описывается эпоха правления Абдула Меджида, уничтожение султаната. Наиболее ярко изображены бедствия городских низов во время войны.
Произведения Садри Эртема
[Рассказы] // Рассказы турецких писателей. — М., 1954. — С. 96—106.
Когда останавливаются прялки. — М.: Гослитиздат, 1956. — 160 с.
Bacayi indir, bacayi kaldir. — Istanbul: Gür yayinevi, 1970.— 160 s.
Bir varmiş bir yokmuş — İstanbul: Davlet matbaasi, 1933,— 157 s.
Çikriklar durunca. — İstanbul: Resimli ay kitabevi, 1931.— 285 s.
Silindir şapka göylü. — İstanbul: istiklâl lisesi, 1933.— 158 s.
Tarih el kitabi. — İstanbul: Kanaat kitabevi, 1938.— 224 s.
Литература о писателе
Фиш P. Г. Когда останавливаются прялки // Фиш Р. Г. Писатели Турции — книги и судьбы. — М., 1963,- С 45–64.
Alagu Tahir. Sadri Ertem // Alangu Tahir. Cumhuriyetten sonra hikâye ve roman. — İstanbul, 1959. — С. 1,- S. 61–73.
Necatigil B. Ertem, Sadri // Necatigil B. Edebiyatimizda isimler süzlügü. — İstanbul, 1968.— S. 111.
НАЗЫМ ХИКМЕТ PAH (NAZIM HİKMET RAN. 1902–1963)
Поэт, драматург, писатель, общественный деятель, лауреат Международной премии Мира, основоположник турецкой революционной поэзии. Он ввел исключительно разнообразную ритмическую организацию стиха, стал зачинателем так называемого «свободного стиха» в турецкой литературе. Ораторская манера письма и патетичность, присущие его ранним стихам, позднее уступили место лиричности, свободному обращению с рифмой и ритмом. Поэт глубоко национальный, Назым Хикмет в то же время является истинно интернациональным художником Тематика его произведений — это весь мир, все человечество, его проблемы, заботы и надежды. Особенно тесно был связан Хикмет с Советским Союзом, где провел в общей сложности треть жизни. Его первая книга стихов «Песня пьющих солнце» вышла в Баку в 1928 г. В Советском Союзе он написал большинство пьес, сотни стихов и поэм, роман «Романтика».
Назым Хикмет положил начало целому направлению в современной турецкой литературе. Стихи и пьесы его переведены почти на все языки мира; пьесы ставятся в театрах Европы, Америки и Азии. На родине поэта, где в течение тридцати лет были запрещены его произведения, после его смерти изданы более 30 книг и опубликованы воспоминания о нем. Тридцать пять сборников стихов и поэм, в том числе эпопея в шестьдесят тысяч строк «Человеческая панорама», двадцать пьес, три романа, семь киносценариев, десятки рассказов, сказок и сотни публицистических работ, — таково литературное наследие Назыма Хикмета.
Стихи (Şiirler)
Образы ранних стихотворений поэта отвлеченны и условны. Но сквозь эту условность читатель ощущает протестующий голос поэта, наделенного неукротимым темпераментом борца, трибуна, глашатая народной правды, его незаурядную поэтическую силу. Он не стремится вызвать сострадание к обездоленным, как это делали почти все его предшественники, он обращается к самому народу, призывает уничтожить «черную силу», что «как язва, гноит наше тело». Поэт выступает против салонной поэзии, противопоставляет томительному стону трехструнного саза мощный оркестр новой жизни («Новое искусство»), как поэт революции. Впервые в турецкой поэзии им использована строфическая структура стиха, так называемого ступенчатый стих, разнообразящий ритмическую организацию. Во взволнованных, патетических стихах прибегает к гиперболическим образам, необычайным сравнениям, развернутым метафорам Однако торжественная патетика, широкие философские обобщения сочетаются с изображением конкретных человеческих характеров, бытовых деталей, с исторически точными социальными зарисовками В стихах 30-х гг. снова начинают звучать лирические мотивы, которые поэт ранее сознательно избегал, считая неуместными в революционной поэзии.
В творчестве Надыма Хикмета особняком стоят стихи, написанные в тюрьме (1938–1950) Они отличаются по содержанию и по форме. Задушевный разговор поэта с читателем приобретает форму беседы наедине, беседы «шепотом». Желая всемерно упростить стих, поэт почти полностью отказывается от рифмовки, от сложных метафор, сравнений, антитез, достигает большей поэтической конкретности. Эти же качества он сохранил и в поздних стихах.
Джоконда и Си Яу (Jokond ile Si Ya-U. 1929)
Поэтический полуфантастический рассказ о любви китайского юноши к гениальному творению Леонардо да Винчи «Джоконда», рассказ-сказка о революционных событиях в Китае в 20-е гг.
…Джоконде скучно в музее. Ей хочется действия, любви, общения с людьми Однажды в музей приходит юноша по имени Си Яу, и она влюбляется в него. Узнав вскоре, что юноша арестован в Китае, Джоконда убегает из музея, приезжает в Китай, сражается с армией Чан Кайши Арестованную властями Джоконду осуждают на сожжение. Прославленная своей загадочной улыбкой, она впервые смеется от всей души, познав радость битвы за свободу Как сердце горьковского Данко, Джоконда горит, освещая путь людям к свободе и свету.
Почему Бенерджи покончил с собой? (Benerci kendini niçin öldürdü? 1932)
Роман в стихах и прозе, посвященный разоблачению колониальной политики империалистов в Азии. Индийский революционер Бенерджи влюблен в женщину-англичанку Во время очередной облавы полиция арестовывает группу революционеров, в том числе и Бенерджи, которого вскоре отпускают. Бенерджи узнает, что своим освобождением он обязан англичанке, сотруднице английской разведки, которая надеется с его помощью обнаружить другие тайные общества. Заподозрив Бенерджи в измене, товарищи отталкивают его. Однако, завоевав снова доверие товарищей, Бенерджи начинает активную борьбу Мысль о том, что он больше не способен «держать штурвал в своих руках и вести корабль против течения», все настойчивее овладевает им. Решив «не бьггь тормозом для других», Бенерджи кончает жизнь самоубийством В романе созданы яркие образы революционеров.
Письма к Таранта Бабу (Taranta Babuya mektuplar. 1935)
Лирический репортаж о событиях в Абиссинии, роман в письмах, написанных от лица юноши из Галлы, приехавшего в Италию изучать живопись и погибшего от руки фашиствующих элементов В ящике его стола остались неотправленные письма к жене — Таранта Бабу — в Абиссинию Опубликование этих писем и взял на себя, по просьбе «итальянского товарища», автор. Письма проникнуты глубокой ненавистью к итальянским фашистам.
Поэма о шейхе Бедреддине (Şeyh Bedreddin desteni 1936)
«Поэма о шейхе Бедреддине», вожде крестьянского движения в Турции в XV в. написана с соблюдением формы классического восточного стихосложения. Но поэт ввел и художественные новшества. Действие поэмы развивается параллельно в двух планах: в XV в и в наши дни, когда автор книги в тюрьме вспоминает об этих событиях, видит их во сне. Поэма рассказывает о последнем сражении крестьян с армией султана и о казни Бедреддина.
Чудак (Enayi. 1955)
«Чудак» — пьеса в трех действиях с прологом. Герой пьесы — адвокат Ахмед — честный, трудолюбивый человек. Окружающие называют его чудаком, потому что он совершает «нелепые» поступки: рискуя жизнью, спасает от смерти богатого коммерсанта, отказывается от вознаграждения, от женитьбы на его богатой наследнице, предпочтя ей бедную девушку, совершает еще рад подобных «чудачеств». Убедившись, что Ахмеда «исправить» невозможно, друзья покидают его, уходит жена. Удары один за другим обрушиваются на его голову, и он, не выдержав, наконец сдается, решив жить как «все», становится богатым, алчным, корыстным, но теперь его покидает уважение к самому себе. Одинокий, морально опустошенный, спившийся Ахмед теряет интерес к жизни. Единственный любимый человек — жена — могла бы вернуться к нему, если он будет и дальше вести жизнь стяжателя. Ахмед хочет умереть, но, случайно встретив в кабаке рабочего Селима, который, рискуя жизнью, спасает его от ножа бандита, вдруг понимает, что «чудаки» не перевелись. И Ахмед снова превращается в «чудака».