— Почему ты так думаешь? — заинтересовался Эрик.

— Тиберос, — пояснила Ассаж. — Он же нашел кого-то в том стазисном гробу, не так ли? И сбежал в неизвестно направлении. Если наша догадка верна, и он в самом деле починил стазис для того, чтобы сохранить жизнь тому полутрупу, который там морозится, значит, наиболее логично — лететь вглубь миров ситов. Если он что-то ищет по-своему одного из Изгнанников, или, какого-нибудь древнего сита, значит это может быть спрятано в одном из исконных ситских миров.

— Не лишено логики, — согласился Шохаши. — Но только в том случае, если ему в самом деле нужно что-то там.

— Или тому, кого он отыскал, — поправил Вентресс. — Мы же недавно говорил про изощренность Темной Стороны. Никогда не знаешь, что ее приверженец может выкинуть. Ни один из них, если он идет своим путем, не следует привычной логике. Всегда ищут что-то изобретательное.

— Зачем?

— А какой смысл делать тоже самое, что и твои предшественники? — удивилась Вентресс. — Сит на то и сит, ему мало достигнуть успеха — он должен прославить себя. По крайней мере, — поправилась девушка, — этому правилу следовали все ситы до бейнитов, повернутых на закулисных интригах и…

— В чем дело? — заинтересовался Шохаши тем, что девушка оборвала себя на полуслове.

— Ситы не следуют привычной логике, не похожи на остальных, — пробормотала Вентресс.

— Ты это уже говорила, — напомнил Эрик.

— Потому и повторяю. Это натолкнуло меня на мысль.

— Какую именно?

Датомирская ведьма, резким движением закинув отросшие белоснежные волосы назад, взглянула на своего мужчину кровожадным взглядом, предвкушающим кровопролитие.

— Эрик, — ее голос показался елейным ядом. — Ты ведь мне доверяешь?

— Меньше, чем тебе кажется.

— Отлично, — Асажж облизнула губы и расправила плечи, чуть изменила свою позу так, чтобы вся ее фигура находилась в более выгодном свете для мужского глаза. — Тогда у меня есть одна мысль, как решить некоторые наши проблемы.

Эрик взглянул в сторону двери, ведущей в спальню.

— Сомневаюсь, что уединение позволит нам победить в секторе.

— О, — ведьма грациозно поднялась, проследила за направлением взгляда своего избранника и опустилась к нему на колени. — Тогда у меня две мысли.

Ответить прославленный военачальник не смог — страстный поцелуй лишил его этой возможности.

Одиннадцать‏ ‎лет, ‎один‏ ‎месяц‏ ‎и‏ ‎тридцать пятые ‎сутки‏ ‎после ‎Битвы ‎при ‎Явине…

Или‏ ‎сорок ‎шестой,‏ ‎один‏ ‎месяц‏ ‎и ‎тридцать пятые ‎сутки ‎после‏ ‎Великой ‎Ресинхронизации.

(Один‏ ‎год, ‎восьмой‏ ‎месяц‏ ‎и пятнадцатые ‎сутки‏ ‎с ‎момента‏ ‎попадания).

Первый прыжок прошел гладко, без сучка и задоринки. Впрочем, едва ли кто-то ожидал, что неприятности начнутся сразу же, как только конвой покинет территорию Доминиона. Однако, майор Креб, сидя в кабине своего «Защитника», мог с уверенностью сказать, что во всем конвое точно есть те, кому хотелось бы увидеть врага на своем пути.

Уверенность его базировалась на том убеждении, что он сам хотел бы это. А, раз этого хочет он, то и клоны — пилоты «Защитников» и «Мстителей» — думают так же. Скорее всего.

Как и на первом, на втором этапе командование не отменяло предбоевую готовность. Пилоты всех мастей находились фактически в боевой готовности, в кабинах своих машин. Пусть руководитель полетов строго-настрого приказал не тратить внимание и калории на что-то отвлеченное, все понимали, что пилоты просто не могут часами напролет находиться в кокпитах и молча смотреть на приборы, прислушиваясь к командной частоте в ожидании приказа: «На взлет!».

Сам же Креб листал электронные страницы доклада-наблюдения за своими полетами с Люком Скайуокером. В который раз он сверял строчки доклада с тем, что запомнил сам, бесконечно анализировал свои действия. И действия противника, разумеется.

Учебные бои со Скайуокером, тем, кто взорвал «Звезду Смерти» и затем не раз демонстрировал свое пилотское мастерство в сражениях против имперцев были… Познавательными.

Хотя бы по той причине, чтобы понять очевидное — «голое» мастерство пилота у Скайуокера гораздо ниже такового у любого пилота элитных эскадрилий противников из Альянса и Новой Республики, с которыми сталкивался Креб.

Да, он вне всякого сомнения, знает устройство и возможности своего корабля. Однако его стиль пилотирования — небрежный, неуверенный. Сказывался недостаток опыта в пилотировании в не боевых условиях. А вот в сражении…

— «Мститель»-Лидер, — раздался женский голос из комлинка. Взглянув на приборную панель, Креб отметил, что вскоре должен завершиться второй прыжок. Еще полчаса — и конвой прибудет в систему Пакууни. — Ты там не умер?

— Не дождешься, Мститель-Два, — парировал он. — Что случилось, Диа?

Он догадывался о причинах, по которым его ведомый использовала выделенный канал связи. Ей банально стало скучно.

— Мне скучно, — подтвердила она опасения мужчины.

— Не припоминаю, чтобы совмещал службу с работой в развлекательном шоу, — парировал Креб.

Из комлинка донеслось бурчание.

— А тебе, кажется, не скучно. — поворчала Диа.

— Совершенно, — подтвердил майор. — Я изучаю аналитическую записку учебно-тренировочных полетов и боев, проведенных со Скайуокером.

— Для чего? — удивилась ведомый.

— Чтобы разобраться в его манере боя.

— Не поняла, — после пары секунд молчания, призналась Диа. — Ты же участвовал в сражениях лично. Неужели не успел проанализировать?

— Данные объективного контроля дают более подробную информацию, и ты прекрасно об этом знаешь, — произнес Креб. — Вовлеченный в сражения, я не могу оценить ситуацию и его маневры в целом. Сейчас — могу. И это в самом деле интересно. И да. Я взял на заметку, что ты не ценишь ценность объективного контроля.

— В рамках служебной информации — ценю, — в голосе напарницы послышалась обида. — Но… Изучать это в кабине истребителя, в одном шаге от боевого вылета? Зачем нам даны часы самоподготовки, а, командир?

— Для самообразования, — подтвердил Креб. — Но я не упускаю возможность совершенствоваться в любое удобное время.

— Пф-ф, — фыркнула Диа. Помолчав, спросила:

— И что, что-то новенькое для себя прочитал?

— Да, — подтвердил Креб. — Скайуокер, на самом деле посредственный пилот.

— Но он, вообще-то, взорвал «Звезду Смерти»! И с него начался та самая «Разбойная эскадрилья».

— А я закончил эту эскадрилью, — без малейшего хвастовства привел голые факты Креб. — И, не могу не сказать — они были сильными соперниками.

— А Скайуокер?

— В том-то и загвоздка, — признал Креб. — Скайуокер знал о том, что наши учебные бои записываются. И, сперва, я думал, что он демонстрирует свой непрофессионализм специально, чтобы запутать меня. Обычное пилотирование у него хромает — он плохо держит курс без помощи астромеха, посредственно маневрирует, слаб в фигурах пилотажа. Но в бою, он словно меняется. Как если бы это два разных человека за штурвалом сидят в не боевом и боевом полете. В последнем его недостатки словно исчезают.

— А какой в этом смысл? — удивилась Диа. — Прикидываться фермером с Татуина до начала боя, чтобы усыпить бдительность?

— Я так и подумал. Однако, так происходило всегда — каждый бой.

— Но…? Он же не идиот, думать, будто после первого раза такая тактика сработает вновь и вновь?

— И все же, он делал это.

— Кажется, — медленно протянула Диа, — он тебя считал идиотом.

— Или же пресловутая Сила помогала ему сглаживать ошибки, — предложил Креб вариант, который считал более жизнеспособным.

— Хм… — Диа задумалась. — Ну или все дело в астромехе.

— То есть?

— «Крестокрыл» разработан как машина, с низким порогом вхождения в управление, чем многие другие звездные истребители, — объяснила Диа. — Управление максимально упрощенное для освоения, а астромех всегда подскажет или поможет. Многие пилоты закладывали в своих астромехов дополнительные возможности и функции, чтобы облегчать себе работу.