— Нет, мой повелитель! — Лет, толстый и обрюзгший, стоял на своем. — Я усердно работаю над тем, чтобы «Галактическая Пушка» вошла в строй как можно быстрее. Мои коллеги дорабатывают остальных «Владык», мы ведем работы над усилением защиты «Опустошителей миров», дорабатываем для вас другие новинки…

— Как хорошо, что вы не ушли, адмирал Вейнар, — голос Императора звучал злорадно. — Сейчас вы воочию убедитесь в том, как опасно подводить меня. Дорабатываете, да? — спросил он, уже обращаясь вновь к лету. — Ты помнишь Бевила Лемелиска, своего предшественника?

— Да, господин.

— Он создал первую «Звезду Смерти», и уверял меня в том, что она не может быть уничтожена. И все же, это произошло. Так же, как и ты сейчас, он стоял передо мной на коленях, делая вид, что не понимает что ошибся. Я обрушил на него свою кару, дабы он не подвел меня еще раз. Он умер, и я воскресил его, как убил и воскресил всех вас, — когтистый палец Императора указал на кровоточащую клетку. — Ты разработал многое, Умак Лет. Ты дорабатывал «Затмения», и все они потеряны Империей. Ты дорабатываешь «Владыки», и они уже проявили себя не лучшим способом. Ты доработал нашу систему информационной защиты, но «ледорубы» хаттов внедрились в нашу информационную сеть и похитили чертежи «Звезды Смерти».

Сгрудившиеся в кучу ученые оказалась внезапно окружены прутьями и сетью — те словно выросли из-под пола, сформировав новую клетку. Подобную той, в которой уже находятся окровавленные останки.

Сбитый с толку, Умак Лет поморгал водянистыми глазами и, протянув вспотевшую руку, потрогал крепкие надежные прутья решетки. Обвел взглядом сетчатый металлический купол над собой — и тут паника смерчем охватила его. Его коллеги, по видимому, тоже только сейчас поняли, насколько они близки к смертельной опасности.

Пытаясь оттолкнуть сетчатую решетку, они кричали и умоляли о пощаде, резали пальцы и руки о тончайшую проволоку, истекая кровью У подножия трона начали появляться лужицы красной жидкости…

Император сидел совершенно неподвижно, хотя он, вероятно, должен был манипулировать какими-то контроллерами, потому что внезапно прозвучал резкий щелчок, и с потолка опустились уже знакомые Рейнару тросы. Они впились в верх клетки и начали поднимать ее. Крики внутри клетки усилились.

— Я весьма недоволен твоей работой, Умак Лет, — раздельно произнес Император, одновременно с тем, как первая клетка исчезла в тенях тронного зала, а вторая заняла ее место над прямоугольным отверстием. — Ты, и твои подчиненные подвели меня. Хатты, жалкие и недостойные существа, завладели собственностью Империи! Одним из ее важнейших секретов! Ты гарантировал мне информационную безопасность! Секретность! Ты подвел меня!

— Господин, я все исправлю!

— Разумеется, — на лице Императора появилась садистская улыбка. — Но сперва ты умрешь для меня, Умак Лет. Снова. И будешь умирать, возвращаться к жизни, умирать снова до тех пор, пока я не сочту твое наказание исполненным.

Палпатин выбросил вперед свою когтистую руку. Сине-фиолетовая молния сорвалась с его пальцев, устремилась к подвешенной клетке. Треск электрических разрядов, пронзивших металлическую ловушку, померк по сравнению с тем, какими громкими и леденящими кровь оказались крики боли ученых.

Несколько минут, за которые у Вейнара начали уже болеть глаза, Император жег опозоривших его подчиненных, силами, недоступными обычным разумным. Но, на то он и Император — он выше остальных людей. Он сильнее, умнее, мудрее. Подвести Императора — непозволительный грех, нечто на уровне ереси. И за провал каждый должен быть наказан так жестко и жестоко, чтобы остальные никогда не подводили Императора впредь. Смерть и страдания сотен обеспечат процветание, мир и стабильность в Империи, охватывающей миллиарды разумных. Пусть даже среди них будут и недостойные инородцы, не только лишь люди. Но и они должны знать — каково это, подвести Императора.

Джерард редко думал о чем-то подобном, но сейчас мысли сами по себе возникали в его голове. А в груди рос праведный гнев на Лета и его подчиненных. Никто и никогда не должен подводить Императора. Подвести Императора — непозволительно. Подвести Императора — путь к смерти в безвестности. Никогда, никогда, никогда он не подведет Императора.

Поскорее бы насладиться картиной происходящего и отправиться в Пространство хаттов. Сжечь их планеты, сравнять с поверхностью города, развеять их корабли по звездному ветру… Убить всех, если они встанут на пути. Но виновники нарушения информационной безопасности должны быть доставлены к Императору. Живыми. Чтобы он смог их казнить так, как посчитает нужным. Но, предварительно, всех их нужно пытать. Самыми изобретательными способами, какие только есть в распоряжении Империи. Никто и никогда более не должен сделать такой ошибки, как завладеть собственностью Императора. Сама мысль об этом должна стать кощунственной.

Блеск молний прекратился. Джерард, словно выпал из некоторого транса, увидев, как Император сидит, сгорбившись. Он словно устал пытать полуживых людей в клетку.

— Сбросить их к жукам, — голос Императора прозвучал неестественно слабо, как у старика, который находится на пороге смерти. Ближайший к нему Суверенный Защитник, выступив из тени, направился к клетке. К удивлению Джерарда, внутри еще кто-то шевелился. — И приведите следующих.

Вейнар стоял как вкопанный, наблюдая за тем, как клетка с людьми, все еще живыми, но парализованными, обожженными, стонущими от боли людьми, погружается в прямоугольное отверстие. В какой-то момент, стоило только клетке скрыться, отверстие закрылось силовыми полем, не пропускающим ничего изнури. Ничего, кроме звуков.

Сотни и тысячи невидимых пастей разом заголосили, негромко попискивая, но с каждым разом все сильнее, сильнее… Как будто они учуяли добычу…

В тот самый момент, когда писк невидимых тварей достиг своего апогея, из ямы донеслись новые крики. Душераздирающие панические крики боли людей, которых пожирают заживо.

— Смотри, адмирал Вейнар, — произнес Император. — Смотри и слушай. Я не жалею тех, кто предал или подвел меня. Я не жалею создателей супероружия. И тем более не пожалею того офицера, который не выполнит мой приказ.

— Я понимаю вас, Император, — поклонился Джерард, стараясь унять ликование от Императорской милости и дрожание коленок от осознания возможных последствий. — Я умру, но доставлю вам виновников кражи.

— Чу-удно, — губы Императора изобразило подобие улыбки. — Будет жаль, если я разочаруюсь в тебе. Впрочем, ты и сам поймешь это, если подведешь меня…

Из Императорской цитадели Джерард улетал тем же курсом, на том же шаттла. Но на этот раз он никуда не смотрел, ни о чем не думал. Его мысли словно кто-то похитил. Лишь одно осталось в его мозгу — найти виновника среди хаттов. Все остальные мысли — просто не нужны.

Треугольный корпус «Инквизитора» вынырнул из светового тоннеля гиперпространства. Подобно наконечнику стрелы, он впился в реальный космос, сбрасывая, практически мгновенно, колоссальное ускорение до реальных величин. Передвигаться со скоростью, превышающей или близкой к скорости света, в реальном пространстве намного опаснее, чем получить какие-то преимущества от скорейшего перемещения к точке назначения.

Особенно, если штурман, в целях безопасности, проложил курс так, чтобы оказаться как можно дальше от переливающейся десятками цветов Стигийской Кальдеры. Непроницаемая Кальдера, как ее еще называли, окружала регион космоса, где тысячелетия назад появилось на свет то, что в последствии назвали Империей ситов. Родина всех учений о Темной стороне Силы, ставших культовыми даже в это время.

Генерал Брашин вошел на мостик в тот самый момент, как на пол рухнуло тело в форменном мундире. С перекошенным от ужаса лицом, с явными следами удушения, молодой офицер из штурманской группы втягивал в себя воздух с такой интенсивностью, что впору подумать о увеличении выходной мощности системы жизнеобеспечения ради сохранения атмосферы на мостике.