— Стоит ли во время модернизации заложить побольше стойкой взрывчатки? — спросил Альфа. — На случай, если они выйдут из-под контроля.

— Разумеется, мы не обойдем стороной меры предосторожности, — подтвердил Траун. — Если нам удастся достичь желаемого, создав для Каллисты Масаны тело со способностями к Силе, продолжая политику добрососедского существования, приходя на помощь каждый раз, когда она им потребуется, рано или поздно, они поймут, что выгоднее быть нашими союзниками. Или, как минимум, это поймет Масана. Если остальные откажутся помогать нам в войне против йужань-вонгов, то она, следуя путем чести, прилетит сама.

— И толк от нее одной? — спросил Альфа.

— Недооценивайте целеустремленность и обиду разумных, что идут по пути служения и защиты невинных, — посоветовал гранд-адмирал. — Если реализуется подобный вариант, Каллиста Масана навсегда разочаруется в своих союзниках-алтиссианах и примкнет к нам. Просто следуя своему кодексу чести и негласным обязательствам. Что может дать тем, кто был к ней дорог тот, у кого ничего нет?

— Только свою преданность, — сообразил ЭРК. — Блестящий план, сэр. Они либо примут нас, как своих союзников, глядя на наши дела, либо, мы разделим их и подчиним. Согласен, для подобного материальные затраты не имеют важности. Но, как это связано с мореллианскими клонами?

— Ровно так же, капитан, — пояснил Траун, сделав новый глоток. — Разделяй и властвуй. Тридцать миллионов подготовленных, обученных и имеющих богатейший военный опыт клонов, сражавшихся на передовых в различных условиях и на самых разнообразных фронтах. Бакара объединил их в огромную армию, подчиненную железной дисциплине. Годами они строили свою работу исключительно полагаясь на себя и свои силы. Мы получили их лояльность, руководствуясь хитростью и фактами. Как они сами того и желали.

— Мара Джейд воспользовалась косностью мышления Бакары, — согласился Альфа. — Но их полная лояльность не может быть гарантирована.

— Потому они вводятся в бой малыми группами в качестве пополнения, а не действуют самостоятельно, — пояснил Траун. — Если они задумают предать нас, столкнувшись с имперцами на поле боя, ведомые Чрезвычайными Приказами или иными установками, то это будет малая кровь с нашей стороны. На каком бы направлении они не предали нас, если это вообще возможно, то мы потеряем лишь малую часть армии. Но будем знать, что они способны на это. И как именно организовано предательство.

— Так, если предательство будет, мы сможем изолировать оставшихся.

— Совершенно верно. Более того, малым числом они могут нанести лишь ограниченный вред. И тем самым на наши планы это повлияет незначительною. С другой стороны, — продолжал Траун, — если мы поймем, что они преданы безоговорочно, и больше не исполняют приказов ситов, мы получаем армию, соразмерную той, что есть в Имперском Пространстве, Темной Империи и иных проимперски настроенных Осколках. Более того, пока основные части расквартированы в отдаленных гарнизонах, откуда им некуда деться, те, что будут на передовой, оценят наш стиль командования, и отношение к клонам.

— Понимаю, но, для чего это?

— Клоны отказывались переходить под наши знамена, мотивируя это тем, что они всего лишь оружие, — пояснил Траун. — Но, когда мы приняли правила игры, забрали их по правилам трофеев и компенсации, это несомненно порождает когнитивный диссонанс. Сколько угодно можно говорить о себе всякое, но из уст сторонних разумных, те же слова звучат больнее. А, когда ты мыслишь о себе как об оружии, но попадаешь в среду таких же бойцов, одинаковых генетически, но не используемых в качестве пушечного мяса, когда ты слышишь про гражданские права, видишь калорийную и правильную пищу в окопах, когда тебе говорят, что преждевременное старение — обратимый процесс, и тебе могут даровать новое тело, лишь прояви себя в качестве верного служителя Доминиона… Раз за разом, день за днем, эта мысль будет ломать их мировоззрение. Жестко, местами жестоко, но вынужденно быстро, они пройдут тот самый путь, который прошли те клоны, которые остались за пределами имперского влияния. Достаточно будет узнать у наших ветеранах все то, как жилось клонам после Восстания, если они не стали частью Экспедиционного Корпуса Кронала, посмотреть на злодеяния Императора, и, — Траун неожиданно щелкнул пальцами, — они наши, капитан. Окончательно, и бесповоротно.

Альфа, против своей воли, вздрогнул. Он ждал от Трауна многого, но… Услышать настолько расчетливый и бескомпромиссный план, рассчитанный не на обмане или пускании пыли в глаза, а исключительно на том, что происходит в реальности в Доминионе… Сломать не силой, завоевать верность не лестью и обманом, но правдой и действием… Начинаешь понимать, почему Траун, инородец, стал гранд-адмиралом Империи, где нелюдей считали отребьем.

Вот и ответ, почему он единственный из гранд-адмиралов, кто дожил до настоящий дней. И почему он отказался от верности Империи в пользу строительства Доминиона.

— Камино не обрадуется такому, — облизнув губы, произнес Альфа. — Тридцать миллионов новых клонов, это на тридцать миллионов меньше закупок.

— Ни в коем случае, капитан, — поправил его гранд-адмирал. — полагаю, Бригада Специальных Операций обеспокоена тем, что каминоанцы могут начать новое восстание, опасаясь за свой бизнес и независимость. Что ж, подобный сценарий возможен. Если мы позволим этому случиться.

— Предлагаете засекретить происхождение клонов? — поинтересовался Семнадцатый.

— Потребовать от всех Вооруженных Сил держать язык за зубами? — неожиданно на губах Трауна появилась улыбка. — Право, это невозможно. Достаточно одного слуха, чтобы это разлетелось как пожар. Напротив, мы не будем сдерживать это. Молва о том, что выжившие герои Войн Клонов присоединились к нам, лишь укрепит боевой дух других ветеранов, присоединившихся к нам ранее. А Камино… их задача производить клонов. Какая им разница, произвести тридцать миллионов солдат, которых нужно обучить и вооружить, или тридцать миллионов новых тел, которых нужно только лишь вооружить?

Альфа несколько секунд размышлял, после чего произнес:

— Никакой, если они получат ту же сумму, но работать придется меньше.

— Верно, капитан, — кивнул гранд-адмирал. — Камино не производит людей. Они производят продукт. И, как любой производитель, они всегда рады снизить свои расходы, но оставить прибыль на прежнем уровне. А то, и заработать сверх оговоренного. Полагаю, получив назад часть клонирующих цилиндров и специалистов, они рады тому, что мы обеспечим их производство дополнительными заказами на годы вперед.

— Рады? — уточнил Альфа. — То есть… Вопрос лояльности каминоанцев уже не стоит?

— Разумеется нет, капитан, — заверил Траун. — Я договорился с ними еще два дня назад. Теперь осталось лишь вернуть им оборудование и специалистов, попавших к Кроналу стараниями Тайбера Занна.

Переживания ЭРК были напрасны. Несомненно, Траун установит негласное наблюдение за каминоанцами. И, если те попробуют юлить, кара будет мгновенной и кратно более жестокой, чем это было при Империи. Если каминоанцы не идиоты, а они таковыми не кажутся, то второй раз в такой слепой прыжок они не отправятся. Лучше получать миллиарды кредитов, стабильно и без проволочек, чем лишиться всего из-за нескольких партий клонов.

— Но что мы будем делать с миллионами клонированных тел, если часть из ветеранов Бакары не доживет до замены мозгов?

— «Когда», а не «если», — поправил я. — Так уж вышло, что у нас есть собственный проект клонирования и обучения солдат. Раз у нас появятся дополнительные тела, то найти для них подходящие личности и превратить «заготовки» в новых солдат, не составит труда.

Альфа молчал несколько секунд, пораженный масштабами плана гранд-адмирала. И ведь… Как артистично.

Одиннадцать лет, второй месяц и двадцать девятые сутки после Битвы при Явине…

Или сорок шестой, второй месяц и двадцать девятые сутки после Великой Ресинхронизации.