Учителю пришлось извернуться, чтобы избежать участи быть похороненным заживо. Орудуя мечом и силой, сит выбрался за пределы рушащегося здания. И застал своего ученика, с усмешкой смотрящего в глаза учителю. Но уже в ста метрах от рушащегося за спиной Зииленлоса ракатанского храма.

— Признайте, — потребовал Марек. — План был хорош.

— Не спорю, — похвалил сит, повесив оружие на пояс. — С тех пор, как ты жалким куском банта пууду приполз ко мне, умоляя научить тебя победить твоих врагов, ты качественно изменился в лучшую сторону.

— Благодарю за поздравление, — усмехнулся Гален, повесив свое оружие на пояс. — Полагаю, этот поединок за мной?

— А ты, разве, видишь мой бездыханный труп? — уточнил сит.

— Нет, учитель.

— Значит и ответ на свой глупый вопрос знаешь, — Зииленлос посмотрел в ту сторону, откуда к ним двигалась Рутик. — Пока я жив — я не побежден.

«Вот только и войны не видно», — подумал Гален, игнорируя грохот заваливающихся стелл и рушащихся стен.

— Пойдем, — произнес учитель, игнорируя палящие лучи звезды. — Нам нужно обсудить следующий шаг в нашей кампании. Пора уже начать шевелить наших врагов болезненными ударами, пока они играют в свои детские шалости по всей галактике.

— О, полагаю, ваши отлучки связаны с полетами в известную часть галактики? — уточнил Гален.

— Отнюдь, — возразил Зииленлос, вглядываясь в живописные пейзажи прибрежной полосы. — Но я приглядываю за этим сумасшедшим домом. И тебе пора узнать ради чего, а так же, каким будет наш первый удар.

— Звучит интересно, — признался Марек, подстраиваясь под шаг своего учителя.

Основной звездный разрушитель Доминиона рассекал мрак безвоздушного пространства. Клиновидный корпус корабля словно наконечник стрелы или огромный указатель был направлен в сторону яркого шара — звезды системы Достра. Туманность Тандол заливала окружающее пространство довольно приятной игрой света, но именно этот же красочный феномен мешал наблюдателям разглядеть воочию как другие небесные тела в системе, так и вражеский флот, собравшийся здесь для генерального сражения.

Впрочем, чтобы соотнести силы, не нужно было обладать острым зрением — достаточно будет и сканеров. Туманность, хоть и пронзала вдоль, да поперек северо-западную часть Корпоративного сектора, наполненная ионизированным излучением и космическими аномалиями, затрудняющими судоходство, все же не обладала достаточно сильной плотностью для того, чтобы забить сканеры статическими помехами настолько, чтобы ослепить сканеры. А потому флот «корпоратов», стянувшийся к системе, был виден как на ладони. И визуально, и на сканерах.

Когда полковник Флеминг прибыл на мостик, чтобы сообщить о готовности к высадке, контр-адмирал Мор стоял возле центрального лобового иллюминатора. Подтянутый и молодо выглядящий, офицер словно гипнотизировал взглядом поле боя. Но, как показывает опыт, подобными джедайскими фокусами Мор не обладал. А вот увлечься полетом своей мысли мог довольно просто.

— Наземные силы готовы к сражению, адмирал, сэр, — отрывисто сообщил немолодой офицер, останавливаясь вблизи от командующего.

— Отлично, полковник, — отстраненно пробормотал мор, не изменив своего положения.

Хм…

— Все подразделения закончили последнюю проверку, техника готова к десантированию.

— Замечательно, полковник.

— Если надо, можем даже на абордаж пойти, — не удержался от шпильки Флеминг. Нет, серьезно, что за дела? На носу важнейшее сражение, а командующий в вакууме витает! Так дела не делаются.

— В этом нет необходимости, полковник, — «отмер» Мор. — Флотский спецназ справится собственными силами.

— Спецназ? — удивился Флеминг. — Не припомню, чтобы такой был расквартирован на борту разрушителей.

— Ах, да, точно, — спохватился Мор, натянуто улыбнувшись. — Задумался. Полагаю, что нам в будущем следует вернуть на борт кораблей именно спецназ, а штурмовиков держать исключительно для наземных операций.

— Разделение сфер влияния? — уточнил Флеминг.

— Да, я давно обдумываю эту идею, но не знаю как преподнести ее штаб-квартире.

— Разрешите говорить откровенно, сэр?

— Разумеется, — рассеянно произнес Мор.

— Идея, может, и хорошая. Но вредная по своей сути, — произнес Флеминг. — Клоны Доминиона по сути своей имеют универсальную подготовку. И за время службы приобрели опыт сражения как на кораблях и орбитальных станциях, так и на поверхности планет. Какой смысл создавать новое подразделение путем выделения сил и средств из Штурмового корпуса, если, по факту, это будут те же самые штурмовики, только постоянно дислоцированные на звездолетах и орбитальных базах, флотских объектах?

— Вы забываете, полковник, что цель Доминиона не в том, чтобы производить клонов бесконечно, — предупредил Мор.

— В самом деле? — уточнил Флеминг. — Потому что я вижу исключительно не прекращающиеся потоки клонов, которые прибывают на замену выбывшим. Как будто ваши клонирующие лаборатории работают без выходных и праздничных дней. А и перерыва на обед у них, похоже, тоже нет.

— Клоны — не пушечное мясо, полковник, — напомнил адмирал. — Клоны — это вынужденная необходимость ликвидации недостатка кадрового состава. Конечная цель — воспитать Вооруженные Силы, которые будут комплектоваться из собственных граждан.

— Однажды — может быть, адмирал, не спорю, — признал Флеминг. — Но я вижу здесь сразу несколько проблем. Которые вы, похоже, не заметили.

— Интересно послушать, — заинтересовался Мор.

— Для начала, вы сами только что сделали акцент на клонах, как не гражданах Доминиона, а это не так, — произнес полковник, понизив голос. — Они тоже граждане, пусть и рожденные в инкубаторах. Оговорка пустяк, но если эти парни услышат подобное, при том, что Доминион декларирует немного иные постулаты, быть скандалу.

— Верно, — прищурился Мор. — Неточная формулировка.

— Неточности — то, что губит все планирование. — многозначительно произнес Флеминг. — Вы сказали так, потому что вымотаны. И в состоянии стресса — не контролируете свою речь. Это нормально, как «осадник» я часто пользовался бессонными ночами противника, чтобы применить свое оружие против их невнимательности. Но в вашем случае мне показалось, что вы просто не искренни. И эта словесная бравада про клонов и про комплектацию армии не из них — то, что вы думаете на самом деле. Что бы там не говорили парни в высших эшелонах власти, вы, на самом деле, продолжаете рассматривать клонов как пушечное мясо. Пусть где-то в глубине души, но все же.

— Можете думать что угодно, — холодно произнес Мор. — Будут еще замечания?

— Полно, сэр, — подтвердил Флеминг. — Видите ли в чем вся антиматерия этого постулата «заменить клонов неклонами»… Проблема заключается в том, что Доминион никогда не откажется от клонов.

— Если бы это было так, мы бы не вербовали простых граждан и не обучали их. Клоны — лишь временная мера.

— А я думаю, что как раз вербовка рожденных естественным путем — временная мера, — усмехнулся Флеминг. — И клоны будут продолжать служить Доминиону после этой войны. И после следующей. И еще столько, сколько потребуется.

— Объяснитесь.

— Извольте. Вот вы думаете, что воссоздать флотский спецназ, перепоручить флоту собственные пехотные подразделения — это хорошо.

— Ближе к делу, полковник.

— Так я как раз об этом же. Империя уже делала это — выделила отменных бойцов во флотский спецназ и… По факту флотская пехота и спецназ превратились во флотскую гарнизонную службу. Сколько бы ни рассказывали о том, что на борту имперских кораблей всегда были флотские пехотинцы, это не так. Штурмовики — вот кто был на кораблях. Они проводили абордажи. Они штурмовали объекты. Они высаживались на поверхность планет до прибытия основных частей. И прекрасно справлялись со своей задачей. Знаете почему?

— Просветите меня.

— Потому что в Империи стать штурмовиком — значит посвятить свою жизнь служению Империи. До тех пор. Пока тебя не убьют, или пока ты не станешь настолько старым, что не пройдешь по цензам. Штурмовиков обучали быть универсальными во всем — их готовили жестоко, жестко и целенаправленно. По крайней мере на Кариде и в других элитных местах.