— Как и многих кадровых военных Старой Республики, Империи, — поддержал Мор. — Именно так мы все и оказались в Доминионе — мы оказались просто не нужны в своей старой жизни.

— У каждого свой путь приобщения, — уклончиво ответил Флеминг. — В любом случае, сэр, не нам решать этот вопрос окончательно. Мы лишь вносим свои предложения и мотивируем собственную точку зрения. Окончательная политика будет сформирована исключительно штаб-квартирой.

— Разумеется, — кивнул в ответ Мор, посмотрев на Флеминга. — Однако, полковник, меня волнует сам факт того, что без малейших предпосылок, Пеллеон почему-то заинтересовался вопросом клонов, не клонов, службы, соподчинения и много другого.

— Да, аспекты задания были обширными, многие мне показались совершенно абсурдными, — согласился Флеминг. — А то, что они не имеют никаких предпосылок… Не факт, что их нет. Скорее всего мы просто о ни не знаем.

— И вот эта перспектива меня пугает до усрачки, — тихо произнес Мор. — Пеллеон, при всех его достоинствах, едва ли бы сам проявил инициативу изучения вопросов равенства клонов и прочего. Скорее всего эту задачу ему поставил Траун. И, если это так…

Адмирал замолчал.

— Если это так, то встает вопрос о том, почему гранд-адмирала внезапно заинтересовали вопросы идентичности и самоопределения клонов, — так же негромко произнес Флеминг.

— Именно над этим я и думал, полковник, когда вы пришли, — добавил Мор. — Мы в двух шагах от завершения кампании в Корпоративном Секторе. Как только разобьем группировку в туманности, задушить флот Этти не составит труда. Контроль за сектором перейдет к СПО.

— Клоны уйдут, на их место придут подразделения не клонов, контролирующие правопорядок и зачистку, — продолжил мысль Флеминг. — Стандартная процедура.

— Верно. И поддерживать СПО будут клоны из Гвардии Доминиона, — добавил Мор. — Все стандартно. Ничего нового. Но именно сейчас… Почему именно сейчас? Что произошло и какое отношение наше мнение, мнение старших офицеров Вооруженных Сил, имеет к проходящим кампаниям?

— Если только они связаны, — подсказал Дрекс.

— Если этот опрос — дело рук Трауна, значит связаны, — категорично оповестил Мор. — И я не вижу как. Никаких значимых противоречий между нашими клонами и неклонами не было замечено.

— Думаю, это связано с тем, что Доминион производит клонов-личностей, — с усмешкой добавил Флеминг. — Клоны ВАР считали себя оружием, и никогда не ставили себя в один ряд с неклонами. Наши же клоны — такие же личности. Просто не сразу к этому приходят.

— Тоже верно, — согласился Мор. — Но задание составлено так, как будто речь идет именно о старых клонах и гражданском обществе… Я не могу уловить сути намерений Трауна.

— А кто-то в этой галактике может похвастаться тем, что понял замыслы Трауна и остался в живых? — поинтересовался Флеминг.

— Таких счастливчиков я не встречал, — признался Мор. — Мне начинает казаться, будто опрос старших офицеров — это прелюдия к чему-то большему.

— К чему, например? — усмехнулся Флеминг. — Едва ли где-нибудь Траун отыскал настолько большую группировку клонов Великой Армии Республики, что их прямолинейное и узколобое понимание мира может быть настолько важным и тревожным, что гранд-адмирал решил посоветоваться со всеми, кто так или иначе влияет на клонов по долгу службы. Я бы поставил на то, что гранд-адмирал и сам пришел к мысли о том, что не следует дальше играть в личности клонов, а следует производить клонов со старым мироощущением. Потому и решил подстраховаться, узнать мнение командующих.

— Флот «Катана» так же считался мифом, — напомнил Мор. — А в итоге они мало того, что надрали задницу Империи, Республике, так еще и продолжают службу глубоко в тылу осваиваемых секторов.

— Как только у СПО будет достаточно штатных кораблей, их спишут, — заверил Флеминг. — Или разделают на металл.

— Очень в этом сомневаюсь, — покачал головой Мор. Траун не избавляется от того, что может принести хоть какую-то весомую пользу. «Дредноуты», те, что остались, несмотря на солидный возраст, продолжают оставаться крепкими кораблями, которые могут надрать задницу на поле боя.

— Верно сказано, — подтвердил Мор. — Старые, но не бесполезные… Как и те клоны 501-ого легиона, которых подобрали по всей галактике и пустили в оборот. И ведь именно с их появлением внедрили все эти правила про клонов, как граждан.

— Хотите сказать, что ситуации похожи?

— Может быть, — Мор погладил подбородок. — Пока мы застряли в КорпСеке, мы это не узнаем.

— Мысль уловил, — оживился Флеминг. — Если быстрее справимся здесь, быстрее вернемся на базы и будет возможность собрать сплетни в штаб-квартире, чтобы прояснить ситуацию.

— Верно, — согласился Мор. — Если Траун в самом деле решил наполнить Доминион клонами, не имеющими иной личности и цели в жизни, кроме как служить, то к моменту нашего возвращения в штаб-квартире об этом будет знать последний дневальный.

— Намек понял, адмирал, — Дрекс дернул китель. — Мои парни сделают все необходимое, чтобы разобраться с наземной обороной как можно быстрее.

— Только не сожгите планету, — попросил Мор. — Это чертовски важный мир. И не только благодаря огромным площадям посевных полей. Но и залежами редких, ценных металлов и материалов.

— Сделаем, — заверил Флеминг. — В лучшем свете.

Джейден Корр нервничал.

Возможно, что с того самого момента, как он стал учеником Мейса Винду, молодой человек не испытывал большего волнения, чем сейчас. Ни, когда обнаружил свою тесную связь с Силой, ни когда впервые взял в руки световой меч. Даже когда агенты Доминиона, проимперского государства, обнаружили маленький лагерь беженцев в недрах Нижних Уровней Корусанта, Джейден не испытывал такой тревоги и растерянности.

Будучи учеником Мейса Винду, он привык к тому, что приходится справляться с трудностями. Учитель никогда не выбирал для него легких путей, так что Джейден не мечтал о простой жизни.

Однако, присоединившись к Доминиону, он начал испытывать волнение все больше и чаще.

Учитель, разумеется, рассказывал ему историю Ордена джедаев. Рассказывал о ситах. Рассказывал о войнах между ними, и о падении Ордена тоже поведал немало. Тогда уроки истории о том, что джедаи всегда находились на острие атаки, всегда возглавляли войска в борьбе за мир и справедливость в галактике, казались такими далекими и забытыми…

Джейден нервничал, потому что в условиях тотального господства Империи во всей галактике, он не представлял себе путь джедая, борца за мир и справедливость, как военачальника.

И вот…

— Сэр, пришли новые данные от разведчиков, — сообщил ему вахтенный, протягивая деку.

— Спасибо, — стараясь, чтобы его голос не дрожал, мужчина принял устройство. Офицер-клон, не выказал ни тени разочарования своим командиром, грамма удивления или микрона недовольства, услышав, что голос предводителя все же дрогнул.

Как бы ни старался Джейден сохранить невозмутимое выражение лица и твердый, командный голос, получалось довольно плохо. Просто потому, что как ученик джедая, он привык рассчитывать на Силу. А на боевом корабле Доминиона с этим были большие проблемы…

Невозможность обратиться к Силе, верному союзнику того, кто был к ней чувствителен, тем более доставляло хлопот. Не меньше, чем сам факт того, что он фактически, не имея опыта командования, был поставлен командовать силами блокады Этти IV.

Вместе с учителем они приняли решение примкнуть к Ордену дженсаарай, когда Доминион сделал подобное предложение. Если не считать проимперскую милитаризацию общества и военное управление, Доминион можно было бы считать хорошим государством. Но, по мнению Джейдена, магистр совершил большую ошибку, согласившись работать на Доминион.

Как-то это расходилось с теми рассказами про добро, справедливость, законность и демократию, которые ему в ходе своих лекций поведал Мейс Винду. «Империя с добрым лицо» — именно так как-то учитель Винду назвал Доминион. Как будто это объясняло причину, по которой он отвернулся от пути борьбы за демократию и примкнул к военному режиму.