Янтарные огоньки в глазах моей женщины сверкнули снова. Но уже не как символ угрозы, а как проявление озорного понимания свершившегося. Она слишком умна, чтобы не понять очевидной «вилки», которая была предоставлена ей при выборе имен. И была довольна пониманием того, что мы мыслим одинаково.

Наш сын — не завоеватель. Не реформатор, спасающий отсталую армию. Наш сын — защитник отечества, тот, кто сломает хребет любому врагу, освобождая свои миры и свой народ. Нам не нужно чужого. Но и свое мы не отдадим. Ни планеты, ни сектора, ни интересы.

Неслышно, будто кошка, Мара легла поудобнее. Рука, прикрывающая ребенка сверху, ушла под подушку. Глаза закрылись, на лице появилась улыбка. Девушка мгновенно провалилась в сон.

Но она тоже дала мне понять — она верит в то, что я смогу защитить их обоих. Что ж, кажется, мы прошли испытания друг друга.

Теперь осталось выстоять испытания, которые нам приготовила эта галактика. И, теперь я уверен — мы выстоим их вместе.

Одиннадцать лет, второй месяц и тридцать вторые сутки после Битвы при Явине…

Или сорок шестой, второй месяц и тридцать вторые сутки после Великой Ресинхронизации.

(Один год, девятый месяц и семнадцатые сутки с момента попадания).

Излюбленным приемом Императора, при использовании голосвязи, было использовать голограмму, которая разительно превышала стандартные размеры проекции. Так он возвышался над любым своим собеседником. Вне зависимости от рангов и заслуг.

«Хотя — какая разница», — мельком подумал адмирал Вейнар, опускаясь на одно колено перед голограммой правителя.

— Император…

— Встань, адмирал Вейнар.

Командующий эскадрой «Отмщение» поднялся.

Император не выходил на связь со своими слугами исключительно из праздного любопытства. И в целом не имел привычки тратить свое драгоценное время на личные разговоры, не имеющие огромной значимости. Следовательно, о чем бы ни хотел поговорить с ним правитель Темной Империи, это дело не окажется простым и быстрым.

Впрочем, Джерард догадывался о причинах личного вызова Императора. Не так уж много инцидентов происходило в последнее время, которые могли бы привлечь его непосредственное влияние.

— Адмирал Ларм провалился, — сказал Император таким спокойным голосом, что Вейнар мгновенно ощутил как его сердце стало стучать со скоростью, недоступной даже гипердвигателям ноль-пятого класса. — Его «блестящий», — в голосе правителя появилась ирония, отвращение и скепсис, — план стоил нам целой эскадры, адмирал Вейнар. Сектор Таммуз не подчинился Империи. Не подчинился мне!

Последнее было сказано таким эмоциональным и слегка визгливым тоном, что у Джерарда не оставалось сомнений — Император не просто в гневе. Он в ярости. И в такие моменты, как говорят, головы летели даже у тех, кто едва причастен к провалу.

Вейнар как раз причислял себя к таковым.

Адмирал Ларм возглавлял все группы флотов, действующих с базы на Нар-Шадда и Пространства хаттов. Оставалось большой загадкой, как этот слабовольный человек, знающий о тактике лишь то, как это слово пишется с минимумом орфографических ошибок, получил столь высокий пост. Но, глубоко в душе, Вейнар понимал, что в огромной Империи, потерявшей многих своих сынов, подобное сплошь и рядом. Вооруженные Силы Империи слишком велики, чтобы поставить на каждом направлении исключительно компетентных, а не только беззаветно преданных Империи людей.

Неудача в секторе Таммуз — это фактически провал всего того, что замыслил штаб Имперского Флота. Ставка на опережение действий доминиона, не сработала. И сейчас… Не мудрствуя лукаво, но Империя находится в заднице.

Прежде чем Вейнар обдумал следующую мысль, рядом с проекцией Императора появилась еще одна голограмма. Но на этот раз — обычного, в четверть своего роста. И внешность человека была Вейнару смутно знакома.

— А, — на старческом лице Палпатина появилась злорадная улыбка. — Адмирал Киз. Спасибо, что присоединились к нам.

— На все ваша воля, Император, — бесцветным голосом, словно он находился в одном шаге от смерти, произнес новоприбывший.

И… Честно говоря, Вейнар был недалек от истины.

Фейет Киз занимал звание адмирала в Звездном флоте Галактической империи. Еще пятнадцать-шестнадцать лет назад он командовал небезызвестной «Империей», первым ИЗР-«единичкой», превращенным в «двойку». Именно его умелое руководство модернизированным кораблем открыло путь для последующего преображения флота. На данный момент многие завистники кивали на него, приговаривая, что именно он виноват в том, что имперские корабли имеют столь слабое прикрытие от легких сил. На деле же это совершенно не верно. Решение о комплектовании кораблей тем или иным списком вооружений принимается высшими чинами. И успех одного офицера — это не причина массового перевооружения. Скорее сейчас Киз просто удобная мишень для тех, кто намерен отпихнуть его в сторону.

Киз в самом деле совершил головокружительный рывок в своей карьере. Начиная как один из многих, он на своей «Империи» настолько успешно боролся с незаконными бандитскими, пиратскими формированиями, так часто и виртуозно перехватывал конвои мятежников и наносил удары по их базам, что, как поговаривают, во многом из-за его действий предатели едва-едва смогли собрать флот для атаки на вторую «Звезду Смерти».

Его активная позиция, несомненный талант и личная отвага сделали ему карьеру в Империи. Кажется, ему покровительствовал кто-то из гранд-адмиралов и моффы, в чьих секторах он безупречно подавлял даже зачатки восстания. Но это опять же, просто слухи.

Реальность такова, что уже два года назад, Киз, будучи одним из самых молодых адмиралов Имперского флота, уже командовал звездным суперразрушителем «Прилив». Базируясь на Анаксисе, этот корабль входил в состав Первой секторальной армии, «Лазурный молот». Последней когда-то командовал гранд-адмирал Освальд Тешик. Однако, он был отстранен и смещен с должности из-за совей неспособности справиться с рейдером мятежников.

Вместе с адмиралом Остедом Вермисом, Киз оборонял Анаксис и прилегающие территории, затрудняя продвижение предателей и бунтовщиков к Центру Империи столько, сколько было нужно. Затем, по приказу Императора, Вермис и Киз сняли свои силы с рейда и покинули Анаксис. Разумеется, забрав все самое ценное и нужное Империи.

Поговаривают, что внезапное исчезновение Киза вместе с большинством флота «Лазурного молота» привело мятежников в такую панику, что они еще долго не смели подступать к Анаксису и тянули с захватом Центра Империи.

Разумеется, что Киз отвел «Прилив» и другие корабли в Глубокое Ядро и с тех пор служит Императору. После многочисленных перестановок в командовании, Киз стал одним из тех, кто планирует военную кампанию Темной Империи. И, теперь ему придется отвечать за поражение Ларма.

Несмотря на кардинальные изменения в Империи и ее военной машине в частности, некоторые вещи остались прежними. Пусть теперь Император не присваивал звания гранд-адмиралов, но фактически, назначал людей, ответственных за конкретный театр военных действий. Киз отвечал за кампанию против Альянса повстанцев и Пространство хаттов. Флот-адмирал Эдуард Вудсток, адмирал Ларм — его непосредственные подчиненные.

И, если к Вудстоку в данный момент вопросов было минимум, то Ларм… Ларм провалил все, что только можно.

— Не похоже на то, чтобы мои слова для вас что-то значили, адмирал Киз, — требовательно обратился Палпатин. И. не давая даже шанса оправдаться, бросил:

— Я хочу знать, насколько сильно нарушены мои интересы из-за неудачи Ларма.

«Катастрофически», — мысленно подумал Вейнар.

В отличие от Вудстока, который не просто вскрыл скрытое перемещение флота мятежников и их попытку обустроить новую столицу взамен превращенного в груду шлака дака, Ларм облажался настолько сильно, что страшно себе представить.