К сожалению, Эрик уже видел, что даже повторение подобного приема ни к чему не приведет. Его тактика строилась на том, чтобы корабль сбросил реактор и потратил всю оставшуюся энергию на то, чтобы напитать нижний дефлектор и защититься от детонации звезды. Это бы привело к изменению «высоты» эшелона. Обесточенный «Инквизитор» мог лететь только по прямой. Импульс движения, ускорение, приданное взрывом рукотворной звезды, должны были изменить прямолинейное равноускоренное движение по прямой в диагональное — одновременное движение вперед с набором «высоты». Учитывая дистанцию до устройства — это могло привести к тому, что обесточенный корабль промахнулся мимо цели. И угроза побега была бы нивелирована.

Сейчас Эрик жалел о том, что у него нет дополнительных кораблей, которые бы могли «оттащить» звездный разрушитель Малкора Брашина. Потому как колебания энергии главного реактора могли привести к тому, что «алый рассвет» просто испарится — даже рукотворная звезда не терпит того, чтобы обходили меры безопасности и впрыскивали в нее избытки топлива для рождения энергии для микропрыжка. Отключить реактор сейчас — значит получить в борт таранный удар от «Инквизитора». Любой из вариантов — это неизбежная потеря корабля и провал миссии. Даже если убрать быстроходный дредноут с пути «инквизитора», то Брашин ускользнет…

— Маневровые и аварийные двигатели левого борта привести в готовность! — распорядился Эрик, незримо радуясь тому, что в его голову пришла новая мысль. — Запуск по моей команде!

— Сэр, десантные и абордажные корабли выпускаются по траектории, — напомнил вахтенный. — Если мы начнем маневр сейчас…

— Противник выпустил авиацию и десантные корабли! — сообщил оператор сканеров. — Регистрирую все типы авиакрыла, а так же десантные корабли, гражданские корабли…

— Их задача? — нахмурился адмирал.

— Прорываются мимо нас к устройству.

Бросили корабль ради спасения особо ценных специалистов и данных.

— «Защитников» на перехват! Использовать ионные пушки! Все корабли мне нужны целыми, а пилоты — пленными, не мертвыми! — скомандовал Эрик. — Десантникам — усилить напор. Приготовиться к маневру!

— Сэр? — вахтенный выглядел озадаченным. И Эрик его понимал — нет никакого смысла пытаться удерживать корабль, если допустить что в МЛА сейчас сидят все те, кто должны быть захвачены.

— Оборудование все еще на борту «Инквизитора», — прорычал Эрик, ощущая, как победа ускользает у него меж пальцев. — Начинаем маневр левым бортом — меняем эшелон «выше», продолжая удерживать разрушитель и тормозить его.

Замысел простой, а потому изящный. Нельзя потерять «Алый рассвет». Тем более сейчас, когда главные лица всей группы Брашина очевидно покинули корабль и сбегают с помощью истребителей. Нельзя и отключить реактор — «Инквизитор» все еще подвержен инерции и подавить ее несколькими минутами удержания просто невозможно. Но можно увести «Алый рассвет» с пути таранного удара. Поднимать левый борт до тех пор, пока дредноут не сделает поперечное сальто над звездным разрушителем, оказавшись «вверх» дном. И, либо к тому моменту тяговые лучи погасят инерцию «Инквизитора», или же Эрик будет вынужден будет отключить реактор и отпустить корабль неприятеля в неизвестность.

В этом плане осталось неизвестным только одна переменная: рукотворная звезда в главном реакторе. Удастся ли компенсировать всплески энергии, или придется пожертвовать установкой, пока еще сложно сказать…

— Сэр, эскадрилья TIE-истребителей прорвалась сквозь горизонт событий! — вскрикнул оператор сканеров.

Эрик заскрипел зубами. Он мог побиться о заклад, что Брашин был одним из тех, кто прорвался. Но оставались и другие… Хатт побери! Придется бросать «инквизитора» и следовать за Брашином туда, куда он отправился.

— Установка разрушается! — раздалось еще одно предупреждение.

— Что за хатт⁈ — рявкнул Эрик, освобождая место рулевого. Он ювелирно управлял своим кораблем в маневре изменения эшелона. Нельзя было скидывать на кого-то такую ответственность. — Как это произошло⁈

— Множественные детонационные всплески, сэр! Похоже, что противник подорвал установку сразу же, как только… Наблюдаю изменение характера излучения гравитации… Горизонт событий устройства изменяется… Рост радиационного фона…

— Сэр, — окликнул его старший пилот корабля. — Наблюдаем рост притягивающей силы со стороны установки…

— Что за…? — Эрик посмотрел на место, где только что огромный диск распадался в всполохах взрывов по окружности. Где похожая на радугу маслянистого пятна на воде «лужа» вела в другую часть галактики… И где сейчас появилось…

Эрик почувствовал, как внутри него родился ледяной ком отчаяния. Нет, нет, нет, только не это…

— О, нет, — практически простонал вахтенный. — Это же…

— Вернуть истребители на борт корабля, десанту отступать! — приказал Эрик, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно. Экипаж не должен подвергаться панике. — Завершить маневр. Отпустить «Инквизитор» в верхней точке — сразу, как только выйдем из-под удара. Начинаем разворот маневровыми к диаметрально противоположному от этого места направлению. Пока у нас есть еще шанс спастись…

Последнее он добавил так, что мог расслышать только сам. Но он понимал, что весь экипаж уже осознает смертельную опасность того явления, что сейчас породило разрушение гиперврат гри.

Там, за бортом «Алого рассвета», словно изнанка вселенной, создавая свой пока еще миниатюрный аккреционный диск, вытягивая материю и космический мус из окружающего пространства, рождалась черная дыра.

Голосом Лунтика: «Я родился!».

Предупреждающий сигнал с панели сканеров побудил майора Креба ознакомиться с показаниями оборудования. Под шлемом лицо командира авиакрыла «Химеры» нахмурилось.

Разделяющиеся противо-корабельные ракеты-носители с грузом из противо-истребительных ударных ракет — это не совсем то, что каждый день встречают имперские пилоты. Новизна вооружения, общий уровень подготовки пилотов, характеристики смешанных эскадрилий — все это играло на пользу бездушному оружию. Предполагаемый процент потерь среди имперского авиакрыла после внезапной атаки «Химеры» составлял более семидесяти шести.

На деле же — выжило более половины. Могло показаться, что это не такая уж и большая разница, но…

— «Мститель»-Лидер КДП. Результаты залпа вдвое ниже ожидаемых, — сообщил он на «Химеру».

— Видим, «Мститель-Лидер», — отозвался далекий корабль-носитель хорошо знакомым голосом руководителя полетов. — Работайте по обстоятельствам. Свободная охота подтверждена.

— Принято, КДП, свободная охота подтверждена, — эхом отозвался Креб, переключившись на канал связи эскадрильи. Продублировав подтверждение ранее полученного приказа, он перепроверил боеготовность своего «Защитника». Нет, механики на «Химере» работали так же образцово, как и на «Страже», но сниженные результаты залпа ракет майора озадачивали. Причем серьезно.

— Многовато их выжило, не находишь? — поинтересовалась Диа, после того как уши Креба привычно услышали десять щелчков подтверждения полученного приказа.

— Нахожу, — согласился Креб. — Это говорит о том, что у них становится больше подготовленных пилотов.

— Или же наши самонаводящиеся игрушки больше не так эффективны, как мы думаем.

Креб хотел было возразить, сказав, что их тезисы — это две стороны одного и того же хатта. Но гораздо больше его заинтересовало то, как легко и обыденно Диа сказала это «наши» и «мы». Еще год назад она была ветераном эскадрильи «Призрак» Новой Республики и свято ненавидела все, что связано с Империей. Да и галактика особой разницы между Доминионом и Имперскими Осколками не замечала.

Диа прошла долгий путь принятия фактов. И в самом деле уже ощущает себя не как пленница, трофей, наблюдатель или еще кто-то в том же роде. Она говорит даже не как ведомый Креба. Она говорит как доминионец… Впрочем, нельзя исключать и того факта, что по горло занятый работой и бюрократией, Креб попросту не заметил, как девушка перешла от осторожного принятия своего места в Доминионе к полному погружению в свою новую жизнь.