— Не мне решать, — покачал головой Айсард. — Задание было конкретным — Мореллия. Задание завершено. Пограничные кордоны выставлены. На «Глаз Палпатина» мы более не можем рассчитывать — договоренность с Каллистой Масаной касалась только Мореллии.

— Взорвем? — предложила Мара.

— Думаю, это было бы логично. Но приказа нет, — покачала головой Айсард. — Нужно доложить по существу и действовать как прикажут. Мы, — она бросила взгляд на Джейд, — уже проявили ненужную инициативу.

— Как хорошо, что ты не делишь наше участие на ту, кто в слезах просила помощи, и ту, кто по дурости помогла, — вздохнула Мара. — И не думай, что мы стали подругами. Никаких семейных посиделок, никаких «Посиди с моим ребенком, пока я убью парочку врагов Доминиона». Ты — сама по себе, я — сама по себе. Ну, и касательно остального…

— Я тебя услышала, — быстро произнесла Айсард. — Меня устраивает. Мы не подруги. Мы… просто…

— Да, не придумали еще термина, чтобы описать нашу ситуацию, — вздохнула Джейд. — Как думаешь, достаточно поработали, чтобы… Смягчилось наказание?

О реабилитации она даже заикнуться боялась.

— Боюсь загадывать, — призналась Исанне почему-то шепотом. Из-за грохота марширующих солдат Мара ее едва расслышала. — Надеюсь… Нет, — она отрицательно мотнула головой так интенсивно, что кончики ее волос ударили по плечу Мары. — Не нужно надеяться на лучшее. Иначе, если результат нас разочарует, это будет психологически тяжело принять.

— Тогда, — Мара натянула улыбку на лицо. — Продолжаем работать и не думать о том, что, быть может, никогда не увидим своих детей.

— Честная служба вознаграждается, — неожиданно произнесла Айсард. Мара припомнила, что это слоган одной из агитационных кампаний Доминиона. Дескать, работайте так, как этого требует закон и должностная инструкция, и награда будет куда как существенней, чем последствия коррупции и злоупотреблением должностных полномочий. Иронично, что слоган, которому она внимания не придавала, оказался настолько беспощадным. — Я… я боюсь предпринимать что-то, отходящее от правил. Буду делать то, что должна, и будь что будет.

Мара помолчала, раздумывая над словами Исанне. И нашла эту простую истину совершенно верной.

— Кто бы мог подумать, — произнесла она. — Что хватит одного гранд-адмирала и двух беременных преступниц, чтобы Исанне Айсард перестала думать о заговорах… Нет, лучше молчи. Твою интерпретацию про меня даже слушать не хочу. И без того паршиво.

— Ты, хотя бы, сорвалась на Скайуокере, — вздохнула Исанне. — А я всех своих недругов прикончила.

— Платочек дать? — не удержалась Джейд.

Одиннадцать лет, второй месяц и девятнадцатые сутки после Битвы при Явине…

Или сорок шестой, второй месяц и девятнадцатые сутки после Великой Ресинхронизации.

(Один год, девятый месяц и четвертые сутки с момента попадания).

В большом кабинете, обставленном скромно, но со вкусом, было так тихо, что слышался шорох выпускаемого воздуха системой кондиционирования. А она, на секундочку, является одним из самых современных и малошумных технических устройств, установленных для комфортной работы короля Мон Джульбы. Довольно знаковый момент, что тишина длилась уже так долго, словно король и его помощник не просто учились читать, но и вовсе только что научились читать.

По прикидкам Тшеля, каждый из влиятельных лиц сектора Таммуз минимум раз пять должен был прочитать уже текст файла. Понять и принять написанное не требовалось большого труда. Но все же, таммуз-анцы нервничали и тянули время…

Тшель понял, если бы оба чиновника переживали о том, что вокруг бушует война. Но нет, 501-ый легион освободил столицу еще ночью, парой часов после того, как были захвачены имперские корабли на орбите столичного мира. Подкрепления десантировали в разные части планеты и сражения там кипели всю ночь. У рассвету все было кончено. Восстание лорда Тоды подавлено, его сторонники разбиты, мятежные полки уничтожены.

Разрушения, причиненные коротким, но, чего хатта таить, кровопролитным восстанием, сейчас исправлялись. Ничего критичного, но все же… Чем раньше столица полностью оправится от восстания, тем лучше. Вдвойне знаково будет судить бывшего главнокомандующего и королеву, а так же остатки мятежной знати, на фоне полностью отремонтированной столицы. Как символ того, как быстро Таммуз-ан оправился от вероломства.

По мнению Тшеля, короткое дознание, обвинение и приговор лорду Тоде, его дочери и приближенным — не самая удачная реклама. Но способ, которым король намеревался продемонстрировать свою власть и подсудность всех без исключения за деяния против короны — внутренние дела Таммуз-ана. Договор о партнерстве исключал прямое влияние Доминиона на подобные вопросы. А озвучивать личное мнение королю Тшель не был уполномочен.

Зато, был делегирован представлять Доминион на переговорах по случаю заключения дополнительного соглашения.

— Итак, король, наконец-то, соизволил оторваться от чтения документа и откинулся на спинку высокого стула, символизирующего его положение в местном обществе. — Доминион намерен выкупить у нас имперские корабли.

— А так же военное снаряжение и имущество, — подтвердил Тшель. — Так же мы предлагаем выкупить у вас всех имперских пленных. По сходной цене, разумеется.

— Звучит так, будто вы намерены прикупить у нас рабов, — голос главы тайной стражи Таммуза, советника Соллага Дена, звучал вроде бы ровно. Но молодому офицеру показалось, что тот говорит с неприкрытым пренебрежением. И отвращением.

— Ни в коем случае, — покачал головой Тшель. — Доминион, так же, как и корона, осуждает рабство. Мы предлагаем существенные скидки на приобретение наших истребителей и иной техники, в обмен на передачу нам имперских экипажей и военнослужащих, а так же дипломатической миссии.

— Но почти все они — наша добыча, — возразил принц. — Мы можем предложить Империи обменять их, выкупить, и получить валюту.

— Имперскую валюту, — поправил Тшель. — Она не то, чтобы вообще не котируется…

— В свете имперского наступления на миры Альянса и Новой Республики курс имперской валюты укрепился, — подсказал советник Ден.

— Да, — признал Тшель. — Но галактика уже отходит от использования имперского кредита. Единственные места, где он все еще является официальной денежной единицей, это Имперское Пространство, сектор Тапани и некоторые другие проимперски настроенные территории. Не думаю, что там есть что-то, что вы можете закупить для Таммуза.

— В то же время, мы намерены изучить этот вопрос, — лукаво заявил Ден. — Мы долгое время торговали в канве интересов Доминиона. Сейчас, с учетом выкупленных вами имперских кораблей, мы получаем большой денежный куш. И можем потратить его на то, чтобы лучше изучить рынок.

— Кроме того, — взял слово король. — В договоре нет ни слова про корабли, которые были захвачены в системе Таммуз-ан. Считаю, что Доминион за них нам так же должен выплатить стоимость. Кроме того, мне хотелось бы, чтобы наши эксперты осмотрели трофеи более подробно. Вероятно, как мне кажется, цена, которую выставил Доминион за эти ттрофеи, несколько занижена. Нет, — спохватился король, — я не обвиняю Доминион в том, что вы сознательно хотите заплатить нам меньше, чем стоят эти корабли. Я думаю, что у ваших специалистов не так много времени было для того, чтобы оценить состояние трофеев. Нужно время, нужно собрать совместные экспертные комиссии и оценить состояние каждого трофея.

«Вот же… банта пууду!» — едва не взорвался Тшель. — «А этому меховому палец в рот не клади».

Тшелю не требовалось быть гением уровня гранд-адмирала, чтобы понять что тут происходит. Но все же он отвернулся в сторону стоящих у входа гвардейцев, чтобы скрыть кислую мину на лице.

Итак, король решил по выкручивать Доминиону половые признаки.

Нет никаких сомнений в том, что Мон Джульба прекрасно понимает ситуацию. Война с Империей для Доминиона это не пограничный рейд. Это сражение двух тяжеловесов на пределе своих сил. И сейчас в секторе Таммуз находятся значительные силы Доминиона. Которые более полезны на фронте.