Оказавшийся рядом Тиберос выругался. Изгнанница молчала, прищурившись.

— Выстрел! — раздался крик на мостике.

— Так вот как они решили нас уничтожить! — прорычал Тиберос.

Брашин успел только повернуться в сторону центрального иллюминатора… Но лишь для того, чтобы обнаружить — луч вновь ударил не по «Инквизитору». Вместо флагмана, изумрудный энергетический клинок ударил по второму соседнему звездному разрушителю… Как раз тогда, когда тот закладывал поворот на правый борт… И так же ювелирно у него исчезла корма…

— Шохаши не уничтожает наши корабли! — третье попадание с такими же последствиями расставило все догадки по полочкам. — Он лишает наши корабли маршевых двигателей, чтобы мы не смогли сбежать!

— Плевать! — прорычал Тиберос.

— Четвертый выстрел!

— Пусть только сунутся, — пообещал наемник. — На луне расположены мощные орудия, и гарнизон…

— Вы говорите об этом самом гарнизоне? — привлекла внимание Изгнанница к иллюминатору, у которого и продолжала стоять.

Подбежав туда, Брашин проследил направление, которое она указывала. Корма «Облика» и…

Он не ругался с тех самых пор, как его ученик предал идеалы Империи. Но сейчас… Сейчас просто не сдержался.

Хар Шиан, спутник Хар Дельбы, между которыми завис флот Брашина, являлся ледяным миром. Как и материнская планета, он не представлял какого-либо сильного интереса. Кроме того, что на поверхности планет расположились старые ситские руины. Которые Брашин использовал в качестве места дислокации своих штурмовиков.

Но Харо-Шиан не вращался вокруг своей оси, одна его сторона всегда оставалась темной. Именно это позволило почти пять тысяч лет назад владыке ситов Нага Садоу использовать темную сторону луны, чтобы скрыть там свой огромный флот.

Генерал же дислоцировал туда солдат, но основной лагерь разбил на светлой стороне планеты. И там же была установлена крупнокалиберная артиллерия. В том случае, если Шохаши бы каким-то чудом прорвался на место дислокации флота, то попал бы под шквальный огонь артиллерии с поверхности Хар-Шиан. Да и на Хар-Дельбе такие ловушки имелись…

Но сейчас Хар-Шиан буквально растопило.

Высокотемпературная плазма суперлазера пронзила вакуум, нагрела атмосферу ледяного спутника и растопила снег и вековые льды. Два удара, и Хар-Шиан превратился в спутник, поверхность которого покрыта океаном. Несомненно выстрел суперлазера, если он не расколол спутник, то повредил и нагрел поверхность планеты. Фактически на некоторых кораблях мощность суперлазера была такова, что она оказалась способна на такое. И по тому, как прозрачная атмосфера планеты затягивалась сейчас облаками, нагрев льда продолжался… лед таял и превращался в воду. А та испарялась…

Нет никакого сомнения — гарнизон и артиллерия перестали существовать и…

— Новый выстрел!

— Пятый? — уточнил Тиберос у вахтенного.

— Не совсем, — побледнел тот, показывая в центральный иллюминатор на Хар-Дельбу…

Алые отблески под затянутой облаками атмосферой.

— Они растопили Хар-Дельбу, — побледнел Малкор.

— Еще один разрушитель выведен из строя! — сообщил командир корабля. — сэр, полагаю, нам нужно выбираться…

— Нельзя, мы выжидаем здесь окончания ремонта гиперврат гри! — напомнил Тиберос. — Если сорвемся сейчас, они отследят вектор и мы приведем их к гипервратам раньше, чем они будут исправлены.

— Начните маневр флота, — распорядилась Изгнанница. — У них всего один суперлазер. И у него есть угол наведения. Скройтесь за телом планеты и удерживайте ее между вашим и их флотом…

Брашин прикинул вариант. Да, это хороший совет, только…

— Вахтенный, какую информацию мы получаем со второго вектора прорыва? — спросил он.

— Вектор, сэр? — удивился офицер, как будто сейчас это было важно. — Да, вектор сэр. Э-э-э… никакой информации. Сенсорные кластеры не сообщают ни о каких движениях противника с момента атаки суперлазера…

— Выстрел!

— Новый разрушитель обездвижен!

— Почему он не стреляет по нам? — спросила Изганница.

— Потому что это «Инквизитор», — ответил Малкор. — На борту оборудование, которое Шохаши хочет получить. И он идет за нами.

— Но как, блокада же, минные заграждения? — уточнил Тиберос.

— РЭБ ослепил нас, связь заблокирована, — напомнил Малкор. — = Эрик имитировал три прорыва, переключил наше внимание на атаку суперлазером и начал прорыв по второму вектору.

— почему именно по второму? — уточнил Тиберос.

— Потому что мы пересечем этот вектор, как только начнем играть в прятки с суперлазером, — пояснила Изгнанница с оттенком восхищения в голосе. — Он не просто атакует, он дает нам иллюзию выбора. Где каждый из вариантов приводит к нашему разгрому и его победе.

— Кто бы подумал, что он поставит мне «вилку», — рыкнул Брашин, повернувшись лицом к командиру разрушителя. — Уходим отсюда. Всем кораблям, которые еще способны двигаться — вектор отхода шесть-три-три. Выдвигаемся к вратам гри.

— Мы приведем Доминион прямо к ним!

— Да, — согласился Малкор. — но им будет нужно время, чтобы проследить наш выход из гиперпространства по этому вектору. Мы выиграем немного времени для ремонта.

— И что потом? — спросила Изгнанница. — Едва ли ваши механики успеют починить врата до момента, когда нас найдут.

— Посмотрим, — буркнул Малкор. — начать общее отступление!

— Сэр, еще один разрушитель обездвижен…

— Скорее уж бегство, — расхохоталась Изгнанница. — А этот ваш Шохаши веселый. Пожалуй, я убью его лично.

Одиннадцать‏ ‎лет,‏ ‎второй‏ ‎месяц ‎и шестнадцатые ‎сутки ‎после ‎Битвы‏ ‎при ‎Явине…

Или‏ ‎сорок‏ ‎шестой,‏ ‎второй ‎месяц ‎и шестнадцатые‏ ‎сутки ‎после‏ ‎Великой ‎Ресинхронизации.

(Один‏ ‎год,‏ девятый ‎месяц ‎и‏ ‎первые‏ ‎сутки ‎с ‎момента ‎попадания).

Еще сто стандартных лет назад, Таммуз-ан, и весь сектор Таммуз, входил в состав подконтрольных хаттам территорий. Во времена Старой Республики хатты действовали без оглядки на республиканские законы. Потому что и не считали их таковыми. Для хаттов есть только один вид закона — те, что они устанавливают сами. Чтобы заставить хаттов подчиняться местным законам, нужно сделать их пребывание на этой территории слишком затратным для игнорирования правил. Старая Республика лишь в период войн Клонов обрела достаточную силу, чтобы демонстрировать это.

Хатты ты не рискнули пойти на открытый конфликт с Корусантом в то время, опасаясь Великой Армии Республики. Так что их территория сократилась. С приходом Империи они обрели некоторую уверенность в своих силах — пусть имперский Звездный Флот и Штурмовой Корпус и наводили страх на всех врагов Империи, но Империя состоит из людей. И люди любят кредиты. Больше, чем республиканские чиновники, поэтому, для осуществления незаконных сделок следовало платить исключительно за работу в тех секторах, где такая работа могла принести гораздо больше выгоды, чем траты на взятки.

Так сектор Таммуз стал не нужен практическим всем.

Таммуз-ан мало примечателен с точки зрения экономических вложений. Он далек от Центральных миров, не так много крупных гиперпространственных трасс проходят через его территорию. И долгое время ограниченность бюджета местного правительства, а так же междоусобные войны между группами проживающих на планете индивидов вели к заполнению сектора многочисленными пиратскими, контрабандистскими и иными преступными группировками. Фактически, многие планеты оказались под контролем пиратских командиров, служа для них местом сбыта награбленного, а так же тихой гаванью, чтобы сбросить с хвоста преследователей.

Примечательна небольшая дворцовая интрига, которая произошла здесь в первые годы существования Империи. Визирь, чтобы отделаться от последнего представителя правящей монархии, стер тому память и сослал, узурпировав трон. Небольшая революционная борьба, и вот, наследный принц Мон Джулпе вернулся на трон. И не просто вернулся, а, взглянув по-новому на происходящее с его планетой, заключил династический брак с дочерью лорда Внешних Территорий Таммуз-ана. Вместе они противостояли налетам пирата Гира Кайбо Рен-Ча. Им удавалось сдерживать его агрессию, но окончательно избавиться от мерзавца и навести порядок в секторе принц, а ныне король Мон Джулпа, смог только при помощи Доминиона в прошлом году.