Хотелось бы обсудить это с кем-либо, но Дерек не искушал судьбу. Пусть Доминион и правовое государство, подобные кулуарные сплетни не красят человека и заставляют контрразведку приглядеться к тебе повнимательнее. Особенно, если ты где-то и в чем-то прав. Или хотя бы близок к правде.

Такие уж ребята в СБД, любопытные. Так или иначе, но всегда хотят знать откуда ты получил пищу для ума, если это касается государственных секретов. Пусть Дерек и был уверен в своей верности и чистоте перед законом, но тратить время на общение с СГБ и получить в личное дело отметку о профилактических встречах с контрразведчиками не очень хотелось бы. Потому как вышестоящие чины так или иначе задумаются над такими пометками, решая вопросы о его повышении в звании или должности.

Быть командиром ОЗРД, разумеется, почетно. Но быть вечным командором разрушителя — не очень-то…

Дерек усилием воли выбросил из головы мысли, что наполнили его разум с целью отвлечься от гнетущей обстановки неопределенности.

— Сэр, мы улавливаем странный сигнал от центрального разрушителя, — доложил вахтенный.

— Поясните.

— Их двигатели заглушены, как и на остальных разрушителях. Однако, реактор выдает слишком много остаточного излучения. Как будто он мощнее стандартного реактора солнечной ионизации.

— Маловероятно, что Империя решила сменить реакторы, — пробормотал Дерек. — Сообщите об этом на другие корабли.

Использование системы сетецентрической рассылки информации, при которой каждый корабль в построении передавал данные лазерным лучом сразу нескольким ближайшим звездолетам, а не напрямую на флагман, являлось тактической уловкой.

Доминион не раз использовал наблюдение за флотом противника в условиях нарушения привычной работы систем связи. Следуя стандартным протоколам, противник в первую очередь извещал напрямую флагманский корабль. И тем самым обрекал его на мгновенно нацепленную на него мишень. Уничтожь флагман — лиши врага верхушки командования. За то время, что флот неприятеля будет выяснять кому они теперь подчиняются и чьи приказы выполняют, их не скоординированные действия снизят натиск и послужат возможностью для нанесения им большего урона.

Империя выучила Эндорский урок, в ходе которого, тогда еще капитан Пеллеон, видя невыгодное положение имперского флота и полнейшую неразбериху, приказал всем имперцам отступить. Учитывая, что флот ушел, бросив на произвол судьбы множество соединений, которые имели существенные повреждения или прочно завязли в бою. Пеллеон едва не загремел под трибунал. Спасли его лишь апелляция к размытым трактовкам в Уставах и приказах, да грянувшая впоследствии полнейшая неразбериха Имперской Гражданской войны.

— Дистанция сорок единиц!

— Поведение противника⁉ — Дерек запросил информацию. Сорок единиц — это дистанция уверенного поражения для нормально подготовленных артиллеристов. Учитывая плотное построение конвоя, если неприятель начнет стрельбу прямо сейчас, то ему придется постараться, чтобы промахнуться…

— По-прежнему — никаких движений.

— Признаки жизни на кораблях?

— Присутствуют, сэр. Реакторы работают, но на орудиях и дефлекторах нет признаков питания… Да и повреждения…

Капитан Хан использовал систему оптического приближения на максимальном разрешении. Да, эти разрушители поучаствовали в сражении. Причем, настолько серьезном, что…

Разрушенные надстройки, выбитые турболазерные батареи, множественные пробоины в корпусе… Не говоря уже о том, что все разрушители лишились как коммуникационного оборудования, так и главных проекторов щитов.

Но, если это так, то…

— Кто же тогда подавляет связь? — пробормотал Дерек.

— Есть движение! — крикнули из «ямы». — Курс — три-три-три, движение за центральным разрушителем!

— Навести носовые орудия и пусковые установки! — скомандовал Дерек. — Истребителям — общая готовность. Не знаю что происходит, но, кажется, началось… Что это? Система приближения не работает?

— Система исправна! Все рабочие системы корабля исправны!

— Тогда, почему кажется, будто правый борт этого разрушителя утолщается?

Центральный звездный разрушитель висел верхней полусферой прямо по курсу. И сейчас его правый борт как будто рос вширь…

— Второй нос! — крикнул вахтенный. Нарушение интонации можно понять — ситуация достаточно напряженная. — Нос раздваивается!

— Второй разрушитель! — понял Хан. — Сообщить лазерным лучом на корабли флот — за центральным разрушителем скрывается еще один! Не пять ИЗР, шесть!

— Сэр… — вахтенный звучал удивленно. — Система ближней связи заработала…

— Множественные отметки входящих! — донеслось из «ямы». — Вектор нашего входа в систему! Вектор семь-два-два, вектор один-ноль-один, вектор пять-семь-три…

— Группы кораблей с каждого вектора!

— Дистанция — сто восемьдесят семь единиц! Распознавание затруднено. Транспондеры отключены, позывные не передаются!

— Нас приветствуют!

«Кто?»

— По три звездных разрушителя в каждой группе, до двадцати кораблей сопровождения в каждой!

— Мы окружены!

— Сэр…

— Спокойствие, — распорядился Дерек, наблюдая за тем как конвой ощетинился орудиями, МЛА перешли в защитный режим. — Без приказа не стрелять, только ответный огонь. Кто нас вызывает?

— Спрятавшийся разрушитель, сэр!

— Позывные?

— Никаких, сэр. Сигнатуры двигателей отсутствуют.

— Как же они тогда маневрируют? — удивился Дерек. Сказав, он испытал большо желание залепить себе ладонью по лицу. — Маневровые и аварийные стартовые. Они двигаются по условной вертикальной оси. Соедините меня с вызывающим!

— Сэр, следует ли запросить разрешение начальника конвоя?

— Нет, — покачал головой Дерек. — Мы ближе них, потому с нами и связались. К тому моменту как мы поймем с кем говорим, конвой так ж войдет в зону связи, и мы сможем их проинформировать.

— Принято, сэр.

Голограмма коммуникационного голопроектора подернулась рябью помех… Но уже в следующую секунду сформировала изображение разумного, сидящего в командирском кресле.

При виде этого гуманоида, Дерек против воли улыбнулся.

— Приношу свои извинения за подобную встречу, капитан Хан, — как и всегда спокойно, рассудительно говорил Верховный. — Наше коммуникационное оборудование повреждено и имеет малый радиус действия. Я был бы благодарен, если бы вы проинформировали остальной конвой о наших дружественных намерениях.

— Будет сделано, сэр, — Дерек почувствовал, как с плеч падает гора. — Вам известно о множественных соединениях неизвестного противника, окруживших нас?

— О прибывших кораблях я осведомлен, капитан, сеть спутников-шпионов продолжает действовать, — флегматично отозвался Траун. — Рассматривайте их как дружественные звездолеты.

— Дружественные, сэр?

— Именно так, капитан. Уверен, что контр-адмирал Вивант не совершил ничего предосудительного, что заставило бы нас считать его и его подчиненных врагами.

— Есть, сэр, — голограмма Трауна растворилась в воздухе.

— Сэр, мы навели лазерный луч на «Ярость бездны», они все еще за пределами дальности связи.

«Замедлили ход, увидев прибывших без идентификаторов», — сообразил Дерек. — «Умно».

Если бы «Серого Волка» обстреляли, то на «скрытый» разрушитель накинулся бы весь флот. Пока условный противник приблизился бы на маршевой скорости, даже побитые жизнью звездолеты конвоя разобрали металлолом перед ними по молекулам.

— Сообщите на «Ярость», что все корабли в зоне видимости — дружественные, — приказал Дерек. — Уточните, что так нам было сообщено по голосвязи.

— Отменить боевую тревогу?

— Коды подтверждения в сообщении были вшиты?

— Да, сэр, совпадают с кодами «Химеры» и гранд-адмирала Трауна.

— Тогда не отменяйте, — распорядился Дерек, внимательно обдумав слова. — Значит сеть спутников-шпионов… поврежденное коммуникационное оборудование… И они прекрасно знали кто мы… Ну-ну.