— Где же она? — поинтересовалась та.

— Я не знаю. Кажется, она свернула куда-то не туда. Может быть, она заблудилась?

— Госпожа Рикк — подал голос дедов посланец. — Мне надо поговорить с Вами. Мой господин, Великий Друид Саркскрин, велел мне поступать на Эллери по своему усмотрению и в случае необходимости привезти леди Корлан к нему. И мне кажется, что эта необходимость имеется. Вы со мной не согласны? — поинтересовался он у Элиз, которая гневно сжимала руки и явно была готова убить этого человека.

— Разумеется, я против! — ее голос был обманчиво спокоен и звучал несколько самоуверенно. — Аммелина находится под моей опекой с согласия Вашего господина, молодой человек. И я не вижу причины менять что-либо в данном положении дел.

— Не видите причины? — Алишер красноречиво повел вокруг рукой и смущенно мне улыбнулся. — Леди Корлан, я думаю, Вам лучше выйти и подождать меня внизу. Завтра мы с Вами вылетаем на планету Лилль — вотчину Великого Друида. Прошу Вас, не спорьте — мягко попросил он, заметив, что я не хочу покидать комнату. Я огорченно вздохнула, но спорить не стала и из комнаты вышла. Разумеется, дальше коридора я не ушла.

«Еще чего не хватало! За моей спиной решается моя судьба, а я должна терпеливо ожидать вердикта! Не буду!»

Приняв это «нелегкое» решение, я затаилась за дверью.

Говорил Алишер:

— Госпожа Рикк, неужели Вы не понимаете, что подобное отношение к девочке недопустимо?! Не говоря уже о том, что эта девочка — единственная наследница великого древнего рода. Кроме того, возможно Вы не знаете, но леди Корлан родилась Воином! Вы хоть понимаете, что это значит? Честно говоря, я поражен, что Вы еще живы. — тут послышался голос тетушки Элиз, но она говорила настолько тихо, что расслышать ее ответ не представлялось возможным. Оставалось довольствоваться монологами Алишера, говорившего так громко, что, вероятно, я могла бы услышать его и находясь на первом этаже дома.

— Как это понимать, — вопрошал он, — девочка не знает, что принадлежит к касте Воинов? Да в своем ли вы уме? Это подобно атомной бомбе! Каждый Воин с детства знает о своем предназначении и подвержен суровой дисциплине. К каждому из них подбирается своя, особая, программа обучения, и разумеется, никто не позволяет себе обращаться с ними подобно вам! Я поражаюсь выдержке леди Корлан. Будь на ее месте практически любой другой Воин, даже прошедший специальную подготовку и умеющий сдерживать свои порывы и пользоваться своей силой, я не уверен, что он бы отнесся к происходящему подобно ей. Вы что, не осознаете, что она могла одним движением пальца разрушить не только Ваш дом, но и всю планету? Великий Друид говорил мне, что ее сила огромна!

Я с удивлением посмотрела на свои руки и недоверчиво покачала головой. Я — Воин? Не может быть! Воины среди женщин рождались крайне редко и почти никто из них не доживал до зрелого возраста — они гибли, в порыве ярости уничтожая самих себя. Кто в империи не знает о Воинах? Людях, обладающих огромной магической силой, занимающих особую нишу в обществе, фактически являющихся негласными правителями Империи. И я — одна из них? Не верю! Этого просто не может быть! Ведь если бы я была Воином, моя сила хотя бы раз, но проявила себя. Но никогда, ни единого раза со мной не происходило ничего подобного. Когда я была маленькой, отец часто рассказывал мне о Воинах, эти рассказы захватывали меня, я словно переносилась в другой мир, так далекий от этого. Но никто никогда не давал мне повода думать, что я тоже являюсь частью того мира…

Задумавшись, я прислонилась к двери и чуть не упала, когда она подалась под тяжестью моего тела.

— Ой!!! — я кубарем влетела в комнату и чудом устояла на ногах. — господин Алишер! Я все слышала! Я Вам не верю! — закричала я. — Зачем Вы меня обманываете? Вы думаете, что если я буду верить, что я Воин, то охотнее уеду с Вами? Но я и так хочу побывать у деда. Я никогда не была у него. И я не хочу оставаться в этом доме! — добавила я решительно и только тут увидела мертвенно бледное лицо тетушки Элиз.

— Тетушка! Что с Вами? — я подбежала к пожилой женщине и взяла ее за руку. — Тетушка Элиз, Вы меня слышите?

— Что Вы с ней сделали?! — накинулась я на дедова посланца, все это время спокойно стоявшего в стороне и наблюдавшего за мной так, словно он был в театре и перед ним разыгрывалась интереснейшая пьеса.

— Полагаю, ничего страшного, — спокойно произнес он. — Ваша тетушка, узнав информацию, которую Вы благополучно подслушали у замочной скважины, впала в истерику. К сожалению, мне пришлось ее успокоить. Она скоро придет в себя.

И правда, не прошло и десяти минут, как тетушка Элиз открыла глаза:

— Аммелина, почему ты ничего не сказала мне?

— Чего не сказала, тетушка?

— Не притворяйся! — ее голос прозвучал резко и хрипло. — Ты хочешь меня уверить, что не знала, что ты Воин? Аммелина, не смей меня обманывать…

— Но я ничего об этом не знаю, правда. Я тоже только сейчас услышала и, правду говоря, не очень-то верю.

— Это Ваше дело, леди Корлан. — вмешался господин Алишер. — Ваш дед уполномочил меня доставить Вас к нему и я выполню его волю. Сведения, так взволновавшие вас всех, сообщил мне никто иной как Великий Друид. Не в моих правилах подвергать сомнению его слова. Полагаю, что никто лучше него самого не сможет разрешить ваши сомнения. Завтра, ровно в три часа дня я буду ждать леди Корлан на городской площади. Если ее там не будет, я правомочен обратиться с жалобой к Императору. Мне неприятно угрожать, но я не вижу другого выхода. Прощайте! — он исчез за дверью, взмахнув на прощанье рукой. А я осталась подле тетки, которая была вне себя от возмущения.

— Аммелина, дитя мое, скажи, он ушел?

— Да, тетушка Элиз.

— Прекрасно! Ты только представь себе, он посмел угрожать мне в моем собственном доме!

Я улыбнулась про себя, вспомнив недавнюю сцену, но тут же поспешила успокоить тетку. Несмотря на плохое обращение, она по своему любила меня и не желала зла.

— Тетушка, Вы хотите, чтобы я осталась? — Спросила я. — Если Вы скажете, что я нужна здесь, я останусь.

— Разумеется, ты поедешь с ним, Аммелина! Другого варианта нет, иначе этот молодой петух разнесет мой дом по камушкам. Иди собирайся… И береги себя там… — тихо добавила она. Кажется, в каком-то дальнем уголке ее сердца все же была капля привязанности ко мне…

На следующий день я ушла из дома тетушки Элиз, отягощенная небольшой матерчатой сумкой, в которой находилось все мое нехитрое имущество: портреты матери и отца, маленький голографатор, смена белья да письмо тетушки, которая передала мне его в последний момент.

— Прочти его, когда будет время, — сказала она на прощанье, — и помни, что тебе всегда рады в этом доме. И… прости меня и мою гордыню… — тетушка быстро ушла в дом, оставив меня одну. Тяжело вздохнув, я направилась навстречу новой жизни. Ушла я не одна. Верный Рык в последний момент залез в сумку и уютно устроился среди одежды. Наружу выглядывали только уши. Я погладила мохнатую головку.

— Ну что, Рык, приключения начинаются?!

Как и было договорено, Алишер ждал меня на площади. Он был один, без вещей.

— Наконец-то Вы пришли, леди Корлан! — приветствовал он меня. — Я уж было решил, что Вы решили не ехать.

— Знаете, господин Алишер, после Ваших угроз у кого угодно отпало бы желание.

— Мне показалось, что госпожа Рикк не была настроена Вас отпускать. У меня сложилось впечатление, что у Вас с ней не очень хорошие отношения.

— Возможно, Вы правы. Но этот дом — все, что у нее есть и с Вашей стороны…

— Я не буду спорить, леди Корлан. Нам предстоит провести рядом четыре месяца. Будет разумнее постараться найти общий язык. Да и для будущего полезно.

— Что значит «для будущего»?! — возмутилась я. — Вы что, думаете, что я буду жить с Вами под одной крышей?

— Ну почему Вы все мои слова воспринимаете в штыки, леди Корлан? — мой собеседник замахал руками с такой силой, что взлети он — я бы не удивилась.