Я не успела ответить моему другу. Возле нас уже стояли тетушка Элиз и Карина.

«И как они так быстро до нас дошли?» — удивилась я.

— Эльван, нам пора. У меня мало времени. Поторопись. — госпожа Сармли говорила короткими отрывистыми фразами, и у меня невольно возникли ассоциации с роботом.

Я помнила, что Крис все еще ждет от меня ответа, и повернулась к нему, чтобы еще раз подтвердить: приду, не забуду. Но этому не суждено было случиться. Тетушка Элиз взяла меня за руку и буквально потащила к дому. Я оглянулась, но увидела только спину Кристиана. Он уходил с леди Кариной прочь от нашего дома. Прочь от меня. А я так и не успела сказать, что приду, приду обязательно!

— Не вырывай руку, Аммелина! Тебе незачем больше общаться с этим человеком!

— Что? Тетушка Элиз, вы не можете так говорить! Вы же хорошо относились к Кристиану!

— Я и сейчас к нему хорошо отношусь. Но неужели ты не понимаешь, что так будет лучше для него?

— Не понимаю! И понимать не хочу! Он сам просил меня приходить к нему!

— Именно поэтому ты к нему и не пойдешь! — отрезала госпожа Рикк. — Ты помнишь происшествие на катере?

— Когда Крис сказал, что в капсуле три живых существа?

— Да. Тогда у меня еще были сомнения. Леди Карина Сармли разрешила их. Кристиан, или вернее будет называть его Эльван, действительно Воин и должен пройти соответствующее обучение. Его не должны отвлекать посещения близких людей. Он должен полностью сосредоточиться на обучении. Ты помнишь, как он отреагировал, когда проявились его способности?

— Он очень хотел быть Воином… — тихо сказала я.

— Именно! Именно «быть», Аммелина. А для этого он должен отсечь все связи с внешним миром. По крайней мере, до тех пор, пока он не научится управлять своей Силой. Возможно, он сейчас еще этого не понимает, но потом… Не думаю, что он поблагодарит тебя, если твои визиты помешают его становлению Воина. Как тебе кажется?

— Я понимаю, что вы хотите мне сказать, тетушка Элиз. Но ведь он же просил меня!

— Я неясно выяснилась, Аммелина? Ты хочешь, чтобы Эльван исполнил свою мечту? Ты станешь мешать этому?

— Почему я буду мешать? — я упорно отказывалась принять слова госпожи Рикк.

— Потому что ты будешь отвлекать его от основной цели. Вместо того, чтобы упорно добиваться своей мечты, строить свое будущее, Кристиан будет ждать встреч с тобой и не сможет сосредоточиться на главном. Теперь ты меня поняла?

— Да, тетушка Элиз. Но, может быть, одно посещение не станет таким уж страшным?

— Станет, Аммелина. Ты придешь к нему один раз, и он будет ждать второго. А ты разве сумеешь усидеть дома?

Мне пришлось признать правоту госпожи Рикк. Я знала, как Крис хотел стать Воином. Будучи на катере, мы не раз говорили об этом. Я выслушала доводы тетушки Элиз и была вынуждена согласиться с ними. Но все равно в глубине души появилась боль — я чувствовала себя предательницей.

«Тетушка Элиз права, — уговаривала я себя, — Эльвану так будет лучше. Я действительно буду отвлекать его».

Я понимала правильность этих рассуждений, но несмотря на это мне было горько, в глазах стояли непрошенные слезы. Я сердито смахнула их рукой — не маленькая!

Я вошла в комнату и села на кровать. Почему-то сидеть было неудобно. Я подняла край покрывала и увидела мохнатую черно-белую лапку. Рык!

Кот неторопливо выбрался из своего укрытия, подошел ко мне, свернулся на коленях клубочком и завел извечную кошачью песенку. Раньше он никогда так не поступал.

— Ты тоже чувствуешь себя брошенным, — сказала я ему. — Но ведь нам с тобой доказали — так будет лучше.

Я покрепче обняла теперь уже своего пушистого питомца и наконец-то дала волю горьким слезам.

Через две недели тетушка Элиз без стука вошла в мою комнату.

— Аммелина, у меня неприятные новости. — тетушка Элиз не любила длительных вступлений. — Твои родители погибли. Их корабль был найден в одном из секторов Империи. Мы с генералом Гольяном назначены твоими опекунами.

Я сидела, подавленная обрушившейся на меня новостью. Ко мне подошел Рык, потерся, подставляя мохнатую голову, словно чувствуя мою растерянность. Последнее время мы с ним были неразлучны.

— Но как… — Наконец смогла пробормотать я. — Я… я не верю!!! Этого не может быть!

— Может, Ами. — госпожа Рикк впервые назвала меня сокращенным именем. Она присела рядом со мной и неловко обняла, пытаясь утешить. Я недовольно стряхнула ее руки с моих плеч.

— Не надо меня утешать! Я вам не верю!

Тетушка Элиз не стала меня переубеждать.

— Я оставлю тебя наедине с твоим горем, милая, — сказала она. — Когда придешь в себя, приходи ко мне. У меня сохранились кое-какие вещи твоих родителей.

— Нет! — истерично выкрикнула я. — Не надо мне никаких вещей! Они живы, живы, живы!!!!

Я обняла Рыка и зарылась лицом в теплую шерсть.

— Не хочу я никого видеть! — пробормотала я коту в ухо и услышала, как в комнате тихонько скрипнула дверь. Тетушка Элиз ушла, оставив меня одну.

Я хорошо помнила предупреждение матери, и была уверена — тетка лжет! Но она говорила так убежденно… может быть, она сама не знала правды? Нехорошие сомнения терзали меня.

В конце дня прибыл гонец с соболезнованиями от Великого Друида. Им оказался молодой человек по имени Алишер.

— Я поверенный Великого Друида, — сказал он госпоже Рикк. — мой господин выражает вашей семье глубокие соболезнования. У меня послание для леди Корлан.

— Вы нуждаетесь в приватной обстановке? — поинтересовалась тетушка Элиз.

— Нет. — ответил гонец. — Послание Великого Друида могут услышать все. Но мне необходимо присутствие леди Корлан.

— Она здесь. Аммелина! — позвала тетушка. И я только теперь поняла, что именно меня отныне именуют леди Корлан.

«Последняя из рода», — горько усмехнулась я про себя.

— Я здесь. — я подошла к дедову гонцу. — Что вам поручено передать мне?

— Великий Друид просил сказать вам, леди Корлан, что вы всегда были похожи на огонек в ночи. Ваш задор радовал сердца ваших родителей и деда. Теперь у вас остался только дед, который беспокоится о вас, но в данный момент он не может взять вас под свою опеку и просит оставаться под чуткой заботой госпожи и господина Рикк. С самим же Великим Друидом все в порядке, о его здоровье можете не беспокоиться, он вполне может дать фору и молодым. Все! — облегченно выдохнул Алишер.

— Спасибо! — кивнула я ему.

Внешне я оставалась спокойной, но внутри все пело. Я была права! Родители живы и дед давал мне знать об этом! Слова про огонек в ночи — это послание, условный сигнал, предложенный некогда отцом. Когда-то мне казалось, что это просто веселая игра, теперь же она превратилась в светлячок надежды.

После вынужденной разлуки с Эльваном на меня навалилась тоска. Мне было запрещено даже упоминать о его существовании, словно и не было этого года, когда мы жили одной семьей. Под предлогом моего родства с Императором мне не позволялось покидать пределы особняка.

— Чтобы не нахвататься грязи от черни, — сказала тетушка Элиз. — Вот приедет Элизабет — и будет тебе подружка!

— Но родители никогда не запрещали мне играть с другими детьми! — возмутилась я.

— И что? Я — не твоя мать, Аммелина! У моей сестры всегда были слишком мещанские взгляды на жизнь. И, если уж на то пошло, я ни-ког-да не понимала, что такого нашел в ней твой отец!

— Как вы можете так говорить! — я была поражена до глубины души. — Они же всегда хорошо к вам относились!

— Да, хорошо, — не стала она спорить.

На этом тетушка Элиз прервала наш разговор и ушла даже не попрощавшись.

Мои ноги обмел пушистый хвост Рыка. Я наклонилась к нему, погладила.

— По крайней мере, у меня есть ты, Рык. — Сказала я ему. — А друзья… Кроме тебя и Криса у меня все равно никого никогда не было.

Я зарылась лицом в теплую шерстку и грустно улыбнулась.