Наутро на катамаране Кэт объяснила:

— Та деревня — неплохое место для партизанской базы. При наблюдении с орбиты никто ничего не поймёт: как стояла деревня, так и стоит. А кто и когда там жил, когда кто ушёл и пришёл, людоракам всё равно. Местные знают, что тут никто не живёт, и не будут здесь ничего искать. Вот только плохо, что мимо постоянно речники ходят. Надо поискать по округе — может, найдётся такая деревня и подальше от реки.

— Зачем тебе партизанская база понадобилась? — удивился Кеалор. — Я тут зачем объясняю горячим головам вроде тал Ксорга и тал Мипселя, что работать надо из своих домов и не бегать по лесам?

— Ну, мало ли. Это у тал Ксорга и тал Мипселя дома есть и скорее всего никуда не денутся. А у тех, кто победнее? Кому придётся свои дома и наделы продавать, чтобы пережить зиму? Откуда им работать? Кеалор, народ пойдёт в леса, это неизбежно. И лучше, если у нас уже будет место, которое мы сможем им предложить.

За очередной излучиной открылась плотина. Высокая, конечно, но никакого сравнения с тем завалом, который запирал Око Дракона. Зато камни и земля в этой плотине были уложены человеческими руками. Перед плотиной крутилось большое колесо с деревянными лопастями, на которое с плотины, из деревянного жёлоба, сверху лилась вода. Деревянный же вал, на который было насажено колесо, уходил в одно из огромных бревенчатых строений, громоздившихся рядом с плотиной. Над этими строениями поднимался тёмный дым. Подплыв почти вплотную к плотине, Кеалор почувствовал знакомый запах каменного угля.

У берега стояли несколько десятков барок, вокруг толпились грузчики и возчики с телегами. Одни барки грузили, другие разгружали — словом, работа кипела. Кеалор и Кэт причалили неподалёку, затащили катамаран повыше на берег, чтобы волной от проходящей барки случайно не унесло, и обратились с вопросами к возчикам, которые закусывали в ожидании, пока разгрузят их телеги.

— Барин-то? Да, туточки барин. Ещё по снегу из столицы приехал. А зачем вам барин сдался? Небось и управляющего хватит. А управляющий сейчас вон в тот цех пошёл, — возчик ткнул рукой в одно из зданий у плотины.

— Барский дом? Да, вон там, на берегу верхнего пруда, — второй возчик указал направление выше по течению. — Там сразу увидите, он там один такой, каменный, с колоннами.

Кеалор и Кэт переглянулись и оглядели друг друга. Конечно, можно было бы пойти к тал Фипсу и прямо так, в грязной и мятой дорожной одежде, но… всё-таки столичный знакомый. Поэтому, найдя укромное местечко в зарослях на берегу, они переоделись. Правда, большая часть их пожитков осталась во вьюках тех лошадей, которых они отпустили у водопада, так что единственной приличной одеждой оказалась гвардейская форма. Её они взяли с собой просто потому, что любая военная форма обычно является весьма практичной.

Выше по течению обнаружилась ещё одна похожая плотина с колесом и цехами, а за ними — несколько хозяйственных построек и усадебный дом. Дом сиял свежей краской, неожиданно белый в этом царстве дыма и угля. Пожилой привратник, скучавший у дверей, спросил было грозно «Кто такие?», но услышав аристократическую фамилию тал Альдо, поспешил провести их в залу и велел мальчику-служке доложить барину.

Через минуту по парадной лестнице со второго этажа сбежал тал Фипс. Рукава его белой полотняной рубашки были заляпаны чернилами.

— Кеалор, это и правда ты! — поэт порывисто обнял приятеля. — А я думал, ты погиб в Тинмоуде!

— Это очень хорошо, Рамет. Пусть все остальные так и думают дальше. А живым я буду только для самых близких друзей.

Тал Фипс кивнул.

— Понимаю. Как хорошо, что ты до меня добрался! Представь мне своего спутника, пожалуйста.

Кеалор открыл было рот, но Кэт сорвала гвардейский бархатный берет и помотала головой. Тёмные волосы растрепались.

— Не узнаёте, тал Рамет?

— Ох, таллэ Уильямстон, это вы? — Кэт весело кивнула. — Но как? Я же слышал, что все Звёздные Купцы эвакуировались.

— Не все, — серьёзно ответила Кэт. — У меня тут образовались дела… в общем, отомстить людоракам кое за кого. Пришлось оставаться, нарушив распоряжение начальства. И объединяться с Кеалором, которому тоже есть за кого людоракам мстить.

— Я понял. Ваших лошадей, должно быть, уже забрали в конюшню?

Кеалор махнул рукой:

— Лошади наши где-то у тамтарских горцев. Нас преследовали, пришлось бросить лошадей и бежать в горы. История длинная, потом расскажу. А сюда мы приплыли по воде. Судно стоит на берегу у нижней плотины, потом посмотришь, если хочешь.

Завод тал Фипса опережал общий технический уровень Ирганто как минимум на несколько десятилетий. Здесь стояли домны десятиметровой высоты, был освоен пудлинговый процесс, выплавлялась очень качественная тигельная сталь. Но на перспективы продаж тал Фипс смотрел довольно мрачно. Людораки в своих факториях торговали разнообразным инструментом, с которым трудно было соперничать и по качеству, и по цене. Завод удерживался на плаву по трём причинам. Во-первых, людораки почему-то не выпускали металлические детали для гужевых повозок и речных барок. Во-вторых, немного помогала торговля с Аренкаром через Дерваля. А в-третьих, на заводе работал гениальный изобретатель по имени Эль Эльвием. Это он разработал все те технологии, которых нет больше ни на одном металлургическом заводе Ирганто. А когда на местный рынок вышла продукция людораков, он придумал множество усовершенствований, снижающих издержки производства.

— Ой, а можно познакомиться с этим изобретателем? — подскочила на стуле Кэт. Тал Фипс кивнул:

— Завтра я с вами пройду по всем цехам и всё покажу, заодно и с Эльвиемом познакомлю. Не так часто в нашу глушь такие гости приезжают.

На следующий день с утра они втроём отправились на завод. От угольной шахты к коксовой батарее и доменному цеху были проложены самые настоящие рельсы, по ним ехала сразу целая вереница вагонеток, которые тащил пыхтящий паровоз, похожий на первые изделия Стефенсона. Кэт аж глаза протёрла. Паровоз на доиндустриальной планете? Безо всяких шефов из технологических миров?

— Вот, например, одно из изобретений Эльвиема, — пояснил поэт. — Пока мы таскали вагонетки конной тягой, приходилось здесь держать десяток лошадей и столько же погонщиков, закупать корма. А теперь оно питается тем же углём, который возит.

Мастер Эльвием оказался невысоким полноватым человеком средних лет, с окладистой русой бородой. Одевался он, как и все цеховые работники — в холщовую рубаху, подвязанную верёвочкой, и такие же штаны. По виду и не скажешь, что это мастер, а не один из горновых. От остальных рабочих его отличал только пронзительный, словно видящий насквозь взгляд.

Увидев тал Фипса в компании незнакомого парня и девушки в мужской одежде, Эльвием понятливо кивнул. Ну, приехал к хозяину друг с любовницей, а девчонке интересно стало, женщины вообще любопытны. Но когда Кэт внезапно начала задавать вопросы о КПД, расходе угля, износе ходовых частей и прочем, Эльвием от неожиданности начал отвечать, как будто перед ним коллега-мастер с другого завода. Потом опомнился:

— Вы, таллэ, откуда же с такими знаниями будете? Вы как будто с другой планеты прилетели.

— Ага, оттуда, — тряхнула волосами Кэт. — А если вы мне принесёте бумагу и карандаш, я вам нарисую такую схему парового котла, с которой у вас расходы топлива снизятся ещё процентов на двадцать.

Эль кивнул и вытащил откуда-то тетрадь в замусоленном кожаном переплёте. Контакт был установлен, и следующие два часа Кэт рисовала схемы разнообразных паровых котлов, машин и прочих приспособлений, позволяющих удешевить работу или превратить какие-нибудь отходы в ценный продукт. Кеалор и тал Фипс отошли в сторонку и обсуждали свои дела: соседей тал Фипса, настроения мастеровых и так далее.

— Да если бы не эти клятые счалки, — вздыхал тал Фипс, — я бы уже в этом году храм Виэму на заводе поставил.