— Зачем тебе это?

— Для тал Альдо. Он немного разобрался в нашей системе ценностей и теперь требует за информацию только информацию. А поскольку он сейчас связался с расследованием какого-то дворцового заговора, его интересуют наши достижения в области детективной работы.

— Но предлагать ему это… Выучила бы ты лучше его английскому или французскому и давала бы ему Конан-Дойля или Сименона в оригинале.

— Не слишком ли много?

— Если у тебя есть хоть какая-то коммерческая жилка, взамен стрясёшь с него язык Севера. Я подозреваю, что его рассказы о Землях Совета очень много теряют от двойного перевода. А что касается его контр с тал Линтом, дала бы ты ему лучше парочку планетологических учебников для первого курса.

— Я боюсь. Абориген, овладевший конструктивной мифологией…

— Не думаю, что нам это сможет помешать. А воздействия на местную политику будет не больше, чем если бы он всерьёз стал пользоваться своими магическими способностями.

Что не так с Арну тал Милилем?

Вообще-то таких, как он, при дворе хоть ложкой черпай. Очередной молодой и знатный прожигатель жизни и отцовского наследства. Но конкретно этот тип был примечателен по двум пунктам. Во-первых, он имел графский титул и был владельцем замка Аланто. А во-вторых, он приходился родственником правящей династии. Довольно дальним, но так сложилось, что в линии наследования после Айэнти и принца Лемта он был третьим. Поэтому Император держал его при себе.

По характеру это был обычный светский хлыщ, не испытывающий склонности ни к военной, ни к гражданской службе. И до поры до времени вёл себя так, как и положено подобному типчику. Общался либо с такими же сыновьями богатеньких отцов, либо с молодыми офицерами вроде тал Эренда. Но где-то в середине Сариза он вдруг начал весьма тесно общаться со старым тал Линтом. Этого, в принципе, было уже достаточно, чтобы Кеалор насторожился. Зачем он тал Линту и зачем ему тал Линт?

Вокруг тал Линта постоянно вертелась толпа мелких неимущих дво­рян-при­хле­ба­те­лей. Что ни говори, а это тоже способ сделать карьеру, особенно для тех, у кого ни денег, ни способностей, ни желания шевелить руками или мозгами. Но тал Милилю-то оно зачем? Вроде бы графское поместье в Аланто приносит доход, вполне достаточный для подобного образа жизни. Может, проигрался? Да нет, к игре он не склонен.

И вот зачем бы такому человеку понадобилось вести долгие беседы со старым интриганом в одном из уединённых дворцовых покоев?

Да и тал Линтовы прихлебатели стали вести себя как-то по-другому. Если раньше они просто ждали милостей, то теперь стали выглядеть так, будто у них появилась какая-то конкретная цель.

Кеалору всё это очень сильно не нравилось. Но что он мог сделать? Залезть к этим людям в мозги? Но нет. Вдруг кто-нибудь из них сумеет отследить магическое воздействие? Кеалор посоветовался с Эльпаром. Денщик пообещал поднять свои многочисленные знакомства. У него их было много разных: и старых с городского дна, и новых среди дворцовых слуг. Но через несколько дней обескураженный Эльпар сообщил, что ничего существенного по поводу тал Линта и тал Милиля узнать не удалось.

Время шло. Кеалор нервничал.

Может быть, сумеют помочь Звёздные Купцы?

Чем именно они могут помочь, он представлял плохо. Но это неважно. Главное — правильно поставить вопрос, а ответ, глядишь, и найдётся.

Кеалор в очередной раз подловил Кэт у выхода из Дома и пригласил в «Зелёный Фонарь» на кружечку анарского.

— Кэти, у вас ведь есть вещи, которые умеют запоминать разговор, а потом и воспроизводить? — спросил Кеалор, когда подавальщица, принёсшая им бокалы, беззвучно удалилась.

Кэт не видела смысла скрывать то, что достаточно наблюдательный молодой гвардеец мог неоднократно видеть в процессе общения со Звёздными Купцами. Она же сама пару недель назад показывала ему запись выступления Наргона на Совете Магов.

— Конечно, есть. А что?

— Мне бы такое купить или хотя бы взять в аренду на недельку.

— А зачем?

— Понимаешь, есть во дворце одна комната. Отличается тем, что никаких потайных ходов в стенах там нет. Стены толстые. Слуховых отверстий нет. И вот тал Линт в последнее время завёл привычку подолгу сидеть там с одним придворным типом. Мне бы узнать, о чём они там разговаривают.

— Хм-хм-хм. Ну ладно. Как говорят в одной стране на моей родной планете, для любимого дружка и серёжку из ушка. — Кэт действительно сняла с уха маленькую клипсу. — Вообще-то я обычно из неё музыку слушаю. Но для твоих целей вполне подходит. Вот сейчас мы её немножко перепрограммируем…

Она достала из кармана ЛЭТ, положила на стол и принялась нажимать кнопки. Кеалор заворожённо смотрел, как на стеклянной поверхности странного аппарата перемещаются ряды букв. Причём это были не те буквы родного языка Кэт, которые он уже более-менее освоил. Язык, на котором программировалась серёжка, был разработан на основе барлийского11. Сколько ни изучай культуру Звёздных Купцов, всё равно неизученного останется больше.

Наконец девушка закончила свою работу и убрала ЛЭТ.

— Держи. Вот смотри, нажимаешь на этот зелёный камешек. — Кэт именно это и сделала. Камешек мигнул. — Он мигнул один раз. Это значит, что серёжка встала в режим прослушивания. Если в радиусе слышимости кто-то заговорит, она запишет разговор и метку времени. Потом опять нажимаешь на камешек, он мигнёт два раза, и серёжка начнёт повторять всё, что записалось.

Кэт нажала на камешек, он дважды мигнул, и из серёжки сначала послышался механический голос: «Тридцатого Гайриза двенадцать двадцать восемь.» А потом голос Кэт: «Он мигнул один раз. Серёжка встала в режим прослушивания…»

Кэт опять нажала на камешек. Камешек мигнул трижды, и маленький аппарат замолчал.

Любой северный охотник скажет вам, что заполучить хороший силок или ловчую сеть — только половина дела. Важно ещё расставить их так, чтобы не спугнуть дичь. А поскольку Кеалор точно знал, что тал Линт не глупее его самого (насчёт тал Милиля он не был уверен), то нужно было спрятать серёжку Кэт в тех самых покоях так, чтобы тал Линт об этом не узнал.

А глаза и уши у тал Линта могут быть везде. Денег у него теперь много, и кто знает, кого из дворцовых слуг он подкупил и поручил следить, кто входит в ту комнату? Пришлось дожидаться ночного дежурства. Конечно, и ночью слуги во дворце есть, но по крайней мере они в это время там не бегают толпами туда-сюда. А отследить присутствие одного или двух человек Кеалор сможет.

Но гвардеец на дежурстве не то чтобы может ходить по дворцу куда хочет. Нужно или стоять на посту, или патрулировать коридоры с напарником. Кеалор попросился в патруль. В напарники ему достался виконт тал Ксорг, человек по ощущениям надёжный, прямодушный и уж точно не владеющий никакими видами магии.

А дальше Кеалор применил… не совсем честный приём. Когда они оказались в соответствующем коридоре, тал Ксорг почувствовал внезапную потребность уединиться. Дело, конечно, житейское, хоть на дежурствах такое и не одобряется. Но всё-таки это не пост оставить, под трибунал не отдадут, да и напарник прикроет. Тал Ксорг поспешил в ближайший нужник, а Кеалор пошёл себе патрулировать коридор дальше. Убедившись, что поблизости никого нет, он спокойно зашёл в то самое помещение.

Пусто. Камин, два деревянных кресла, стол, полочка с деревянной же шкатулкой. Чьи это покои? Да ничьи, просто одно из многочисленных дворцовых помещений, построенных непонятно когда и непонятно зачем. Тяжёлая дверь, кстати, отлично смазанная. Что делать с серёжкой? Положить на каминную полочку среди лежащих там декоративных безделушек? Опасно — тал Линт внимателен. Сам Кеалор обязательно заметил бы новое украшение. Он, конечно, маг, зато тал Линт — старый интриган. Спрятать серёжку в шкатулку? Нет, не стоит. Она может быть местом, куда прячут тайные записки. По кратком размышлении Кеалор просто спрятал серёжку в щель каменной кладки за камином. Как раз успел всё сделать и вернуться в коридор к возвращению тал Ксорга.