— А зачем это счалкам? Они хотят завоевать Федерацию, что ли?

— Возможно. — Кэт пожала плечами. — Если считать себя высшей расой и презирать остальных, обязательно придёшь к политике завоевания. Это разные цивилизации проходили неоднократно. Но формальным поводом оказалось соперничество за планету Леадо. Вот видишь, здесь на схеме показано, что пространство счалков этаким клином врезается в пространство Федерации? Так вот на вершине этого клина находится звезда, у которой есть планета Леадо. Человеческая. Это очень важный транспортный узел, настолько важный, что там уже несколько веков существует космопорт Федерации. И вдруг счалки заявили, что поскольку Леадо находится недалеко от их столичного мира, то нам необходимо отдать её им. Наши, конечно, такой хороший и удобный транспортный узел отдавать не захотели. И предложили Леадо официально вступить в Федерацию, хотя по нашим же правилам так делать не полагалось. Счалки объявили этот ход обманным манёвром и начали войну.

— Понятно… то есть непонятно, но в принципе, наверно, не так уж и важно. — Кеалор потёр лоб. — А что за правила, по которым Леадо нельзя было приглашать в Федерацию? Если и там и там люди живут?

— А, вот сейчас объясню. В Федерации считается, что у каждой планеты есть свой уникальный путь развития. Поэтому к планетам, которые ещё не доросли до космических полётов, там относятся очень бережно. Понимают, что у Федерации слишком мощное влияние, которое может исказить, нарушить планетарную уникальность. Поэтому если в зоне влияния Федерации обнаруживается такая планета, за ней устанавливается наблюдение, её аккуратно исследуют, стараясь не оказывать влияния на уровень развития и культуры. Именно это, собственно говоря, мы и делали на Ирганто. А когда планета выходит в космос, хотя бы запускает первые корабли к соседним планетам, тогда уже можно предлагать ей вступить в Федерацию. Так вот Леадо до сих пор до собственных космических кораблей не развилась. У них там век пара… в общем, они в развитии чуть дальше Ирганто. Поэтому приглашать её в Федерацию пока не положено. И не приглашали бы, если бы счалки не полезли.

Кеалор прикрыл глаза, пытаясь уложить в голове гигантские масштабы мира, обрисованного Кэт.

— Ладно, с войной более-менее понятно. А как устроено управление в Федерации? Там есть король или что-то в этом роде? Или как у нас в Землях Совета?

— Нет-нет! Федерация — это не государство. Это союз равноправных планет, на каждой из которых может быть много государств. Управляется он Советом Федерации, в котором по два представителя от каждой планеты. Но Совет Федерации занимается только тем, что касается межзвёздной деятельности. Туда входят Торгфлот, Военно-Кос­ми­чес­кий флот и Галактическая Планетологическая Академия. То есть ГПА. Ты спрашивал, что такое ГПА.

— Я понял. А какая-то центральная планета у Федерации есть?

— Ну, Совет собирается на Веоре. Вот видишь эту звезду на схеме? В ваших звёздных каталогах она называется Сердце Орла.

— Сердце Орла? Знаю. Звезда средней яркости в созвездии Орла. Примерно в середине.

— А у нас она называется Вега, и в небе моей планеты она одна из самых ярких звёзд. И у неё целых две обитаемых планеты, Веор и Вента. У них сложная и длинная история. В общем, Веор — более древняя цивилизация, и Федерация начала формироваться именно вокруг него. А сейчас у них с Вентой единая цивилизация, потому что обе планеты оплетены сетью… ну, порталов, наверное. И можно мгновенно перемещаться из любой точки в любую другую в пределах этих двух планет.

— А ты бывала на этих планетах?

— Конечно! Я же училась на Венте. У нас на Земле пока мало где есть планетологические факультеты. Только в Москве, в Пуне и в Рио-де-Жанейро. Но я решила, что если уж ехать учиться куда-то далеко, то стоит подумать и о других планетах. Планетология зародилась и развивалась в Федерации, а Земля в ней без году неделя, лет сто, не больше. Так что учиться на планетолога, наверно, лучше где-нибудь ещё. Вот, например, на Венте в университете Рипата старейший и самый знаменитый планетологический факультет в Федерации. И потом, это же Вента! — Кэт возвела глаза к потолку. — Наша Земля по сравнению с Вентой — всё равно что, скажем, Фипс по сравнению с Тинмоудом. Глухая провинция. А в Рипате огромный космопорт, перекрёсток галактических дорог! Там представители всех народов Федерации просто по улицам ходят! Вот я и махнула туда… и жила там четыре года. Там же и диплом защитила, магистерскую диссертацию по-вашему.

— Стало быть, ты магистр. — Кеалор мимолётно нахмурился. Он не любил, когда девушки, которые ему нравятся, в чём-то его превосходили. Кэт пожала плечами:

— В федеральных университетах вообще нет такого понятия, как бакалавриат. Чтобы получить диплом, нужно выполнить хоть небольшую, но настоящую научную работу. Так что там любой выпускник по факту магистр.

— А ты вообще много миров видела? — спросил Кеалор, чтобы отвлечься от царапнувшей его темы.

— Нет, конечно! Когда бы я успела? Земля, Вента с Веором и ещё три планеты, на которых я проходила практику на младших курсах. А потом Ирганто. И всё. Здесь я застряла надолго, даже если бы не было войны, всё равно бы застряла. Я просто влюбилась в вашу планету.

Старший сын Диаста, которому Кеалор два года назад вылечил сломанную ногу, долго лежал без сна. Он не спал, услышал почти весь разговор и долго его обдумывал.

Значит, эта самая Кэт действительно прилетела со звёзд. Значит, там на звёздах действительно живут люди и разные другие существа. Такие вещи лучше держать при себе и никому не рассказывать. А потом, когда он вырастет, нужно будет найти Кэт и попросить её взять его с собой на другую звезду.

Торговый корабль из Империи причалил в порту Лассергата. На сходни потянулись пассажиры. Было их немного: имперцы, приехавшие в гости к архипелажной родне, и несколько торговцев, поспешивших воспользоваться очередным перемирием. Среди них с корабля сошёл и Вандер дил Виссар.

Император Арну III оказался человеком чести. Обещания, данные его предшественниками, он выполнял, и как только между Империей и Архипелагом было объявлено перемирие, он официально освободил Морского Ястреба из плена. Выдал подорожную, охранную грамоту и отдал приказ об оплате места на корабле, который шёл в столицу Архипелага. Правда, некоторые шептались: как новый император сумел так вовремя прибыть в Тинмоуд, хотя ему было приказано на сто миль к столице не приближаться; и почему перемирие объявили так быстро после его воцарения. Но дил Виссар вопросов не задавал. Где, кто и когда в Империи оказался, ему дела не было, а перемирие для него означало возможность вернуться домой.

В Империи Морскому Ястребу не понравилось. Он был островитянином, он любил, когда со всех сторон морской простор и свежий солоноватый ветер несёт запахи океана. В Тинмоуде ему было попросту душно. Тинмоуд, конечно, приморский город с портом, но порт… что порт? Дил Виссар туда ходил, дышал морским воздухом. Он смотрел карты и знал, что неподалёку от берега имеются несколько островов с рыбацкими деревеньками, хотел бы съездить хотя бы туда, но, как пленник, он не мог покидать Тинмоуд.

И скучно ему там было. Даже поговорить особо не с кем. Хорошо хоть, что тал Дерваль однажды привёл его на приём к принцу Лемту. Оказалось, что у принца временами собирается достаточно интересное общество. Дил Виссар свёл там несколько знакомств, которые не считал особенно полезными, но они, по крайней мере, позволяли развеять тоску и скуку почётного заключения. В этом же кругу вращался и тот мальчишка из морской пехоты, который и захватил дил Виссара в плен. После смерти Императора именно он оказался регентом, и Морской Ястреб не удивился: если нет принца Айэна, то кому же ещё? Регентом тал Альдо был деловым, но в плане отношений с Архипелагом он не сделал ровно ничего. Военные кампании на море по-прежнему продолжались. А теперь наконец-то перемирие! Домой, домой! Вдохнуть морской воздух, почувствовать палубу под ногами… и увидеть Андис.