— А почему ушли люди?

— Потому что исчезла дорога, которая связывала Священный Город с остальными землями Империи Кармагор. Это был широкий, удобный тракт, один из самых оживлённых торговых путей с Южного Побережья на равнины Телагу. Но в Тёмные Века, наступившие за падением Кармагора, тракт был разрушен землетрясением и извержением вулкана.

Это случилось не просто так. Двое тогдашних варварских вождей хотели взять Священный Город штурмом с двух сторон. Войско одного погребено под лавой, войско другого утонуло в озере, которое теперь зовут Оком Дракона.

Сейчас большая часть товаров идёт морем. Во времена Майрата I дорогу пытались восстановить. Но безуспешно. Это вам не по зубам даже сейчас, когда порох в Империи стоит почти как песок. Нужную технологию вы изобретёте, пожалуй, века через три. Тогда, может быть, этот город опять станет центром всех четырёх Орденов.

За этим разговором путники подошли к городу. Окраинные районы, в которых, видимо, находились жилища простонародья, оказались полностью разрушенными.

— Здесь ловить нечего. Пойдём на центральную площадь. Храмы наверняка сохранились лучше, — сказала Кэт.

Центральная площадь была окружена четырьмя прекрасно сохранившимися храмами. В лунном свете можно было разглядеть только их силуэты, но древние строители придали зданиям такую форму, что и по очертаниям можно было понять, какой храм кому посвящён. На востоке застывшими мраморными волнами поднимался храм Арсиэс, на юге гигантский язык базальтового пламени отмечал владения Свэна, тяжеловесное приземистое здание на западе было посвящено Виэму, а изящное, почти невесомое строение на севере было вотчиной Эксгиля.

Между храмами к площади подходили улицы. По одной такой, с северо-запада, и вошли на площадь Кэт с Кеалором.

Площадь была вымощена брусчаткой, неплохо сохранившейся до сих пор. В центре площади обнаружился небольшой бассейн, когда-то отделанный мрамором, а теперь до половины заполненный какими-то тёмными натёками. Вода в бассейне слегка пузырилась.

— Интересно… — Кэт наклонилась к бассейну и потрогала воду рукой. Потом вдруг как-то нервно, дёргано выпрямилась и сбросила котомку на брусчатку. — Раздевайся.

Это слово попало в Кеалора, как пушечный снаряд.

— А??? — только и мог он сказать. Может, у Кэт от напряжения ум слегка за разум зашёл? Горы, ночь, жуткий мёртвый город, погоня на хвосте, а она — раздеваться?

— Раздевайся, говорю, — спокойно повторила Кэт. — Купаться пойдём.

— Ночь, горы, холодно. Простудишься, — только и смог выговорить Кеалор.

— А ты воду потрогай.

Вода на ощупь была горячей. Не как в бане Дома Звёздных Купцов, но в самый раз для купания. Убедившись, что у Кеалора в голове сложилась картинка, Кэт отступила на два шага и принялась раздеваться.

Конечно, во время их скитаний Кеалору порой приходилось увидеть её без одежды — только силуэт, и не более чем на секунду. Чтобы переодеться, Кэт всегда пряталась за ширмой или просила его отвернуться. Кеалор был ей за это благодарен, потому что, конечно, магическое образование и контроль над собой, но он мужчина, и кровь у него горячая!

А сейчас она не пыталась скрыться. Предметы одежды падали на землю один за другим, и с ними исчезал образ мальчишки-подростка, и возникала женщина, облитая светом полной луны, прекрасная, почти нереальная. Освободившись от одежды, она потянулась, подняв руки к небу и словно давая Кеалору как следует рассмотреть себя, и скользнула в бассейн.

— Лезь сюда, — сказала Кэт, оказавшись по шею в воде. Только тогда Кеалор смог перевести дыхание. — Этот бассейн восстанавливает силы. А они нам понадобятся.

Молодой человек послушался. Сил у него и правда почти не осталось, хотя его это не беспокоило. Погоня отстала, думал он, и у них будет возможность отдохнуть. Но посреди заброшенного города их ждал бассейн с волшебной водой, и Кеалор с восторгом принял этот дар богов, почувствовав, как уходит усталость, как становится ясной голова и наливаются силой мышцы.

С возвращением сил возвращался и жар в крови. Кеалор вспомнил, как только что стояла Кэт под лунным светом, и тяжело сглотнул. Она же здесь, совсем рядом, только руку протянуть! Но Кэт, словно почувствовав его желание, выскользнула из бассейна. Поёжившись от ночного холода, она быстро набросила на себя плащ и сказала:

— А теперь пойдём ночевать в храм Арсиэс.

Кеалор огляделся. Храмы стояли как прежде, молчаливые, неизменные. Нигде не было видно ни отблеска света. Никаких признаков, что кто-то из хозяев приглашает их к себе.

— Почему именно туда?

— Не забывай, что это — настоящие дома Четырёх Богов. Кто из них будет рад принять у себя в гостях двух скрывающихся беглецов? Уж точно не Виэму и не Свэн. Можно было бы пойти к Эксгилю, но я думаю, что нам лучше навестить Арсиэс.

Она подхватила свои вещи и пошла к храму-волне, оставляя на древней брусчатке мокрые отпечатки ног.

Пол храма был покрыт толстым слоем пыли и сухих листьев, занесённых ветром через дверь. Витражи в окнах оказались почти не повреждёнными, и проникавший сквозь них лунный свет окрашивал стены храма в причудливые цвета, мерцая на традиционной для храмов Арсиэс перламутровой отделке стен и в огромных, удивительно тёмных сапфирах. В храме было тепло. Похоже, его обогревал тот же горячий источник, который питал бассейн на площади.

У дальней стены, в потоке лунного света, стоял широкий алтарь из голубого мрамора. По боковым его поверхностям тянулся широкий перламутровый пояс, мерцали огромные голубоватые жемчужины. Разводы на полированном мраморе напоминали рисунок волн. Горизонтальная поверхность алтаря была гладкой, ровной и как будто вытертой.

Стену за алтарём украшала огромная фреска. Молодая женщина с серебристыми волосами, одетая в длинную тунику не то из сеньярского шёлка, не то из водяной завесы, бежала куда-то по поверхности моря. Глаза её были удивительно синими, синее летнего моря, синее ультрамарина. На мгновение Кеалору показалось, что в этих глазах появился живой блеск и женщина их увидела. Потом видение пропало, и фреска снова стала просто фреской.

Кэт остановилась перед алтарём. Глядя на изображение Арсиэс, она тихо произнесла:

— Что это? — удивился Кеалор.

— Кажется, молитва Арсиэс, — ответила Кэт. — Правда, из другого мира. А теперь, поскольку мы пришли в храм к богине и вознесли молитву, нужно принести ей жертву.

— Жертву? — недоуменно переспросил Кеалор. — А ты знаешь, как приносят жертвы Арсиэс?

— Знаю, — спокойно ответила Кэт. — Вот и алтарь тут очень удобный. Видимо, на нём эти жертвы часто приносили.

Она сбросила на пол плащ, и лунные лучи, прошедшие сквозь витраж — розоватые, голубоватые, золотистые — побежали по её коже, снова превращая живое тело в нечто почти нереальное. Кэт протянула руку над алтарём и, глядя в ультрамариновые глаза на фреске, сказала:

— Арсиэс, благодарю тебя за всё, чем ты нам помогла. Арсиэс, прошу тебя быть милосердной к нам и впредь. Тебе, Арсиэс, я отдаю свою первую кровь.

Эти слова про кровь Кеалор понял только через несколько минут — или вечность? — когда тишину древнего храма разорвал женский крик. А потом только вода шумела в ушах, хотя никакого водопада поблизости не было. А когда единение закончилось и ясность сознания вернулась, с запада донёсся глухой, раскатившийся по окрестным горам звук мощного удара.