Кеалор, знавший не понаслышке, что такое вода в Альме после ледохода, невольно вздрогнул. К тому же уже горели фитили, так что счёт шёл на секунды. Но вот перед ним Кэт, живая и невредимая. Она продолжала:

— К счастью, там был один антелакский зверобойный капитан, бывший гарпунщик, который исключительно метко кидает спасательный линь. Он успел выволочь меня на берег до того, как фитили догорели. Ох, говорила же я Алану, что надо использовать наши детонаторы, которые взрываются с берега нажатием кнопки. Бррр!..

— Бррр, — согласился Кеалор, потому что больше он всё равно ничего не мог сказать. Мысль о том, что утром Кэт могла погибнуть, накрыла его не меньшим ужасом, чем ощущение ночного кошмара. Получается, ему во сне передалось то, что в то же самое время действительно ощущала Кэт. Такая мощная эмпатия, да ещё на таком расстоянии? Пора уже признаться себе, что его с этой девушкой связывают не просто приятельские отношения. Себе. А ей? Нет, это невозможно!

Ни магическая, ни морская карьера совершенно не способствовали овладению тонкостями верховой езды. Конечно, Кеалор умел ездить верхом и сражаться в седле, но парадной выездкой совершенно не владел. А гвардейцам это было необходимо, чтобы сопровождать торжественные императорские выезды или принимать участие в праздничных парадах. Кеалор считал, что это всё полнейшая чепуха, но его никто не спрашивал. Для гвардейцев был организован курс выездки в манеже, и Кеалор старался не пропускать ни одного занятия, когда бывал свободен от дежурств. Чем быстрее удастся сдать экзамен по всем этим верховым финтифлюшкам, тем быстрее он от этой ерунды избавится. Этому подходу Кеалора научили в университете, и пока что он его ни разу не подводил.

Через три дня, возвращаясь с очередного занятия, Кеалор снова заглянул в «Зелёный Фонарь». К своему удивлению, он обнаружил там Кэт. Она сидела в углу за столиком в обществе бутылки дешёвого кальвадоса, уже наполовину опустевшей, и мрачно глядела на дно пустого бокала.

Как можно пить местный кальвадос, Кеалор вообще не понимал. Конечно, самое дешёвое пойло здесь гнали именно из яблок, потому что яблочными садами был покрыт весь Тинмарран. А Кеалор знал, что Звёздные Купцы — те ещё гурманы. И вообще предпочитают не горячительные, а горячие напитки.

— Что с тобой? — удивился он. — Тебя кто-то обидел?

— Да все подряд, — ответила Кэт, мрачная как туча. — Начиная с твоих Ерона с Наргоном. Из моей глупой ошибки целый подвиг раздули.

— Кто, как и зачем?

— Ну вот смотри, — она подтолкнула к нему ЛЭТ с движущейся картинкой на экране.

На картинке Кеалор увидел нечто очень хорошо знакомое — Большую аудиторию Горного факультета Паарского университета. Огромный зал был полон народу. Судя по некоторым знакомым лицам, там происходило заседание Совета Магов. На кафедре стоял Наргон и что-то говорил. Кэт вставила Кеалору в ухо какую-то кругляшку, и оттуда послышалось:

— И есть ещё одна вещь, о которой нельзя забыть. Когда-то давно, когда Дом под Холмом контролировала наша фракция, было принято решение не допускать на наши Земли так называемых Звёздных Купцов. Но ведь именно они предупредили нас о надвигающейся катастрофе, что позволило вовремя сосредоточить в Лерутене запасы пороха и собрать достаточно сильный сапёрный отряд. Их представители рисковали жизнью на заторе вместе с нами. Одна девушка сорвалась с затора в реку и только благодаря меткости, с которой хорошо известный многим капитан Маар бросает лёгость, осталась в живых…

Кэт подтянула машинку к себе и захлопнула крышку. Голос Наргона прервался на полуслове. Она пояснила:

— Наргон сделал из моего падения в Альму эффектный новостной повод. И что особенно обидно, наши, Алан с Паулем, его поддержали. Конечно, теперь у нас есть допуск в Земли Совета! Но я навсегда останусь там «той девчонкой, которая поскользнулась». — Она потянула к себе бутылку кальвадоса. — Не хочу никого видеть.

— И меня?

— Ты, к счастью, в этой истории не замешан. Пожалуй, я знаю только одного человека, который в ней замешан меньше. Это дил Виссар. Но он не подсядет к столику и не спросит: «Кэти, что с тобой?».

— А откуда ты его знаешь? — неожиданно для себя Кеалор почувствовал что-то вроде укола ревности.

— Ты же и познакомил. Помнишь, на балу у принца Лемта, за неделю до равноденствия?

Некоторое время тому назад Кеалор с удивлением узнал, что светское общество в Тинмоуде неоднородно. Существовал так называемый высший свет, к которому причисляли себя в основном потомки древних родов, прожигавшие ренту с дедовских земель. На людей вроде Дерваля, пробивавших себе дорогу собственным умом и трудом, там смотрели свысока, хотя кортик принца Айэна и заставил носителей голубой крови признать его равным хотя бы формально. Но сам Дерваль предпочитал иметь дело с дворянами иного круга. Да, тоже светское общество, тоже сплошные «тал» и «таллэ», тоже балы, мундиры и пышные платья. Но там людей ценили в первую очередь за то, что они собой представляют, а на длину родословной почти не смотрели. Хотя в этом обществе вращались и некоторые очень высокопоставленные дворяне. Балы для этого круга устраивал, например, принц Лемт.

Вот на один из таких балов Дерваль и притащил Кеалора. К своему удивлению, Кеалор обнаружил там довольно много знакомых лиц. Первым, кого он там увидел, был лично тал Фипс, читавший стихи в небольшой компании. Судя по хохоту слушателей, читал он отнюдь не любовную лирику. Там же обнаружились и тал Стой с принцессой Хонтисс, которую уже выпустили из храмового госпиталя, но ещё не отправили в Анар. И даже Морской Ястреб, на которого в высшем свете смотрели как на диковинку, в этом обществе чувствовал себя гораздо уместнее. По крайней мере, здесь ему было с кем поговорить на морские темы.

Оказалось, что Звёздные Купцы о таком расслоении столичного светского общества были не в курсе. Впрочем, откуда бы? Они же считались купцами, хоть и звёздными. А купеческое сословие дворяне в свои внутренние дела не посвящали, хоть и могли приглашать его представителей к себе на балы. Вот Кеалор и устроил Кэт приглашение на бал у принца Лемта.

Обнаружив, что нравы в этом кругу куда проще, чем на привычных великосветских балах, непосредственная девушка быстро перезнакомилась со всеми интересными личностями, присутствовавшими там. В том числе и с Морским Ястребом. Для него в словосочетании «Звёздные Купцы» главным оказалось слово «звёздные». Адмирал, конечно, уже успел узнать, что в Тинмоуде присутствует торговая фактория из другого мира, и очень обрадовался возможности поговорить с человеком, прилетевшим со звёзд. Весьма толково говорил, кстати. В астрономии он разбирался, по меркам Ирганто, просто отлично. Впрочем, кому в ней и разбираться, кроме собственно астрономов, как не морскому капитану?

— Ну вот что, Кэти… — Кеалор чувствовал себя весьма неловко. — На Севере прекрасно знают, что поскользнуться может любой. Наргон, конечно, деликатен, как белый медведь в период гона. С этим приходится жить. Но в конце концов на Север рвался Алан, а не ты. Вот пусть он там пока и поработает. У тебя, насколько я понимаю, и в Империи дел хватает. А со временем мы тебе создадим какой-нибудь другой новостной повод.

— Како-ой? — протянула Кэт. Но смотрела она на Кеалора с интересом, и его это ободрило.

— А, придумаем что-нибудь. Примешь участие ещё в каком-нибудь массовом спасении. И будешь не «та девушка, которую пришлось спасать», а «та девушка, которая спасла». На Севере же так: сегодня тебя спасают, завтра ты кого-нибудь спасаешь.

— Да? — недоверчиво переспросила Кэт. Кеалор поспешил закрепить успех:

— Давай я закажу что-нибудь получше этого пойла? Скажем, «Звезду Равноденствия»? И кнедлики, здесь подают отличные кнедлики.

— Ну… можно, — согласилась Кэт. Вздохнув с облегчением, Кеалор потихоньку утянул бутылку кальвадоса и спрятал под столом.

Однажды Пауль обнаружил на столе у Кэт стопку отпечатанных на принтере листов с иргантийским текстом. Пробежав глазами несколько первых абзацев, он с удивлением узнал «Имя Розы» в безобразном машинном переводе на язык Империи.