— Тал Альдо? — переспросила чёрная. — А, помню. Тот молодой человек, который диагностировал ванильную лихорадку у юной таллэ Эйкэт. Он, насколько я помню, с Севера. Вот что, граф, вы не могли бы доставить этого юношу сюда? О принцессе не беспокойтесь, мы сейчас устроим её в храмовом госпитале. Кое-чем помочь мы можем, если не вылечить, то хотя бы облегчить состояние и поддержать организм. Тесса, распорядитесь.

— Да, мать Лианна, — бурая жрица поклонилась и вышла.

Взмыленный тал Стой нашёл Кеалора во дворце, когда тот как раз собирался заступать в караул. Пришлось проявлять чудеса красноречия, чтобы убедить тал Вирша, что вот именно сегодня Кеалора обязательно нужно отпустить с дежурства. Тал Вирш не убеждался. Тал Стой включил режим тарана и отправился к министру иностранных дел. Министр, правда, не слишком хорошо понял, причём здесь Кеалор, но, услышав про аллонскую принцессу с туберкулёзом, серьёзно перепугался. Туберкулёз в Империи лечить толком не умели, и почти в каждой столичной семье были его жертвы. Семья министра исключением не была, и когда он представил себе, как заокеанская принцесса умирает в Тинмоуде от местной инфекции, то немедленно понял, что Империя получит массу проблем. Поэтому если тал Стой говорит, что для решения проблемы нужен Кеалор тал Альдо, значит, будет ему Кеалор тал Альдо!

Министр немедленно отправился к тал Виршу. Тот поначалу не хотел уступать, доказывая, что у него график дежурств, а дипломатия и до завтра подождать может. И только когда министр пригрозил воспользоваться правом немедленного доклада и оторвать Императора от завтрака, до тал Вирша начало доходить, что речь идёт не просто о министерской придури. А услышав про мать Лианну, которой боялся весь дворец, он проворчал, что с этого и надо было начинать.

Прихватив с собой тал Стоя и Кеалора, министр отправился в храм Виэму, чтобы держать руку на пульсе и быть готовым к худшему. Жри­ца-при­врат­ни­ца, услышав «тал Альдо», позвала «зелёную» помощницу и приказала проводить всех троих в кабинет к настоятельнице храма. Юная девушка в зелёной тунике провела гостей через большой зал на первом этаже, украшенный изящными колоннами с растительным орнаментом, потом вниз по лестнице в подземелье, напоминавшее пещеру: свет свечей в настенных канделябрах отражался в бесчисленных гранях разноцветных кристаллов. Наконец после всего этого великолепия они вошли в неожиданно простое помещение с большим окном, залитое светом зимнего солнца. Там за обычным рабочим столом сидела пожилая женщина, в которой Кеалор узнал чёрную жрицу, приезжавшую во дворец лечить Эмпи от лихорадки. Она была единственным человеком в Тинмоуде, который точно знал, что Кеалор владеет северной магией.

— Мы можем поддержать организм принцессы и помочь ему восстановиться, — объяснила мать Лианна. — Но у нас нет способов уничтожить вредоносную микрофлору, поселившуюся в лёгких. Тал Альдо, давайте называть вещи их именами, тут уже не до приличий. Вы можете это сделать своими средствами?

— Увы, святая мать! Тут нужен паарский целитель, и как минимум магистр. А я всего лишь бакалавр сельскохозяйственных наук, медицину знаю постольку-поскольку. Что-то могу, но не более того.

— Доставить принцессу в Паар, к сожалению, мы сейчас не сможем. Мало того, что к северу от столицы погода ещё хуже, нас ещё и не пропустят на пограничном посту.

— Но что-то же можно придумать, — тихо сказал министр. — Визит принцессы Хонтисс имеет огромное политическое значение. Если мы не сумеем спасти ей жизнь, про дипломатические отношения с аллонами можно забыть.

Министр и мать Лианна мрачно переглянулись.

Тут Кеалор вспомнил кое-что из того, что они обсуждали с ван Страатеном на посиделках в Доме Звёздных Купцов.

— А может быть, обратимся к Звёздным Купцам? — предложил он. — Их врач говорил мне, что у них есть средство, которое умеет уничтожать эту болезнетворную микрофлору.

— ЧТО??? — Настоятельница поднялась из-за стола. — Молодой человек, вы говорите мне, что в Тинмоуде уже несколько лет есть средство, излечивающее туберкулёз? И Звёздные Купцы никому не говорят об этом ни слова? Не пытаются его продавать?

— Да, они это не афишируют, — кивнул Кеалор. — Потому что организовать поставки в таких количествах, чтобы хватило на всех страждущих, не в их силах. Но, может быть, ради исключительного случая…

— Сколько это может стоить? — нервно перебил министр.

— Ну, насколько я знаю Звёздных Купцов — пару сотен страниц тайных знаний ордена Виэму, вряд ли больше.

— Да пусть хоть всё забирают! — рявкнула мать Лианна. Кеалор и министр с удивлением посмотрели на неё. — Если они действительно владеют средством, исцеляющим от туберкулёза, то наши тайные знания, по крайней мере по медицине, для них тьфу и растереть. И если они научат нас его изготавливать, то как бы они не сочли, что продешевили.

— Тогда надо разговаривать с их врачом, — кивнул Кеалор. — Он сейчас единственный на Ирганто, кто разбирается в этой теме.

Пауль Эрзенберг очень удивился, увидев Кеалора в составе делегации, включающей главу ордена Виэму, министра иностранных дел и генерала аллонской армии. Но, услышав про принцессу с туберкулёзом, всё быстро понял и позвал ван Страатена.

— Кавернозный туберкулёз лёгких с экстра-быстрым развитием? — Звёздный доктор кивнул. — Я могу назначить медикаментозный курс. Изониазид — старое средство, известное на планетах Федерации уже несколько веков, но до сих пор для лечения туберкулёза лёгких не найдено ничего более эффективного. Проблема именно в аномально быстром развитии болезни. Изониазид — препарат длительного действия, лечение занимает по меньшей мере несколько месяцев, в тяжёлых случаях до года. Он может просто не успеть подействовать.

Мать Лианна нахмурилась.

— Значит, замедлять течение болезни вы не умеете? Подавать в организм жизненную силу, уравновешивать протекающие там процессы?

— К сожалению, нет. В древности на моей планете были люди, утверждавшие, что владеют подобными методиками, но то ли они все вымерли, то ли были шарлатанами. Сейчас это умеют только на Даоре, единственной в Федерации магической планете.

— Но мы это можем! Собственно, мои жрицы в храмовом госпитале это уже делают. И если объединить наши методы с вашим средством, то надежда есть… У вас есть это средство на полный курс лечения?

— Да, я могу предоставить нужное количество.

— Какова цена? — спросил министр. — Я знаю, что Звёздные Купцы берут плату за свои услуги информацией, но если нужны деньги, казна компенсирует любые расходы.

Ван Страатен посмотрел на Эрзенберга. Тот махнул рукой:

— Есть вещи превыше меновой стоимости. Жизнь этой женщины значит для Империи слишком много, а мы купцы, но не торгаши. Считайте, что мы оказываем Империи безвозмездную услугу в расчёте на встречную услугу в будущем.

— Приемлемо, — кивнул министр. — Вы благородный человек, тал Эрзенберг.

Уже через несколько дней у принцессы Хонтисс начали появляться признаки улучшения, а через месяц кашель у неё полностью прошёл. Мать Лианна, впрочем, видела, что до исцеления ещё далеко, и жёстко запретила тал Стою и принцессе прерывать курс изониазида ближайшие несколько месяцев.

Тал Стой поймал Кеалора во дворце после смены караула. Сообщил, что принцессе лучше, поблагодарил Кеалора и крепко пожал ему руку:

— Буду должен. Крепко должен. Я и так тебе должен за ту историю с пушками, но пушки — это, в конце концов, большие металлические дуры. А если бы я потерял Хонтисс… мне и подумать об этом страшно. Вот что. Я понимаю, что ты на службе и времени у тебя не так много, но если будет возможность, приезжай в Аренкар. Это целый мир, где дышится гораздо свободнее, чем в этой крысиной норе Тинмоуде. Если сможешь приехать в гости, примем по-королевски.

Глава ордена Виэму проторила дорожку в Дом Звёздных Купцов и часто беседовала там с ван Страатеном. Они обсудили возможность обмена доступными методами излечения от различных болезней, а также составили план лечения принцессы Хонтисс.