— Ах да, — Кеалору сразу вспомнилось, как они с Кэт совместно приобретали «Хроники дома Альдо». Кэт тогда ещё сказала, что ей нужна не сама книга, а только её текст. Значит, Кэт его не просто для развлечения добывала? — Что же, получается, что в Землях Совета вам нужен корпус исторических и фольклорных текстов?

— В первую очередь да. А во-вторых… нельзя торговать зельями, но можно обращаться к магам за услугами, верно? — Кеалор кивнул. — На Даор за магической помощью обращаются с других миров уже сотни лет. Нет ничего невероятного в том, чтобы через двести-триста лет такая же практика стала обычной и в Землях Совета. По крайней мере, если сейчас нам удастся договориться с вашим Советом Магов.

— Ого! — У Кеалора заблестели глаза, он невольно подался вперёд. Дело приобретало совсем другой оборот. — Не знаю, как Совет Магов, но лично я не вижу в этом ничего плохого. Правда, я всего лишь… воспитывался на Севере и могу не учитывать чего-то, что знают наши маги-профессора. Если бы, скажем, тому же Ерону, учителю моему, объяснить…

— Кому-кому? — переспросила Кэт.

— Моему учителю, — удивился Кеалор.

— Так, а вот это уже интересно. Ребята, подождите-ка меня здесь, — сказала Кэт и вышла. Синтия пожала плечами, Алан, похоже, что-то понял и загадочно прищурился.

Через две минуты Кэт вернулась с Паулем Эрзенбергом; за ними в дверь вкатился Михель ван Страатен с очень заинтересованным лицом.

— Добрый вечер, тал Альдо, — сказал Пауль. Михель приветственно кивнул и устроился в мягком кресле в углу. — Скажите, у вас на Севере имена часто повторяются?

— Ну… не то чтобы очень, а что?

— Да вот Кэт мне сообщила, что вашего учителя, оказывается, зовут Ероном. А именно так десять лет назад звали главу Дома Под Холмом.

Кеалор почесал в затылке. Мир переворачивался с ног на голову. Если Ерон десять лет назад руководил секретной службой Севера… А что, вполне возможно.

— Честно говоря, в последние пять лет Ерон занимался исключительно натаскиванием дворянских недорослей в Университете. Чем он занимался до того, как я попал к нему в группу, понятия не имею.

— Подожди, Пауль, — вмешалась Кэт, — что же, выходит, что учитель Кеалора и есть тот самый начальник Дома Под Холмом, который лет восемь назад потерял всё своё влияние и с треском вылетел из Совета Магов из-за каких-то тамошних политических пертурбаций?

— Выходит, так, — кивнул Пауль Эрзенберг.

— С-слушайте, — вставил слово Кеалор, — получается, что вы знаете политическую историю Севера куда лучше меня?

— Очень отрывочно, — покачал головой Пауль. — Это просто совпадение, что тип, попортивший нам столько крови десять лет назад, и ваш учитель — одно и то же лицо.

— И знаете что? — сказала Кэт, когда за Кеалором закрылась дверь. — Раз уж у нас тут упала такая роскошная полярная сова, грех было бы ею не воспользоваться. Я ещё в Аркризе, когда встретила его на дороге, подумала, что, возможно, он наш ключик к Северу. Вот только что ему предложить за то, чтобы он нас познакомил с этим Ероном?

— Думай, — ответил Пауль. — У тебя неплохо получается работать с этим парнем. История с «Хрониками» его дома — просто маленький шедевр. Ну и сегодняшняя охота тоже довольно удачная получилась.

— Об этом ещё рано говорить, — запротестовал Алан. — вот расшифруем диктофонные записи, тогда…

— Да я по вашим довольным физиономиям вижу, что там есть трофеи, кроме этого, последнего. В общем, отчёты об охоте чтобы были на сервере Дома в завтра в 16:00. — сказал начальник экспедиции и вышел из комнаты.

Сразу же после этого Синтия спросила:

— А причём здесь полярная сова, и куда она упала?

— Понимаешь, — ответила Кэт, — на родном языке нашего нового практиканта, Вадима, слово «совпадение» созвучно выражению «сов падение». А полярная, потому что с Севера.

Одной из обязанностей гвардейцев было сопровождать принцессу Вэллес в храм Арсиэс. Ездила она в храм довольно часто, иногда по нес­коль­ко дней подряд. Вообще-то императорский двор особой религиозностью не отличался, там у людей другие интересы. Но принцесса по определению была белой вороной, поэтому на её визиты в храм при дворе смотрели просто как на причуду овдовевшей провинциалки.

Кеалор понимал, что религия действительно может стать духовным прибежищем для одинокой женщины. Но почему Арсиэс? Вэллес всё-таки добропорядочная вдова. Арсиэс была больше известна как богиня своенравной любви, покровительница страстей во всех видах. Словом, ей в основном поклонялись любовники, а не супруги.

Вскоре Кеалор и сам попал в четвёрку гвардейцев, которые сопровождали принцессу Вэллес в храм Арсиэс. Им было велено охранять принцессу до входа в храм, потом делать что угодно — слушать службу или гулять по городу — и вернуться к дверям храма точно в назначенное время, когда заканчивалась служба.

Напарники Кеалора во время службы собирались поухаживать за фрейлинами из свиты принцессы. Кеалор, конечно, как любой северянин, был атеистом, но в столичном храме ещё ни разу не был, и почему бы не воспользоваться случаем? Говорят, в храме Арсиэс красиво, и на службах исполняется чудесная музыка. Поэтому, когда гвардейцы с девушками отправились в кондитерскую, Кеалор пожелал им удачи и вошёл в храм.

Внутри храм действительно был великолепен. Высокий, не меньше пяти человеческих ростов, с окнами почти во всю высоту стен. Всё вокруг было оформлено в символике воды, стихии Арсиэс. Пол отделан перламутром, мраморные стены — серебром и лазуритом, по обеим сторонам алтаря — две роскошные лестницы из какого-то сине-зелёного камня с перилами в форме волн. Серебряный алтарь украшен сапфирами. Почти всю стену за алтарём занимал огромный, почти достигавший потолка орган.

Кеалор невольно вытаращил глаза. Органы ему приходилось и видеть, и слышать. В Пааре был большой орган в центральном столичном концертном зале, был один и в университете на кафедре гармонического подобия. В тинмоудском дворце в одном из залов тоже имелся орган. Но таких громадных инструментов Кеалор ещё не видел. Такой орган невозможно привезти и установить, его можно только выстроить вместе со зданием. И потемневшее дерево труб говорило, что орган был ровесником храма. Тут и там виднелись более светлые деревянные вставки: орган не раз ремонтировали.

К удивлению Кеалора, народу в храме было поразительно много. Понятно, что её покровительства ищут влюблённые, но что здесь делает, например, вот эта почтенная пара? У них наверняка внуки уже выросли. А вон там вообще двое подростков под присмотром гувернантки. А кстати, где принцесса? Кеалор поискал её глазами, но не нашёл. Может быть, она где-нибудь в закрытом святилище, предназначенном для королевских особ? Тогда понятно, почему гвардейцев на время службы отпускают. В таких местах им и правда делать нечего.

Ещё раз взглянув на орган, Кеалор вдруг вспомнил, как Вэллес играла своему сыну пьески на клавикордах. Вот, наверно, почему она выбрала Арсиэс. Принцесса любит музыку и разбирается в ней, а религия Арсиэс славилась своими музыкальными традициями. Неудивительно: из всех стихий вода обладает наибольшим звуковым разнообразием. Земля молчалива, огонь умеет потрескивать и реветь, ветер — шуметь и завывать. А вода? Это и шелест дождя, и скрип снега, и журчание ручья, и плеск реки или озера, и шум морского прибоя, и рёв штормовых валов. Как ещё люди могут изобразить мир водяных звуков, если не музыкой? Даже в маленьких провинциальных храмах Арсиэс на службах обязательно играли музыканты, хотя бы деревенские скрипачи. А здесь, в столичном храме, и музыка должна быть соответствующая.

Кстати, и люди, которые тут собрались, может, пришли просто музыку послушать. Что-то вроде бесплатного концерта. К тому же если тут такой орган… наверно, у них и органист соответствующий имеется? Кеалора, как и всех северных магов, обучали началам музыки, так что играть и даже импровизировать на клавикордах он умел. Но играть даже на небольшом кафедральном органе он бы не взялся: там были две клавиатуры и куча рычагов, в которых он терялся. А здесь как? Наверно, раз в десять сложнее. Кеалор вспомнил историю про то, как один мастер-органист играл музыку невероятного диапазона, а потом признался, что брал некоторые ноты кончиком носа7.