Я нахмурилась, не понимая, к чему он клонит. Но колдунья шагнула вперёд, заставив мужчин расступиться. И взяла мои руки в свои ладони.

Мне это не очень понравилось, но она улыбалась, а я улыбалась вместе с ней, сама не понимая - почему. Умела она как-то вызывать в других отклик на свои эмоции. Против их воли.

— Для прекрасной владычицы всё, что угодно!

— Я не...

Стэнли пресёк меня, коснувшись плеча.

— Мы можем на вас рассчитывать?

Ведьма одарила его сияющей улыбкой, прижав мои руки к своей груди.

— Безусловно! — она казалась такой довольной, что у меня на душе посветлело. Снова её необыкновенная магия?! — Мы явимся по первому вашему зову, — сказала Хлоя, и по моим рукам заструилась сила.

Она наполняла тело энергией. Ведьма помогла восстановить силы, а я только стояла и улыбалась в знак благодарности. Магия проливалась, наполняя светом сознание, но я была растеряна и раздавлена.

И не могла думать ни о чём другом, кроме как поскорее оказаться дома. Столько предстояло осмыслить…. Со стольким предстояло свыкнуться.

Мы вернулись домой, когда день клонился к вечеру. Я поднялась в комнату, где меня никто не ждал. Бросив плащ на кресло, оглядела светло-серые стены, диван у окна, шкаф….

Но взгляд возвращался к пустой двуспальной кровати.

Идеально ровно заправлена бордовым покрывалом, сверху гора подушек: бордовых, лиловых и несколько чёрных. Я подошла и села на край, взяла одну из подушек и скомкала её в руках.

Из гостиной в открытую дверь спальни лился тусклый жёлтый свет. Я смотрела на картину напротив кровати. На бледно-зелёном фоне были нарисованы бабочки, но для меня сейчас там существовали лишь розовые и лиловые пятнышки.

Она всегда казалась мне идиллической, мирной, но сегодня была просто красками на холсте. Сегодня ничего меня не могло успокоить.

Высокая фигура загородила свет - в комнате потемнело. Я прерывисто вздохнула, моргнула и повернула голову. Припав плечом к стене, в проёме стоял Джош и смотрел на меня печальными глазами.

— Ты знала, что он ушёл, ещё не поднявшись сюда, — как можно мягче сказал он. — Зачем сейчас накручиваешь себя, Эш?

— Почему Бен ушёл? — слёзы предательски застилали глаза. — Зачем он сбежал?

— Думаю, ему необходимо проветриться, — тихо ответил Джош и отлип от стены.

Он вошёл в комнату, оглядывая её, будто никогда здесь не бывал. Под расстёгнутой ветровкой что-то блеснуло. Я утёрла слёзы ладонью, размазала их по лицу. На брате была чёрная рубашка, и трудно было разглядеть мокрые пятна.

Но мне удалось.

— День, пять, месяц… Кто знает, сколько требуется времени рагмарру на то, чтобы зализать душевную рану?

Я посмотрела на брата снизу вверх глазами, в которых дрожали непролитые слёзы.

— У тебя идёт кровь.

Он поморщился и прошёл мимо меня, убирая руки в карманы брюк.

— Так, царапина. Не стоит беспокоиться. Главное, не подцепить бешенство от этих земляных тварей.

Бросив подушку на покрывало, я поднялась с кровати и прошла в ванную комнату. Открыла зеркальную полку и застыла, забыв, как дышать. Вещи Бена остались на своих местах, только… не было его самого.

Снова слёзы наполнили мои глаза. Схватив упаковку бинтов, вату и дезинфицирующее средство, я поторопилась покинуть ванную.

— О какой душевной ране ты говоришь? — шёпотом спросила я, возвращаясь в спальню.

Джош стоял у окна, но обернулся на звук моего голоса. Взгляд его упал на то, что я несла в руках.

— Он же рагмарр, — прищурившись, тихо напомнил брат. — Тёмная сущность не оставит его в покое никогда. Ты насильно вырвала его из мира тьмы, а он был только рад этому. Но не предполагал, с какими трудностями придётся столкнуться. Бен ухватился за возможность быть нормальным, и ты стала для него лучиком света. Но он ведёт себя, как неопытный подросток во взрослом мире. Вы оба себя так ведёте, — он достал руку из кармана и указал в мою сторону пальцем, кивая при этом. — Хотя давно переросли возраст наивности и трогательной неловкости. Дай ему время, сестрёнка.

Вздохнув, я положила вату и бинты на прикроватный столик.

— Садись уже, — бросила ему и отвернулась, утирая слёзы.

Джош стал снимать ветровку. Заметив, как его перекосило от боли, я помогла стянуть рукава. Он опустился на край кровати и позволил задрать рубашку до груди. Увидев рану, я закусила губу.

Волки вгрызлись ему в бок, чудом не задев ребра, но успели попробовать плоти. Маги восстанавливаются гораздо быстрее людей, кое-где рана затянулась, но когда Джош дышал, из неё сочилась кровь.

— Глубокая. Некоторые мышцы порваны. Сильно болит?

— Кажется, я сейчас ничего не чувствую, — сглотнув, сказал он в тишину комнаты.

Я положила руку ему на лоб.

— Ты прохладный на ощупь. Придётся…

— Даже не думай, — скривив губы, процедил он. — Ограничимся бинтами и теплом.

— Как скажешь, — бесцветным голосом отозвалась я и поднялась с кровати.

Он поймал меня за запястье и посмотрел снизу вверх тёмными, почти суровыми глазами.

— Мы найдём его.

Мгновение я глядела ему в лицо, но всё-таки кивнула - сделала вид, что поверила. Он разжал пальцы, выпуская мою руку, и я направилась за водой и зельем исцеления.

Вернувшись, села на кровать, подогнув под себя ноги. Смочила бинты в воде, чтобы промыть рану. Кровь почти остановилась, укус зарубцевался, но ошмётки кожи свисали, как клочья горелой бумаги.

Я дотронулась кончиками пальцев до почерневшей плоти, и по моей руке прошла искра боли, переросла в судорогу. Я чудом удержала гламор на месте и побежала в ванную.

Опершись на края раковины, уставилась на своё отражение. Лицо у меня было бледное, в глазах пустота…. Это её магия - магия Моники.

Она причиняла боль при прикосновении к ней.

Сестра действительно была в Храме и осквернила его тёмной силой. А я ведь не хотела верить. До последнего надеялась, что это какая-то нелепая ошибка.

— С тобой все хорошо? — послышался голос Джоша из спальни.

Я вернулась с пластырем в руках. Они дрожали так, что пришлось прижать их к животу, чтобы брат не заметил. Он нахмурился, всматриваясь в моё лицо. Я выдавила из себя вялую улыбку и села на кровать.

Джош позволил обработать рану зельем и наложить повязку. На этот раз я старалась не дотрагиваться до него. Брат что-то заподозрил и следил за моими движениями.

Я отводила глаза, пытаясь вести себя непринужденно.

— Рубашку придётся выбросить.

— Я не огорчусь, — сказал он и повёл плечами, разминая затёкшую спину.

Я сходила в гостиную и взяла из шкафа свежую рубашку. Она была цвета морской волны с чёрным узором на груди. Отдала её брату и принялась убирать всё с покрывала, при этом стараясь не смотреть на него.

Чтобы не видеть в его глазах скорбь и не вспоминать о теме разговора. От мыслей о Бене наворачивались слёзы, и я ничего не могла с этим поделать. Но, заметив, что Джош смотрит неотрывно в окно, проследила за его взглядом.

На карнизе толпились птицы, скребя когтями по металлу. И заглядывали в комнату. Их было столько, что они прижимались друг к другу, но всё равно соскальзывали.

— Что им нужно, Джош?

Он промолчал - даже не шевельнулся.

— Ты слышишь меня? Они же не из любопытства здесь расселись?

— Они рыщут, — сглотнув, хрипло ответил брат и, повернувшись, смерил меня тяжёлым взглядом. — Ждут его.

— Так ты знал? — дрогнувшим голосом вскрикнула я и склонилась над ним, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. — О чём ещё ты умолчал?

Джош поморщился и отвернулся. Выдержав паузу, он громко выдохнул и вновь посмотрел на меня.

— Можно подумать, разболтай я всю правду, это чем-то тебе сейчас могло помочь.

— Да, могло! — всхлипнув, я закрыла рот тыльной стороной ладони и выпрямилась. — Вы постоянно от меня скрывали…. И ты был в курсе, что Бен может уйти в любой момент?