— Другого ответа я и не ожидал услышать. А теперь необходимо навести порядок, — и, отступив, провёл ладонью над землей.

Волна магии всколыхнула траву, от неё завибрировал воздух, и я покрылась мурашками. Почва собиралась по кускам и складывалась обратно, словно мозаика. Деревья встряхнули ветвями и ровно выстроились вдоль домов.

Вивиан исцеляла их, а Хлоя и феи помогали ей. Над поляной расцветала магия, звучала тонким звоном тысячи колокольчиков. Я подошла к обочине.

Около патрульной кареты стоял инспектор Брейнт. Он разгонял жандармов, таращившихся на поляну, усеянную трупами магов. Ощутив мой взгляд, Джон обернулся и коротко кивнул.

Глаза у него были расширены, но выражение лица оставалось каменным. Я ничего не ответила. У меня не было слов... Он стал свидетелем лишь финального, сокрушающего удара по тёмным силам, и ему хватило с лихвой.

Придерживая шлейф, я вышла на площадь. Джон развернулся ко мне навстречу и улыбнулся, силясь скрыть удивление.

— Так вот кто вы, мисс Хейлтон? Признаюсь, я поражён!

— Ты же не станешь раздувать конфликт? — спросила я, склонив голову набок.

Послевкусие от прилива магии ещё не прошло, и чёрный ветер развивался вокруг меня, привлекая внимание жандармов.

Но Брейнт демонстративно глядел мне в лицо.

— Ваша баталия не коснулась людей, я принял необходимые меры.

Я нахмурилась.

— Какие, например?

— Оповестил все патрули о возможных громозвучных разрушениях в районе магов. Объяснил это учениями фамильяров, — он откашлялся в кулак, пряча неловкость, и скрестил руки на груди.

— Пойдут слухи в любом случае, — я посмотрела ему за спину на служителей закона, шныряющих по площади с потерянными лицами. Кто-то даже пытался достать браслет связи и запечатлеть последствия сражения.

— От моих людей никто ничего не узнает. Я даю вам слово.

— Это да, но от других? Среди ваших новости расходятся быстрее, чем горячие пирожки. Любой газетчик мать родную продаст за кровавые подробности сегодняшнего побоища.

— Я-то крышку придержу, но ручаться могу только за своих людей, — понизив голос, уверил он меня. — Вернёмся в участок, и я проведу душеспасительную беседу.

— Придётся поверить, — тихо вздохнула я и внимательно посмотрела на инспектора, чтобы не упустить эмоции на его лице, в глазах, которые он так тщательно сдерживал. — Но что это тебе даст?

Брейнт замер и исподлобья на меня взглянул - долго, пронзительно.

— Думаю, причина в том, звезда моя, — хлестнул бархатом голос Уилбера, и плеч коснулись его руки. — Что наш отважный инспектор желает заслужить право на совместную работу с фамильярами.

— Он надеется получить лицензию? — я искоса глянула на Джона.

Уилбер плавно обошёл меня и встал рядом, смерив его изучающим взглядом. Брейнт нехотя посмотрел на него, и глаза его полезли на лоб.

В них промелькнула мысль, озарение, которое Джон побоялся озвучить.

— Прежняя королева убийц была настроена категорично, — взяв себя в руки, кивнул он. — Я был редкостной занозой.

— Как мне это знакомо, — усмехнулась я и, прищурившись, глянула на Уилбера. — Быть может, он уже достаточно сделал, чтобы доказать свою преданность делу?

— Считаешь, ему можно доверить жизни наших людей? — заговорщически спросил он и пристально посмотрел в глаза.

Я невольно улыбнулась.

— Да. Я думаю, инспектору можно дать шанс. Прежняя королева рагмарров боялась, что он заглянет за её забор и многое разнюхает, — я небрежно пожала плечами и посмотрела на Брейнта. — А мне нечего скрывать.

Обняв, Уилбер осторожно коснулся губами моей макушки, и тепло скользнуло по коже, согрев до кончиков пальцев. Нахлынуло чувство, будто именно этого мне не хватало всю жизнь.

Сама того не зная, я заняла уголок в его сердце. У Уилбера было время свыкнуться с мыслью, что отныне я - его сестра по силе. Мне же только предстояло научиться с этим жить.

— Мы заключим договор, — сказала я. — Не вижу причин отказывать в доступе к архивам Библиотеки, разумеется, при условии обоюдного сотрудничества со Стэнли. В «царстве» Главного Фамильяра следует учитывать все нюансы и правила, установленные им же.

Брейнт поморщился и поглядел на Главного Фамильяра. Вивиан колдовала над его крыльями. Почувствовав, он пристально посмотрел на Джона. И, ухмыльнувшись, отсалютовал инспектору.

— Думаю, я смогу с этим смириться, — нахмурившись, вздохнул тот.

Уилбер отстранился от меня и сочувствующе похлопал Джона по плечу. Спрятав руки в карманы пальто, он побрёл по поляне.

— Всё наладится, — странно было услышать подобные слова от Брейнта.

Я перевела на него взгляд.

— Не сразу, — согласилась я. — Нам дорого обошлась прихоть Линетт, и моё сердце до сих пор кровоточит. Я столько лет жила под одной крышей с ядовитой гадиной и считала её своей сестрой. Раны у магов затягиваются быстро, но на душе остаются шрамы, как напоминание о перенесённой боли. И они не заживают на протяжении всех пролистанных веков.

Печально улыбнувшись инспектору, я одной рукой подобрала подол платья и направилась к своим близким. Эйден, Джош и Коул помогали грузить раненных в кареты «скорой помощи».

Брейнт вызвал медиков и подмогу - жандармерия любезно предоставила транспорт для перевозки погибших и выживших до госпиталя Академии.

Мишель и Вивиан обрабатывали раны древесных фей. Уилбер, прижав почтенно ладони к груди, выражал благодарность Хлое. А у меня проходило оцепенение, и всё, чего хотелось - оказаться в объятиях любимого мужчины.

Я подошла к Бену, взяла его за руку, и мы сплели пальцы. Между нами вспыхнуло голубое сияние. Он смотрел на меня сквозь него, едва заметно улыбаясь. На его лице пролегла тень усталости и облегчения.

И я вдруг ощутила, что, наконец-то, свободна.

Он притянул меня к себе, я опустила голову ему на плечо. И мы медленно направились к площади. И было всё равно, куда идти - главное, вместе с ним.

Тёплое весеннее солнце слепило глаза. Изумрудные блики играли в кронах деревьев, в которых прятались крохотные птички. В попытке уследить за их перемещениями я цеплялась взглядом за пёстрые перышки - жёлтые, красные, фиолетовые.

Никогда не видела таких птиц, но в саду Академии всякое возможно. В воздухе смешивались запахи цветущих деревьев и сочно-зелёной травы. Она приятно холодила босые ноги.

Я брела по саду, легко касаясь пальцами распускающихся бутонов на ветвях. Они были бархатными на ощупь. Я уже и забыла те времена, когда могла беззаботно прогуливаться и наслаждаться простыми ощущениями.

Забыла, как прекрасен мир вокруг. Но теперь, когда в Эгморре восстановилось равновесие между светом и тьмой, магами и рагмаррами, я заслужила право немного расслабиться. Вполне заслужила, разве нет?!

Лепестки опадали на тропинку, стелились невесомым розово-белым ковром. Его заметал шлейф моего золотистого кружевного платья. Ткань слегка сверкала, ажурные узоры сбегали от тугого корсета к подолу.

Вырез-лодочка обнажал плечи и был расшит мерцающими бусинами. Ветер ласково перебирал мои волосы. Я вслушивалась в шёпот молодой листвы и ни о чём не думала - никогда ещё не чувствовала себя так умиротворённо, легко.

То ли чары сада оберегали уставший разум от тревог и ненужных мыслей, то ли я действительно обрела покой.

Повсюду звучали заливистые трели птиц. Эти суетливые создания мелькали среди зелёного кружева листвы, сверкая праздничным оперением. Весна уверенно шествовала по Эгморру - расплескалась необыкновенной акварелью и возродила Мортелль.

Он снова дышал, шумел, в нём бурлила жизнь. И когда я думала о том, что всё наконец-то позади, у меня слёзы на глаза наворачивались, а на губах дрожала улыбка.

Безоблачное небо василькового цвета накрыло куполом чарующий сад. Прежде я бывала здесь только в видениях Линетт, но запомнила каждый штрих.