Окно в щели открылось. – Имя?

- Я бы предпочёл не выдавать его, - ответил Старкс с горестной ухмылкой. – Я просто человек в поисках стакана эля и небольшой личной отрады. Возможно, вы можете предоставить немного из этого?

Окно закрылось и отперли замок. Дверь отворилась. Старкс остался на месте, улыбаясь тому, кто стоял с другой стороны, не спеша и не проявляя какой-либо настойчивости.

- Прекрасный вечер, - сказал он.

Затем он шагнул через дверь. Последовал невнятный ответ, вздох и наконец более далёкое удивлённое брюзжание. Паксон выглянул через дверной проход, обнаружив Старкса, удерживающего крепкого привратника прижатым к стене, его рот двигался как рыбы вне воды, но без возникновения звука. Дальше по коридору второй человек лежал у одной из стен, не двигаясь. - Закрой дверь, - сказал друид.

Паксон сделал это. Старкс близко подошёл к привратнику, и их глаза встретились. – Слушай внимательно, - сказал друид своему пленнику. – Я задам несколько вопросов. Ты ответишь на них. Если разочаруешь меня, я сломаю тебе шею. – Он подождал, изучая мужчину. – Всё ли из этого ясно? Кивни, если всё понял.

Мужчина, теперь приобретая замысловатый фиолетовый оттенок, активно закивал.

- Первый вопрос. Арканнен в Тёмном Доме?

Мужчина кивнул.

- Он на этом этаже? – Отрицательное мотание. - Наверху, в своём кабинете?

Утвердительный кивок.

- Есть ли с ним стражи?

Очередное отрицательное мотание.

- Он уже спит?

Мужчина засомневался, но смог пожать плечами. Затем неуверенно кивнул.

Старкс протянулся свободной рукой, сильно ущипнул мужчину за шею возле плеча и тот грудой рухнул вниз.

- Там будет больше стражей. Нам нужно избегать обнаружения. Там по коридору и слева есть задняя лестница. Пойдём.

Они прошли по коридору, больше никого не встретив. В очередной раз Паксон поразился недостатком стражей и защиты. Как было и в первый раз, он чувствовал возможность ловушки. Но Старкс, кажется, не беспокоился, и таким образом они добрались до бокового прохода и лестницы без инцидентов.

Опять же Старкс остановился, опустив голос до шёпота. – Личные покои Арканнена на третьем этаже. Мы поищем его там. Если найдём, то усмирим его, затем поищем твою сестру.

- Я знаю, где она была в прошлый раз, - предложил Паксон.

Старкс кивнул. – Её не будет там в этот раз. Колдун знает, что ты явишься. Ему придётся переместить её. Но мы можем найти кого-то, кому известно, где её держат.

Высокогорец кивнул.

Вместе они начали подниматься по лестнице.

Арканнен сидел за своим столом, изучая таблицы поставок зелий и эликсиров, ингредиентов, применяемых при создании магии и колдовских форм, которые он предпочитал. Это была трудоёмкая работа, несомненно, но ему не спалось, и он сделал всё, что мог, на счёт Хрисаллин Ли в данный момент. После ухода Мики он вызвал десяток своих стражей и некоторых послал искать на улицах, а некоторых следить за аэродромом. Хрисаллин покажется в одном или другом месте. Они найдут её.

Если Мика не найдёт её первой, естественно, используя своих обычных големов и фамильяров для её выслеживания. Сам он не покровительствовал таким вещам, предпочитая более надёжную магию, но ведьма приобретала навыки иным образом чем он, поэтому он принимал её такой, какая она есть. Кроме того, если её усилия принесут результат, он даже может склониться к тому, чтобы простить её за то что вообще позволила девчонке сбежать. Он может снова начать рассматривать её как незаменимую для его планов.

Он мог бы, но маловероятно.

Всегда всё сводится к одному. Ты можешь полагаться только на себя. Не важно, насколько хороши навыки или опыт, или обещания, или хорошие намерения, или что угодно ещё, когда доходит до предоставления веры другому человеку – даже кому-то, с кем ты близок, кто вырастил тебя, воспитал и обучил. Ты сам всегда первейший, наилучший выбор, если нужно убедиться, что дела идут как тебе нужно. Не всегда возможно со всем управляться лично, но ты можешь выбирать, с чем всё-таки будешь.

В этом случае он совершил неудачный выбор, оставив Хрисаллин Ли в руках ведьмы, вместо того чтобы держать её поближе в Тёмном Доме.

Вода уже утекла под камень. Ему придётся надеяться, что либо её удастся вернуть, чтобы продолжить дальнейшую обработку, либо она сможет найти дорогу в Паранор и к друидам.

Он откинулся назад на своём стуле, на мгновение забывшись. Он полагал, что его взгляд на мир отличается от остального большинства, но верил, что у него наиболее трезвый. Сила была мерой успеха, как физическая, так и интеллектуальная. Проявление слабости вело к провалу, и любое отхождение от своих целей только показывало твой недостаток приверженности. Мир ничего на даёт тебе бесплатно; он не помогает тем, кто не высматривает возможности и не пользуется ими. Моральные принципы редко сдерживают тебя; они налагают ненужные ограничения на твои варианты и сковывают. Готовность игнорировать обычаи и правила необходима, если ты собираешься чего-то добиться.

Он знал, как другие видят его. Но кем его считают другие – не его беспокойство. Ни один из этих людей ничего не сделал бы для него. Они желают увидеть его сброшенным на землю, побитым человеком. Они завидуют его власти и достижениям, и они ненавидят его за способность делать всё, что они сами боятся делать.

Они называют его порочным и злым; они навешали на него ярлык монстра. Им становится лучше, когда они действуют так, будто он яд, которого стоит избегать любой ценой. Но сила не приходит от унижения других и от пряток за притворством и увёртками. Она не приходит от свершения того, что вызывает восхищение у других и вписывающегося в их верования. Она приходит от смелых и решительных действий, от готовности игнорировать всё кроме желаемой цели. Она приходит от стойкости и самоотдачи.

Его связь с и использованием магии допускала всё это. Он мог превзойти практически всё что угодно, перечислив всё освоенное за годы в чёрной магии. У него развилась тяга к применению магии, эмоциональная и психологическая связь, наполнявшая его глубоким удовлетворением, когда он призывал её, и хоть можно было поспорить с ним, что его приверженность граничит с зависимостью, он чувствовал, что это того стоит. Другие могут сторониться, но они никогда не добились бы того, что удалось ему, никогда не обрели бы то, что есть у него.

Таким образом в его текущем положении он предпринимает что-то, в чём никто раньше не преуспел, не только с помощью тщательного планирования и понимания, как лучше воспользоваться слабостью, которую остальные даже не осознают, но с помощью гибкой приспосабливаемости к переменам и поворотам, таким как включающий эту девчонку. Он совершает попытку сокрушить орден друидов.

Амбициозно, да. Нет так уж невозможно. Этого можно добиться, и он в процессе этого. Если ничего больше не случится, чтобы ещё больше расстроить его уже несколько спутавшиеся планы, он достигнет этого в течение месяца. И когда он этого добьётся, выгоды окажутся грандиозными. С активной поддержкой своего шпиона внутри ордена и услугами, которые он намеревается взыскать от упорствующего и ненадёжного Фаштона Кэеля, он за ночь станет наиболее могущественным магом в Четырёх Землях. Ему любезно представится возможность либо совершенно уничтожить орден, либо перестроить его под своим руководством.

Он едва закончил эту мысль, когда страж, которого он отослал ранее, появился в дверях, задыхаясь и раскрасневшись.

- Что не так? – Тут же спросил он.

- Высокогорец вернулся. С одним из друидов. Я только что видел их на аэродроме. Они идут сюда. Я промчался всю дорогу, как раз перед ними, чтобы сообщить вам.

Арканнен кивнул, оставаясь спокойным. – Возвращайся вниз и поешь что-нибудь. Оставайся здесь.

Когда человек ушёл, Арканнен обдумал свои варианты. Он желал высокогорца и его меч, но присутствие друида осложняло вещи достаточно, чтобы считать выступление против них сейчас не такой уж хорошей идеей. Так как у него больше нет его сестры, у него нечем торговаться. Он может притвориться в этом, но будет лучше подождать, пока девочка снова не окажется в его руках.