Юзуриент не был так уверен.

Он плёлся за остальными, делая то, что обещал себе – держался позади, позволяя своим спутникам заниматься убийством, чтобы иметь возможность расчистить бардак, когда всё закончится. Он был гораздо меньше остальных уверен на счёт того, как просто это будет и каковы их шансы на успех. Остальные были уверены в своей силе и опыте словно хищники, но Коммандер Красной Резни был не менее уверен в лисьей способности Арканнена выживать. Он уже видел это прежде, когда ставки были куда выше текущих. Колдун обладал даром чуять ловушки и обращать их против создателей. Он вовсе не был уверен, что здесь будет как-то по-другому.

Его единственный источник спокойствия исходил из оружия, которое он прятал под армейским жакетом Федерации – скорострельный разрыватель, способный положить целый отряд противников за секунды. Это была новейшая разработка в стараниях Федерации расширить свой военный потенциал, оружие будущего, которое в итоге возведёт Федерацию выше остальных наций и рас. Он обладал одним экземпляром, потому что сумел сторговаться на него несколько лет назад – под чем он имел ввиду использование шантажа и угроз против изобретателей оружия. Может это с его стороны не слишком честно, но не менее эффективно, когда ты жаждешь что-нибудь настолько сильно, как это оружие.

Его глаза замерли на время на кринсе, наблюдая, как тот натягивает дальний конец цепи Молота. Тварь была невероятно ужасной – огромным, нескладным животным, обладающим массивным и телом и тяжеловесными конечностями. Его голова висела настолько низко к земле, будто плелась по ней. Оно было не очень умным; его чувства не развиты. Но нацелившись на добычу, предназначенную ему, того нельзя было остановить. Кринс прошёл бы стену копий, чтобы приложить челюсти к убийству. Даже пострадав. Даже умирая. Его можно было остановить, раздробив или отрубив голову, но с животным такого размера и свирепости, идущем на тебя, у кого хватило бы на это времени?

Он представил его челюсти на самодовольном лице Арканнена и обрёл мимолётное удовольствие от этого образа.

Баэль Этрис подскочил к нему с одного бока – дразнящее, подначивающее движение – после умчался в сторону. Он продолжал посматривать на Юзуриента, открытое обещание, что ему бы хотелось с ним сделать, отражалось в его глазах. Юзуриент знал, что ему придётся пристально приглядывать за ним. Если он даст мелкому гаду и половину шанса, то обнаружит у себя рассечённую глотку. Но он справлялся с подобными Этрису людьми ранее, бездумными убийцами без видимых моральных принципов, не обладающих уважением к власти. Он знал, как держать их в узде, в то же время используя их.

Что в данном случае продлится не так долго. Этрис окажется первым, от кого он избавится по окончанию этого.

Маллик впереди замедлился. Сейчас они были на окраине руин, уже близко к тому, где начнутся настоящие поиски. Охотник ожидал остальных, подозвав их ближе, прежде чем заговорить.

- Здесь мы разделимся. Две группы. – Его голос был шёпотом. – Молот со мной, Этрис с Юзуриентом. Животные со мной. Молот и я зайдём со стороны суши; Баэль и Даллен с побережья. Должны существовать способы пробраться в то, что осталось от поселения, проходы, вырубленные в камне. Вот где будет колдун. Если он не выйдет повстречать нас, мы найдём один из этих ходов и придём за ним. В основном мы должны держать его перед собой. Нам не нужно, чтобы он выскользнул и обошёл нас сзади.

- Или вовсе сбежал, - добавил Юзуриент. – Если он сделает это, то будет охотиться за нами, как мы охотимся на него.

- Впрочем, он уже охотится на тебя, так ведь? – Поглумился Баэль Этрис.

Юзуриент прожёг его взглядом. – И ты должен это прекратить, если хочешь, чтобы тебе заплатили.

- Ах, верно. Мне полагается спасти тебя. Интересно, почему это не слишком прельщает меня?

Маллик взглянул на него. – Довольно. Где-то со стороны побережья будет спрятана дверь. Если найдёте её, идите внутрь. Убейте всех. Не останавливайтесь подумать.

- Не беспокойся. – Этрис всё ещё глядел на Юзуриента. – Я получше многих знаю, как убивать людей.

- Пускай идёт один, - вдруг сказал Юзуриент. – Я останусь с тобой.

Маллик начал возражать, но затем подумал получше. Он устало вздохнул. – Ладно. Ты идёшь со мной и Молотом. Давайте действовать быстро. Помните. Если Арканнен возьмёт верх, мы не переживём этот день.

После чего они разделились, Баэль Этрис откололся от других и исчез во мгле. Остальные трое постояли минуту, затем Маллик махнул. Они пошли к руинам, расходясь по мере приближения. Они держали друг друга в поле видимости, хотя Юзуриент с дальнего права временами терял Молота на дальнем левом. Он держал Маллика в обзоре, потому что только тот был важен. Октары блуждали впереди, натягивая свои поводки, принюхиваясь к земле, обнюхивая камни и развалины. Как охотники они не имели себе равных, но они также были и убийцами. Тяга поучаствовать в охоте на добычу была инстинктивной, и если где поблизости и были живые существа, они найдут их.

Юзуриент подозрительно всматривался в дымку. Он не видел ни зги. Было бы лучше, если бы они отправились прошлой ночью во время ливня, чем рисковать столкновением в таком тумане. Может им стоило подождать. Но он знал, что с этими людьми это невозможно. Они не потерпели бы ожидания. Он осторожно прокладывал дорогу по камням, пытаясь не производить каких-либо звуков, благодаря рёв океана на заднем фоне, скрывающем всё белым шумом.

Затем, неожиданно, во мгле перед ними что-то появилось.

Когда они покинули своё укрытие и вышли в туман и мглу, Арканнен наклонился к Рейну. – Не пытайся видеть в этом тумане. Пытайся слышать. Океан приглушает звуки не так сильно, как может показаться.

Рейн кивнул. Ему казалось, что бум океана по скалам затмевает всё, но он как можно лучше старался слушать сквозь него. Арканнен двигался впереди, обернувшись в свой тёмный плащ, пригибая голову к обломкам. Мальчик следовал, старательно пытаясь удержаться прямо на скользких камнях, тщательно следя за шагами, чтобы не упасть. Он усиленно думал над образами, которые ему потребуется создать, отвлекающем манёвре, который ему необходимо осуществить. Удивительно, но он желал, чтобы он мог никогда не оказаться в этом положении – даже если бы это значило отказ от уроков по контролю над магией. Но он не мог примириться с потерей Ларианы. Она слишком многое для него значила. Она была настоящей причиной, почему он остался с Арканненом. Чтобы быть рядом с ней, он вытерпел бы практически что угодно.

Они прошли лишь небольшое расстояние, когда Арканнен внезапно остановился. Он помедлил мгновение, явно прислушиваясь. Рейн слушал вместе с ним, но ничего не слышал.

Арканнен взглянул назад на него, указывая на голову, а затем на рот. Он был готов к образам, которые создаст песнь желаний. Он сделал жест второй раз. Незваные гости были прямо впереди. Он подождал, чтобы убедиться, что Рейн понял, поднял предупреждающую ладонь, чтобы сказать ему оставаться на месте, и исчез в клубящемся тумане.

Рейн смотрел за его уходом, внезапно продрогнув до костей. Теперь он был один; колдун больше не защищал его. Он мог только подчиняться его инструкциям. Он сформировал образ в уме нескольких мужчин, группы вооружённых налётчиков, аккуратно удерживая их, ожидая, что произойдёт дальше. Как было с созданным им существом, которым он ранее напугал Арканнена, он вселил в своё творение больше чем просто визуальные черты; он сделал так, чтобы их можно был почуять, испробовать, услышать. Он дал выслеживающим их тварям причину думать, что они реальны помимо простой видимости. Сегодня он нашёл это более простым – знакомым, менее трудоёмким. Он знал, что становится более опытным в использовании магии. Он выстраивал своих защитников часть за частью, и удерживал их в готовности подобно стражам у ворот города.

После чего он ждал.

И ждал ещё.

Образы в его разуме не дрогнули. Время замедлилось, а затем остановилось.