— Мы уже вложили полтора миллиона долларов в геологическую разведку, — продолжал Роквуд. — Построили базу в Дахране, наняли местных рабочих, начали первые пробные бурения. И что вы думаете? На прошлой неделе к ибн Сауду прибыла делегация от «Anglo-Persian Oil Company» с предложением, от которого трудно отказаться.

— Какого рода предложением?

Роквуд достал из папки копию документа на английском и арабском языках.

— Пятнадцать миллионов долларов авансом, плюс гарантия строительства нефтепровода до Красного моря, плюс военная защита со стороны британских войск в Ираке. — Он отложил документ. — А еще они намекнули, что если шейх продолжит сотрудничество с американцами, могут возникнуть проблемы с экспортом фиников в Британскую Индию.

Я понял, что это классическая европейская дипломатия, сочетающая щедрые подарки с завуалированными угрозами.

— Ибн Сауд пока держится, — добавил Роквуд, — но его советники открыто говорят, что американцы слишком далеко, а британцы контролируют соседние страны. Рано или поздно ему придется выбирать между нашими деньгами и британскими штыками.

Роквуд встал и снова подошел к окну, глядя на город, который обязан своим существованием нефти.

— Но даже это не все, Уильям. Настоящая война началась здесь, дома. — Он обернулся ко мне. — Вчера утром «First National Bank of Chicago» потребовал досрочного погашения кредита в размере восьми миллионов долларов. Причина — «переоценка кредитных рисков в связи с международной нестабильностью».

— А «Philadelphia Trust»?

— Семь миллионов долларов, те же условия. — Роквуд вернулся к столу и открыл телеграфную ленту. — Плюс проблемы с железнодорожными перевозками. «Missouri Pacific» внезапно обнаружила «технические проблемы» на маршруте Техас-Чикаго. Наши цистерны простаивают на запасных путях уже неделю.

Я изучил телеграммы, все они имели один и тот же стиль, словно написаны одной рукой. Слишком много «случайностей» произошло одновременно.

— Дэвид, а у вас есть информация о том, кто стоит за этими атаками?

Роквуд открыл последнюю папку и достал несколько копий документов.

— Наш человек в лондонском офисе «Royal Dutch Shell» сумел раздобыть служебную переписку. — Он протянул мне первый документ. — Читайте.

Документ был напечатан на фирменном бланке «Royal Dutch Shell» и датирован 15 июня 1931 года:

«Конфиденциально. Операция „Техасский барон“ входит в активную фазу. Концентрировать усилия на срыве венесуэльских контрактов и блокировании арабских проектов. Независимые американские производители должны понять свое место в новой структуре мирового нефтяного рынка. Координация с французскими партнерами через Парижский офис. Финансирование через обычные швейцарские каналы».

— «Техасский барон» — это вы? — спросил я.

— Полагаю, да. — Роквуд мрачно усмехнулся. — Лестно, что европейцы удостоили меня кодового названия. Но читайте дальше.

Второй документ был еще более откровенным:

«Американские технологические новшества в области бурения и очистки представляют угрозу для контролируемого развития отрасли. Рекомендуется применить стандартные методы промышленной корректировки. Особое внимание уделить проектам в Северном море и Персидском заливе».

— «Стандартные методы промышленной корректировки», — повторил я. — Какая изящная формулировка для саботажа и подкупа.

— Именно. — Роквуд сложил документы обратно в папку. — Уильям, мы имеем дело не просто с конкуренцией. Это спланированная атака европейских нефтяных гигантов на американских независимых производителей. И за ней стоят те же силы, которые атаковали ваши финансовые позиции.

Я встал и подошел к большой карте мира, изучая красные линии, соединяющие месторождения с нефтеперерабатывающими заводами и портами. Картина становилась ясной, европейцы хотели установить контроль над мировыми энергетическими потоками, а американские независимые компании мешали этим планам.

— Дэвид, — сказал я, обернувшись к нему, — думаю, пришло время объединить усилия. Нас атакуют не случайно, мы представляем угрозу для их планов мирового господства.

— Что вы предлагаете?

— Создать собственный альянс. Американский нефтяной альянс против европейской экспансии. — Я подошел к его столу. — У вас есть связи с «Texaco», «Gulf Oil», «Phillips Petroleum»?

— Разумеется. Мы конкуренты, но проблемы у всех одинаковые.

— Тогда пора превратить конкурентов в союзников. — Я взял перо и лист бумаги. — Потому что в одиночку против Альянса промышленной стабильности не выстоять никому.

Роквуд внимательно посмотрел на меня, и я увидел в его глазах решимость, которая когда-то помогла его семье построить нефтяную империю.

— Хорошо, Уильям. Что вы можете предложить в качестве первоочередных мероприятий?

Я слегка улыбнулся. Ответ у меня уже давно готов.

Но перед тем, как предложить решение проблемы, я предложил еще раз обсудить текущую ситуацию. Роквуд показал мне не все документы.

После обеда мы перешли в защищенную переговорную комнату на седьмом этаже, помещение без окон, стены которого были обиты звукопоглощающими панелями из темно-зеленого сукна. Роквуд объяснил, что комната построена специально для обсуждения секретных деловых вопросов. В мире нефтяного бизнеса промышленный шпионаж был обычным делом, а цена утечки информации могла исчисляться миллионами долларов.

В центре помещения стоял массивный стол из черного ореха, вокруг которого располагались восемь кожаных кресел. На стенах висели портреты отцов-основателей американской нефтяной промышленности. Эдвина Дрейка, пробурившего первую скважину в Пенсильвании, полковника Дрейка из Спиндлтопа и Джона Роквуда, создателя «Rockwood Oil».

Символизм ясен. Ведь мы находились в святая святых американского нефтяного бизнеса.

Роквуд развернул на столе большую карту мира. Не обычную географическую, а специальную, на которой цветными линиями обозначены нефтяные потоки, торговые маршруты, расположение нефтеперерабатывающих заводов и стратегических портов.

Красные булавки отмечали точки, где «Rockwood Petroleum» подвергалась атакам за последние месяцы.

— Уильям, Все атаки происходили не случайно. Они точно попадали в наши самые важные объекты, те, где мы внедрили новые технологии или заключили наиболее выгодные контракты, — повторил он, указывая на скопление красных булавок в Венесуэле.

Я изучил карту внимательнее. Действительно, красные булавки образовывали определенную закономерность, они концентрировались вокруг месторождений, где Роквуд опережал конкурентов благодаря моим советам.

Дэвид снова достал из портфеля пачку документов, перехваченной корреспонденции между европейскими нефтяными компаниями.

— А вот еще интересное, — сказал Роквуд, протягивая мне машинописный лист на бланке французской компании «Total». — Наш агент в Париже сумел получить копию секретного меморандума.

Документ был адресован «Координационному комитету по нефтяным вопросам»:

«Секретно. По результатам анализа американских технологических инноваций. Компания 'Rockwood Petroleum» демонстрирует подозрительно точное знание перспективных месторождений и передовых методов добычи. Источник информации неясен, но результаты превосходят возможности обычной геологической разведки.

Особую озабоченность вызывают:

1. Точность прогнозов по Северному морю — американцы указали перспективные участки, которые наши геологи определили как приоритетные только после детальных исследований.

2. Технологические решения в Венесуэле опережают европейские разработки на два-три года.

3. Переговоры с арабскими шейхами ведутся с пониманием долгосрочных геополитических перспектив, необычным для американских бизнесменов

Рекомендации: усилить промышленную разведку, применить стандартные методы ограничения конкуренции, рассмотреть возможность поглощения или создания контролируемого партнерства'.