За ним встала изящная женщина лет двадцати восьми с умными серыми глазами:

— Маргарет Синклер, магистр экономики Гарвардского университета. Буду заниматься анализом международных финансовых рынков.

Следующий представился мужчина средних лет с немецким акцентом:

— Отто Мюллер, бывший сотрудник Deutsche Bank. Эксперт по центрально-европейским операциям.

Молодой человек с живыми темными глазами кивнул:

— Роберт Кэмпбелл, выпускник Йеля. Специалист по североамериканским рынкам.

И наконец, пожилой джентльмен с седой бородкой:

— Професcор Эдвард Хартли, консультант по международному праву и банковскому законодательству.

О’Мэлли ошеломленно смотрел на собравшихся:

— Босс, это… это настоящие профессионалы. Такую команду имеют только крупнейшие банки мира.

— Именно к этой лиге мы и стремимся, — ответил я. — Артур будет заместителем Маккарти по безопасности. Маргарет главным аналитиком под началом Левински. Остальные специалисты по регионам. Каждый получает жалованье от трехсот до четырехсот долларов в месяц.

Престон достал из портфеля толстую папку:

— Мистер О’Мэлли, я подготовил предварительный анализ рисков международной экспансии. Политические, экономические, криминальные угрозы по каждой стране.

Маргарет Синклер разложила на столе графики и диаграммы:

— А я проанализировала динамику валютных курсов и прогнозы развития экономик. Наиболее перспективными представляются Великобритания, Швейцария и Канада.

Профессор Хартли открыл юридическую литературу:

— Что касается правовых аспектов, то для работы в каждой стране потребуется получение специальных лицензий. Процедура может занять от трех до шести месяцев.

Джонсон достал из папки финансовые отчеты:

— Уильям, пора сообщить хорошие новости. За последнюю неделю поступило семнадцать заявок на открытие корпоративных счетов. Общая сумма депозитов, четыре с половиной миллиона долларов. Среди клиентов Ford Motor Company, General Electric, даже правительство Канады.

— Правительство Канады? — удивился О’Мэлли.

— Они хотят разместить у нас резервы на случай валютных кризисов, — пояснил Джонсон. — Полтора миллиона долларов золотом.

Я встал и подошел к карте мира:

— Господа, через пять лет «Merchants Farmers Bank» станет первым по-настоящему глобальным американским банком. Филиалы на четырех континентах, активы свыше пятисот миллионов долларов, штат более тысячи сотрудников.

О’Мэлли поднялся из кресла, его глаза горели восторгом:

— Босс, я готов. Готов работать днем и ночью, чтобы воплотить эти планы в жизнь.

— Именно этого я и ждал, — улыбнулся я. — Добро пожаловать в новую эру, Патрик. Эру, когда честный труд и верность принципам побеждают коррупцию и произвол.

За окнами кабинета огни Нью-Йорка мерцали в дымке. Город, который дал мне все, богатство, влияние, верных друзей, теперь становился лишь отправной точкой для завоевания мира.

Война с мафией и финансовыми махинаторами закончилась моей победой. Теперь начиналась новая битва, за создание справедливой экономики, где деньги служат людям, а не властвуют над ними.

И у меня была лучшая команда для этой битвы.

Запах кожаных переплетов и воска наполнял воздух, когда я поднимался по мраморным ступеням к офису адвокатской конторы «Крэндолл Ассошиэйтс».

Утреннее солнце проникало сквозь высокие окна здания на Парк-авеню, отбрасывая длинные тени на полированный пол вестибюля. Я прибыл за полчаса до назначенного времени, привычка, сформированная еще в прошлой жизни, когда каждая минута могла стоить миллионы.

Лифтер, седоволосый мужчина с добродушным лицом, закрыл за мной решетчатую дверь и потянул за рычаг.

— Седьмой этаж, сэр?

— Да, седьмой, — подтвердил я, поправляя галстук.

Сегодняшняя встреча с представителями Говарда Хьюза могла открыть мне дорогу в авиационную промышленность. Пять миллионов долларов за контрольный пакет акций его компании сумма немалая, но доходы от будущих военных контрактов окупят вложения в десятки раз. Я уже приобрел акции Дуглас, а вместе с инвестициями в компанию Хьюза это обеспечит мне практически монопольное владение будущим авиационных рынком Америки.

Джордж Крэндолл встретил меня в своем кабинете, массивном помещении с дубовыми панелями и портретами судей Верховного суда. За его плечом стоял сейф высотой в человеческий рост, а на столе красного дерева лежали аккуратно разложенные документы. Крэндолл, мужчина лет пятидесяти с проседью на висках и глазами опытного юриста, поднялся из-за стола.

— Мистер Стерлинг, рад вас видеть. Кофе?

— Благодарю, — я сел в кожаное кресло напротив его стола. — Документы готовы?

— Разумеется. — Он указал на папку. — Контракт на приобретение шестидесяти процентов акций Hughes Aircraft Company. Пять миллионов долларов, как и оговаривалось. Ваш адвокат Розенберг представил все необходимые документы. Представители мистера Хьюза должны прибыть через двадцать минут.

Я открыл папку и быстро просмотрел текст. Все именно так, как мы обсуждали. Технологические разработки, права на патенты, доступ к военным контрактам, все это станет моим уже через час.

Настольные часы из черного мрамора отсчитывали минуты. Тик-так, тик-так.

Звук этот казался слишком громким в тишине кабинета. Крэндолл просматривал другие бумаги, время от времени поглядывая на дверь.

В половине одиннадцатого в дверь постучали. Крэндолл поднял голову:

— Входите.

Вошел молодой клерк с телеграммой в руке. Его лицо выражало смущение.

— Мистер Крэндолл, срочная телеграмма для мистера Стерлинга.

Что-то неприятно кольнуло в груди. Телеграммы редко приносили хорошие новости. Я взял желтый листок и развернул его.

«ГОСПОДИНУ СТЕРЛИНГУ. ВЫНУЖДЕНЫ ОТМЕНИТЬ СЕГОДНЯШНЮЮ ВСТРЕЧУ ТОЧКА ПРИНЯТО БОЛЕЕ ВЫГОДНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ ТОЧКА ПРИНОСИМ ИЗВИНЕНИЯ ЗА НЕУДОБСТВА ТОЧКА ПРЕДСТАВИТЕЛИ ХЬЮЗА»

Крэндолл заметил, как изменилось мое лицо.

— Что-то не так?

— Встреча отменена, — я протянул ему телеграмму. — Хьюз получил лучшее предложение.

Адвокат нахмурился, читая текст.

— Это странно. Еще вчера их представитель подтверждал встречу. Позвольте, я выясню подробности.

Он потянулся к телефону, массивному черному аппарату с золотыми номерами. Набрал несколько цифр и дождался соединения.

— Офис мистера Хьюза? Это Джордж Крэндолл… Да, относительно сегодняшней встречи… Понимаю… А можете уточнить условия нового предложения?… Семь миллионов?… От кого именно?…

Я наблюдал как его лицо тоже менялось. Сначала удивление, затем понимание, наконец озабоченность.

— Объединенная финансовая корпорация… Да, благодарю за информацию.

Он положил трубку и повернулся ко мне:

— Семь миллионов долларов от компании под названием «Объединенная финансовая корпорация». Они внесли предложение вчера поздним вечером, после того как мы с вами завершили все переговоры.

— И что вам известно об этой корпорации?

— Дайте мне минуту. — Крэндолл открыл один из ящиков стола и достал толстый справочник. — «Объединенная финансовая корпорация»… Зарегистрирована в Делавэре три месяца назад… Уставный капитал пятьдесят миллионов… Президент некий Роберт Морган.

Морган. Опять тот самый Морган. Имя это уже мне знакомо. Интуиция подсказывала, что этот человек станет серьезной проблемой.

— Мистер Крэндолл, не могли бы вы выяснить больше об этом Моргане?

— Конечно. У меня есть связи в финансовых кругах.

Следующие полчаса он провел за телефоном, звоня знакомым банкирам и адвокатам. Я наблюдал за танцем теней на стене, размышляя о случившемся.

Это не случайность. Кто-то следил за моими делами, изучал планы, готовился нанести удар именно в тот момент, когда я буду наиболее уязвим.

Наконец Крэндолл завершил последний разговор.

— Роберт Морган весьма загадочная фигура, — сказал он, делая пометки в блокноте. — Появился в Нью-Йорке около года назад. Имеет связи с крупными европейскими банками, возможно, швейцарскими. Его корпорация уже успела перехватить несколько сделок у других инвесторов. Всегда предлагает больше, чем конкуренты, и действует быстро.