— А кто лоббировал эти изменения? — спросил я.

— Некий сеньор Мартинес, представлявшийся консультантом по международному праву. Как выяснилось позже, он тесно связан с европейскими нефтяными кругами. — Фоллетт саркастически усмехнулся. — Его рекомендации почему-то всегда совпадали с интересами наших европейских конкурентов.

Ли из «Gulf Oil» кивнул с пониманием.

— Аналогичная ситуация в Кувейте. Британские колониальные власти вдруг обнаружили «нарушения» в наших соглашениях, заключенных пять лет назад. Штрафы, пересмотр условий, дополнительные обязательства. — Он достал из портфеля документ. — А вот письмо от шейха. Он сожалеет, но вынужден «учитывать рекомендации британских советников».

Филлипс хлопнул ладонью по столу.

— У нас та же история в Канаде! Внезапные проблемы с разрешениями на строительство нефтепровода через границу. Канадские чиновники ссылаются на «необходимость защиты национальных интересов». При этом британская «Imperial Oil» спокойно расширяет свою сеть без всяких препятствий.

Слоан из «Sinclair Oil» дополнил картину:

— В Аргентине мы потеряли крупный контракт на поставку топлива для железных дорог. Официально из-за более выгодного предложения французской «Total». Неофициально, наш местный партнер получил визит от людей, убедивших его пересмотреть приоритеты.

Вестон кивнул с пониманием, его лицо стало серьезным.

— У меня та же проблема в Арканзасе, — сказал он, садясь и закуривая дешевую сигару, которая резко контрастировала с дорогими гаванскими сигарами других участников. — Месяц назад ко мне приходил некий мистер Андерсон, представлявшийся консультантом из Европы. Предлагал «техническое партнерство» с британской компанией.

— Какого рода партнерство? — спросил я.

— Они хотели получить доступ к моим геологическим данным в обмен на «передовые европейские технологии», — Вестон презрительно сплюнул в плевательницу рядом со своим креслом. — А когда я отказался, вдруг начались проблемы с железнодорожными перевозками. «Missouri Pacific» стала находить «технические неисправности» в моих цистернах.

Роквуд обвел взглядом собравшихся.

— Джентльмены, это не отдельные инциденты. Это тщательно организованная кампания европейских нефтяных концернов по вытеснению американских компаний с международных рынков.

Он достал из портфеля папку с документами. Теми самыми, которые мы изучали накануне.

— Мистер Стерлинг и я получили доступ к внутренней переписке между «Royal Dutch Shell», «Total» и немецкими компаниями. Позвольте зачитать фрагмент.

Он открыл первый документ и прочел вслух:

— «Американские независимые производители представляют стратегическую угрозу для европейского контроля над мировыми энергетическими ресурсами. Координированные действия по ограничению их экспансии должны быть усилены.»

В комнате воцарилась тишина. Фоллетт первым нарушил молчание:

— У вас есть доказательства подлинности этих документов?

— Наши источники абсолютно надежны, — ответил я. — Более того, сегодня утром мы провели финансовую операцию против европейских концернов. Результат — они отзывают своих агентов из Латинской Америки и Ближнего Востока, чтобы сосредоточиться на защите собственных позиций.

Ли поднял брови.

— Финансовую операцию? Какого масштаба?

— «Royal Dutch Shell» потеряла двадцать восемь процентов стоимости за пять часов торгов, — сообщил Роквуд. — «Total» двадцать четыре процента, «Anglo-Persian» тридцать один процент. Общие потери превысили сто восемьдесят миллионов долларов.

Филлипс присвистнул.

— Черт возьми! Вы действительно задели их за живое. Как вам это удалось?

— Одновременные продажи через пятнадцать брокерских контор в трех европейских столицах, — пояснил я. — Секрет в синхронизации и объемах. Когда рынок видит массовые продажи одновременно от разных источников, начинается паника.

Слоан наклонился вперед.

— И что вы предлагаете делать дальше? Европейцы не останутся в долгу.

Роквуд вернулся к карте мира.

— Предлагаю создать Американский нефтяной альянс. Неформальное объединение независимых компаний для координации действий против европейской экспансии.

— Какого рода координации? — осторожно спросил Ли.

— Во-первых, обмен информацией, — я встал и подошел к доске, на которой начал записывать ключевые пункты. — Каждая компания сообщает о попытках давления, подкупа, саботажа. Мы создаем общую базу данных по методам и людям, которых используют европейцы.

— Во-вторых, — продолжил Роквуд, — совместное лоббирование в Вашингтоне. Администрация президента настроена на защиту американских интересов, но ей нужны конкретные факты и предложения.

— В-третьих, объединение ресурсов для технологических исследований, — добавил я. — Создаем исследовательский центр в Хьюстоне, привлекаем лучших инженеров и химиков, разрабатываем технологии, которые дадут нам преимущество над европейскими концернами.

Фоллетт задумчиво покрутил сигару в пальцах.

— А финансирование? Такие проекты требуют серьезных вложений.

— Каждая участвующая компания вносит в общий фонд сумму, пропорциональную своим активам, — предложил Роквуд. — Ориентировочно по два миллиона долларов от крупных компаний, по миллиону от средних.

— Восемь-десять миллионов общего бюджета, — подсчитал Слоан. — Этого достаточно для серьезной работы.

Филлипс поглядел в окно на улицы Талсы, где сновали грузовики с нефтеоборудованием.

— Джентльмены, я не сентиментален. Но то, что делают европейцы, это попытка превратить американскую нефтяную промышленность в сырьевой придаток их экономики. — Он обернулся к собравшимся. — Моя компания согласна участвовать в альянсе.

Ли кивнул.

— «Gulf Oil» тоже присоединяется. У нас есть интересы на Ближнем Востоке, и мы не можем позволить британцам выдавить нас оттуда.

Вестон поднял свою мозолистую руку одним из первых, громко заявив:

— «Weston Petroleum» голосует «за»! И пусть эти европейские сопляки знают, что техасские нефтяники не сдаются без боя!

Его прямолинейность вызвала одобрительные улыбки у других участников. Несмотря на грубоватые манеры, искренность Вестона была очевидна всем присутствующим.

Фоллетт затушил сигару.

— «Texaco» поддерживает инициативу. Но нам нужны гарантии, что альянс не превратится в картель с фиксированием цен. Антимонопольное законодательство никто не отменял.

— Разумеется, — согласился Роквуд. — Мы координируем внешнюю политику и технологические разработки, но не вмешиваемся в коммерческую конкуренцию между участниками.

Слоан был последним, кто принимал решение.

— «Sinclair Oil» готова участвовать, но с одним условием. Нам нужен человек с безупречной репутацией для координации альянса. Кто-то, кому доверяют и в Вашингтоне, и на Уолл-стрит.

— У меня есть кандидатура, — сказал я. — Бернард Барух. Он пользуется доверием президента, имеет огромный опыт в промышленности и финансах, понимает важность энергетической независимости.

— Барух отличный выбор, — одобрил Ли. — Если он согласится, то альянс получит мощную поддержку в правительственных кругах.

Роквуд обвел взглядом собравшихся.

— Тогда считаем решение принятым? Создаем Американский нефтяной альянс, приглашаем Баруха на роль координатора, начинаем совместную работу?

Все подняли руки в знак согласия.

— Превосходно, — Роквуд достал бутылку бурбона и стаканы. — За американскую нефтяную независимость и успех нашего альянса.

Когда мы встали, чтобы выйти к обеду, Вестон подошел ко мне и негромко сказал:

— Билл, помнишь, как в 28-м ты посоветовал мне не торопиться с расширением? Сказал, что лучше подождать год-два и укрепить позиции. Тогда я не понял, но после краха 29-го года понял, что ты спас мне задницу. — Он внимательно посмотрел на меня. — Откуда у тебя была такая прозорливость?