— Медичи, если кто-то спросит об этом разговоре, лучше забыть, что мы встречались.

Итальянец кивнул с облегчением. О’Мэлли поднялся из подвала обратно на дождливую улицу.

Телефон-автомат нашелся через два квартала, у входа в дешевую забегаловку. О’Мэлли вставил пятак и набрал номер.

— Консультационные услуги Hartwell Associates, — ответил женский голос с легким акцентом.

— Мне нужно связаться с мистером Вольфом по поводу типографского заказа.

Пауза. Слишком длинная для простого справочного звонка.

— Боюсь, мистера Вольфа сейчас нет. Могу принять сообщение?

— Где ваш офис? Приеду лично.

— Мэдисон-авеню, 412, восьмой этаж. Но мы работаем только по предварительной записи.

О’Мэлли повесил трубку и вышел под дождь. Мэдисон-авеню была в двадцати минутах ходьбы, но что-то заставило его оглянуться через плечо.

На противоположной стороне улицы, под навесом гастронома, стоял мужчина в темном пальто. Когда О’Мэлли начал идти, мужчина двинулся следом, сохраняя дистанцию.

Профессиональная слежка. О’Мэлли усмехнулся кто бы ни были эти Hartwell Associates, они серьезно относились к безопасности.

Игра началась.

О’Мэлли свернул в переулок между двумя офисными зданиями. Его преследователь последовал за ним.

В середине переулка О’Мэлли внезапно остановился, достал сигареты и начал закуривать, прикрываясь от ветра. В отражении витрины ювелирной лавки он видел, как мужчина в пальто замедлил шаг, притворяясь, что изучает вывески.

Любитель. Настоящие профессионалы не следят в одиночку.

О’Мэлли докурил сигарету, бросил окурок в лужу и продолжил путь к Мэдисон-авеню. Через несколько кварталов он остановился у витрины книжного магазина, якобы рассматривая новые поступления. Преследователь остановился у газетного киоска в полуквартале позади.

Определенно любитель.

Мэдисон-авеню, 412 оказался респектабельным офисным зданием с мраморным фасадом и позолоченными номерами. Вечерний консьерж дремал за стойкой в вестибюле. О’Мэлли прошел мимо него к лифтам, как будто знал, куда идет.

Восьмой этаж встретил его тишиной и запахом воска для полировки. В большинстве офисов уже темно и тихо, солидные фирмы не работали допоздна. Табличка «Hartwell Associates» висела на двери в конце коридора.

О’Мэлли приложил ухо к двери. Тишина. Женщина, ответившая на его звонок, уже ушла. Или она сидела в другом месте.

Он достал из кармана отмычки, планируя применить полезные навыки, приобретенные в молодости на доках Бруклина.

Замок поддался через две минуты.

Офис «Hartwell Associates» выглядел как театральная декорация. Минимум мебели, пустые письменные столы, никаких личных вещей. Но в ящиках столов О’Мэлли обнаружил то, что искал, переписку с европейскими компаниями.

Письма были на немецком и английском языках. Большинство подписано «Alliance for Industrial Stability, Hamburg Office». Адреса отправителей — гамбургские и франкфуртские банки. Суммы в документах заставили О’Мэлли присвистнуть: миллионы долларов, переводимые для «развития американских промышленных связей».

Но самое интересное было в последнем письме. На английском, с заголовком «Фаза 2 — Американские операции». О’Мэлли начал читать:

«…подготовительная фаза завершена успешно. Тестирование методов финансового давления показало высокую эффективность. Рекомендуем переход к фазе политического воздействия. Список американских конгрессменов, готовых к сотрудничеству, прилагается…»

Звук шагов в коридоре прервал чтение. О’Мэлли быстро сложил несколько документов, сунул их во внутренний карман пиджака и направился к окну.

Пожарная лестница была старой, но надежной. О’Мэлли спустился на два этажа ниже и через черный ход вышел в переулок за зданием.

Дождь усилился, превращая улицы в реки грязной воды. О’Мэлли шел быстро, но не бежал, ведь бег привлекает внимание. В кармане лежали документы, которые могли изменить представление босса о масштабах заговора.

Это не просто финансовая операция. Это была подготовка к политическому перевороту.

Добравшись до безопасной части города, О’Мэлли остановился под навесом кафе и достал украденные бумаги. При свете уличного фонаря он прочитал их еще раз, чтобы убедиться, что правильно понял.

«Фаза 2 — Американские операции». Список конгрессменов. Суммы для «политического воздействия». И в самом низу, едва заметной припиской: «Установлен контакт с компанией Стерлинга. Наблюдение продолжается».

О’Мэлли усмехнулся. Кто бы ни были эти люди, они явно недооценили ирландца с Бруклинских доков.

Завтра босс узнает, что охота превратилась в войну.

Утром следующего дня я сидел в своем кабинете, изучая отчет О’Мэлли о ночном рейде. Документы, которые он добыл в офисе «Hartwell Associates», читались как сценарий к шпионскому роману, только гораздо более пугающему, чем все, что могла придумать человеческая фантазия.

«Фаза 2 Американские операции» и «Наблюдение установлено». Значит, меня не просто атаковали, меня изучали. Приятно осознавать, что стал объектом научного эксперимента для международной группировки заговорщиков.

Но у двух игроков может быть две стратегии. Если они изучали меня финансовыми методами, я отвечу тем же. В конце концов, деньги оставляют следы даже тогда, когда люди стараются остаться невидимыми.

Я снял трубку и набрал номер Federal Reserve Bank. Роберт Фишер, мой старый знакомый из времен работы в «Харрисон Партнеры», теперь занимал должность заместителя управляющего отделом международных операций. Полезная должность для человека, который нуждается в информации о крупных трансферах.

— Роберт? Стерлинг беспокоит. Мне нужна небольшая консультация по международным операциям.

— Уильям! Давно не слышал твой голос. О чем речь?

— Частное дело. Можем встретиться сегодня? Предпочтительно в твоем офисе.

— Конечно. Два часа дня подойдет?

Federal Reserve Bank на Либерти-стрит выглядел как крепость, что соответствовало его роли в американской финансовой системе. Охрана, мраморные коридоры, тишина, в которой слышно было тиканье больших часов, все это создавало атмосферу места, где принимаются решения о судьбах миллионов.

Фишер встретил меня в своем кабинете на четвертом этаже. Невысокий, аккуратный человек с проницательными глазами и привычкой точно взвешивать каждое слово.

— Что тебя интересует, Уильям?

— Крупные международные переводы из Европы за последние три месяца. Особенно операции, связанные с германскими банками.

Фишер нахмурился:

— Это довольно специфический запрос. Могу спросить, зачем?

— Роберт, мои клиенты стали жертвами тщательно спланированной атаки. Ты наверняка слышал об этом. Есть основания полагать, что финансирование шло из Европы. Мне нужно понять масштаб операции.

— Понимаю. Но ты должен знать, что большая часть информации конфиденциальна.

— Мне не нужны имена клиентов. Только общие тенденции и объемы.

Фишер задумался, затем прошел к сейфу и достал толстую папку.

— Хорошо. Но эта информация не должна покинуть этот кабинет.

Он разложил перед мной таблицы и графики. Цифры были впечатляющими. За последние три месяца объем переводов из Германии вырос в четыре раза по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

— Роберт, а есть закономерности в банках-получателях?

— Интересно, что ты спрашиваешь. Большая часть операций проходит через один банк-посредник, «First International Trust» на Уолл-стрит.

— Слышал о них?

— Небольшой банк, получил лицензию два года назад. Специализируется на международных операциях. Ничего подозрительного, все документы в порядке.

— А объемы операций?

— За последний месяц около пятнадцати миллионов долларов. Для банка такого размера это очень много.

Пятнадцать миллионов за месяц. Если это только видимая часть айсберга, реальные масштабы операции могли исчисляться десятками миллионов.