После ужина Лански спустился в подземный гараж своего дома, где его ждал бронированный «паккард», автомобиль, который он заказал у специализированной фирмы в Детройте после первых угроз от конкурентов. Пуленепробиваемые стекла, стальные листы под обшивкой дверей, усиленные шины, машина больше напоминала передвижной сейф, чем средство передвижения.

За рулем сидел Макс Зигельман, его телохранитель и водитель, невысокий, но крепко сложенный еврей из Нижнего Ист-Сайда, умеющий одинаково хорошо обращаться и с автомобилем, и с автоматом Thompson. Рядом с ним устроился Сэм Ред, второй телохранитель, рыжеволосый ирландец с быстрыми руками и холодными глазами.

— Куда едем сейчас, мистер Лански? — спросил Зигельман, заводя мотор.

— На встречу с людьми из «Chase National Bank». Они хотят обсудить новые инвестиционные возможности.

Это была полуправда. Встреча действительно была назначена, но речь шла не об обычных инвестициях, а о легализации доходов от игорных заведений через систему фиктивных займов и подставных компаний. Банкиры с Уолл-стрит давно научились не задавать лишних вопросов, если клиент приносил хорошие деньги.

«Паккард» выехал из гаража на Риверсайд-драйв и направился по утренним улицам Манхэттена к финансовому району. Вечернее солнце скрылось за низкими облаками, фасады небоскребов покрыла липкая паутина дождя, свет фонарей отражался в многочисленных лужах. Город готовился ко сну, торговцы закрывали лавки, клерки спешили из офисов, полицейские регулировали движение на перекрестках.

— Мистер Лански, — сказал Ред, оглядывая улицу через заднее стекло, — за нами следит синий «крайслер». Уже третий квартал держится на одинаковом расстоянии.

Мейер повернулся и взглянул назад. Действительно, темно-синий «крайслер империал» ехал в трех автомобилях позади них, не меняя дистанции даже при поворотах. Он маячил за пеленой мелкого дождя.

— Сколько человек в машине?

— Четверо. Все в темных костюмах и шляпах. Выглядят как профессионалы.

Лански почувствовал знакомое напряжение в груди. Интуиция, спасавшая его не раз в опасных ситуациях, подала сигнал тревоги.

— Макс, измени маршрут. Поезжай через Бруклинский мост, а потом по окольным дорогам. Посмотрим, насколько они настойчивы.

Зигельман кивнул и свернул на Бауэри, направляясь к мосту. «Крайслер» последовал за ними, больше не пытаясь скрывать слежку.

— Определенно хвост, — констатировал Ред, проверяя свой автомат. — И похоже, они не собираются просто наблюдать.

Когда «паккард» въехал на Бруклинский мост, «крайслер» резко ускорился, пытаясь сократить дистанцию. Из окон показались стволы автоматов Thompson, зловещие черные дула, направленные на их машину.

— Засада! — крикнул Лански. — Макс, газуй!

Зигельман вдавил педаль в пол, и мощный мотор «паккарда» взревел. Но преследователи были готовы к этому. Второй автомобиль, черный «бьюик», выскочил из-за опоры моста, блокируя дорогу впереди.

Лански оказался в ловушке на середине пролета, с рекой внизу и противниками с обеих сторон. У него мелькнула запоздалая мысль, что эта встреча была подстроена и он угодил в тщательно расставленную ловушку.

Первые выстрелы прогремели одновременно, автоматные очереди из «крайслера» сзади и «бьюика» спереди. Пули барабанили по броне «паккарда», но пока не пробивали усиленную обшивку.

— Ред, стреляй через заднее стекло! — приказал Лански, вытаскивая свой золоченый «кольт». — Макс, пробивайся вперед!

«Паккард» рванул к «бьюику», который стоял поперек дороги. Зигельман целился в левый борт, рассчитывая протаранить препятствие и вырваться на бруклинскую сторону.

Ред разбил заднее стекло прикладом автомата и открыл огонь по преследователям. Его меткие очереди заставили стрелков из «крайслера» пригнуться, но они продолжали палить по броневику.

— Они используют бронебойные патроны! — крикнул Зигельман, когда пуля пробила боковое стекло рядом с его головой.

В этот момент из «бьюика» выскочил невысокий мужчина в сером пальто с чемоданчиком в руках. Лански узнал его, Джо Адонис, один из лейтенантов чикагского синдиката, специалист по взрывчатке.

Адонис бросил чемодан под «паккард» и отскочил за опору моста.

— Бомба! — успел крикнуть Лански.

Взрыв потряс весь мост. Передняя часть «паккарда» подлетела в воздух, а затем автомобиль опрокинулся на бок. Бронированные стекла лопнули, из радиатора повалил пар, а бензин из пробитого бака растекался по асфальту.

Мейер Лански очнулся через несколько секунд, висящий вниз головой в перевернутой машине. Кровь текла из рассеченного лба, левая рука болела так, что он не мог ею шевелить. Рядом с ним лежал без сознания Зигельман, на его голове расплывалось кровавое пятно.

Ред пытался выбраться из автомобиля через разбитое окно, но его ноги были зажаты погнутым металлом.

— Мистер Лански! — крикнул он. — Они идут сюда! Надо валить!

Действительно, к перевернутому «паккарду» приближались четверо вооруженных мужчин. В руках у них были автоматы Thompson и канистры с бензином, видимо, они собирались сжечь машину вместе с пассажирами.

Лански с трудом выбрался через заднее окно, оставляя на битом стекле клочья дорогого костюма и капли крови. Правая рука еще действовала, и он успел схватить свой «кольт».

— Эй, жид! — крикнул один из нападавших. — Привет от мистера Нитти!

Лански выстрелил, не целясь, и пуля попала чикагцу в плечо. Тот завопил и упал, но остальные трое открыли огонь из автоматов.

Мейер бросился к краю моста, где низкий каменный парапет мог служить укрытием. Пули крошили камень над его головой, а внизу тихо колыхались темные воды Ист-Ривер.

— Добивайте его! — крикнул Адонис. — И не забудьте про остальных!

К счастью, небеса не оставили Лански без защиты. Со стороны Манхэттена раздались звуки сирен. Полицейские патрули, привлеченные взрывом и стрельбой, спешили на место происшествия.

— Черт! — выругался один из чикагцев. — Это полиция!

— Быстро заканчивай! — приказал Адонис.

Он подбежал к перевернутому «паккарду» и плеснул бензином на обшивку. Чиркнул спичкой и машина вспыхнула, превращаясь в огненный факел на середине моста.

Лански, укрывшийся за парапетом, услышал предсмертный крик Реда, который не успел выбраться из горящего автомобиля. Зигельман, видимо, был уже мертв, никаких звуков из машины больше не доносилось.

Полицейские «форды» въехали на мост с обеих сторон, включив сирены и мигалки. Чикагцы поняли, что операцию пора сворачивать.

— Валим! — крикнул Адонис, и вся четверка бросилась к своим машинам.

«Крайслер» и «бьюик», визжа шинами, рванули прочь, скрываясь в лабиринте бруклинских улочек еще до того, как полиция успела их заблокировать.

Лански остался один у парапета моста, окровавленный и контуженный, наблюдая, как горят останки его бронированного автомобиля. В этом огне сгорели не только Зигельман и Ред, сгорела иллюзия безопасности, которую он старательно создавал вокруг себя последние годы.

Первым к нему подбежал сержант Патрик О’Мэлли из бруклинского участка, пожилой ирландский коп с седыми усами и добрыми глазами.

— Мистер, вы живы? Надо вызвать скорую помощь!

— Я… я в порядке, — прохрипел Лански, пытаясь подняться на ноги. — Но моих людей… их уже не спасти.

О’Мэлли посмотрел на пылающий автомобиль и покачал головой:

— Святая матерь Божья… Что тут произошло?

— Покушение, — коротко ответил Мейер. — Профессиональная работа.

Он знал, что полиции скажет только самое необходимое. Настоящие счеты с чикагским синдикатом будут сведены по другим правилам. Правилам, которые не записаны ни в каких законах, но которые все понимают на улицах Нью-Йорка.

Пока санитары оказывали ему первую помощь, а пожарные тушили останки «паккарда», Лански думал о том, что война только началась. Еще он беспокоился за других членов Комиссии. Чикагцы не посмели бы напасть на него, не организовав атаку на Лучиано.