- Но как же это? – опешил командир.

- Лэра Ранс – МОЯ женщина, до последнего моего вздоха, и она королевским указом свободна от всех обязательств!

Тишина и лёгкий присвист послужили оборотню ответом. Такого ещё не бывало!

- Счастье моё, тебе надо собрать какие-то вещи?

- Подожди, Ронг… так быстро… я не могу, у меня дела… - Вера растерялась. Она уже ничего не понимала. Она боялась понимать!!! Мысли суетливо закрутились возле мелких насущных проблем. Фундамент поставлен, брёвна подготовлены и пронумерованы, вода подведена, пора приступать к сборке дома. Королевский указ никак пока в голову не умещался.

Командир быстрее Веры пришёл в чувства и двинулся к оборотню:

- Вы не можете, у нас…

- Хватит! – Ронг стремительно приблизился и умудрился рявкнуть грозно, но тихо, чтобы до ушей Веры ничего не долетело. – Моя жена больше не будет пахать на вас с рассвета до заката! Это ведь второй пост, на котором она уже ставит дом?

- Да, но…

- Значит, образец есть. Руки у всех на месте, хотя бы одна светлая голова найдётся, чтобы повторить строение.

- Но лэра Ранс многое делала при помощи магии!

- Сделайте всё основное. Что не сможете – на один-два дня я её отпущу.

Ронг вернулся к Вере, которая уже подобрала слова, чтобы разумно возражать ему, цепляясь за помогающие ей ранее держаться постулаты, но он снова прижал её к себе.

- Верочка, если Шторн нападёт на пост, то будет много жертв. Обустрой пока наш дом, а я разберусь с ним.

Вера проглотила все свои доводы. Она-то хотела объяснить, что до зимы надо успеть закончить дела на этом посту и на следующем, а медведя опять не учла. Всё-таки она не военный человек, не удаётся ей предусматривать все угрозы. Посмотрела по сторонам, пытаясь всё же собраться с мыслями и вернуть себя в колею разумности, где властвуют долг и ответственность, но в голове звучали слова «королевским указом… моя женщина… свободна…забираю к себе»

Вера увидела греющегося в лучах Вариетаса Удалого. Он очнулся всего несколько часов назад и был ещё слаб. Золотой артефакт полностью вылечил его, теперь оставалось только хорошо питаться и набирать потерянную массу. Вера подошла к нему. У неё кружилась голова, она никак не могла осознать, того, что произнёс Ронг.

- Я…

- Всё правильно, лэра Ранс, езжайте с вожаком. Только он вас защитит, - по-своему поняв её сомнения, произнёс Удалой.

Она кивнула, соглашаясь с ним, а сама мысленно повторяла: «королевским указом… свободна…к себе», но ей никак не удавалось разбить тот психологический блок, завязанный на долге перед людьми, что она сама себе поставила, чтобы пережить последствия нападения.

Удалой усмехнулся, решив, что Вера колеблется и начал её убеждать:

- «Семья сильна, когда над ней крыша одна!», а ещё «Человек семьёй крепок!» или «Где семья дружна, никакая беда не страшна!» Слыхали эти поговорки? Они не на пустом месте родились, лэра Ранс. Учитесь уступать, тогда командовать будете.

Вера посмотрела на Удалого. «О чём он толкует? О семье? Разве она против? Она всегда мечтала создать семью, где царит любовь. Всегда – или уже нет? Нет, не так, она просто спрятала свои мечты глубоко-глубоко, но не отказалась. Нет, не отказалась, особенно когда появился Ронг!»

- Мы, мужской род, очень любим быть во главе всего, - продолжал говорить Удалой, - да только сами не замечаем, что делаем всё так, чтобы угодить женщине. Ищем её одобрения, ласковой улыбки, восхищённого взгляда. Создать семью, сберечь её, определить какая жизнь будет в вашем маленьком мирке, всё это само собой не делается, то великая женская наука! Не стоит сердиться на то, что альфа схватил своё счастье и норовит спрятать ото всех, защитить. То его мужской долг.

Вера улыбнулась простым рассуждениям Удалого, обернулась, позади неё стоял Ронг и напряжённо смотрел на неё. Смотря в его глаза, она,  наконец, осознала, что всё, теперь она не одна, что закончился её беличий бег в колесе обязанностей, что можно остановиться, принять в свою жизнь любовь и строить будущее с нею.

Хочет командовать, пусть командует! Сама бы она ни за что не бросила бы недоделанную работу, но он прав! Раньше не могли построить, потому что не из чего было, а сейчас материал есть, народу полно, здоровье у всех идеальное, причём её стараниями, руки крепкие, голова на плечах есть, а с соединением труб она потом поможет.

Ронг хочет её спрятать? А уж как ей хочется оказаться в защищённом месте! Он хочет заботиться о ней? Так её сердце поёт от того, что хоть кто-то желает сделать её счастливой.

Вера посмотрела на Удалого, на Ронга. Какие они смешные, переживают, что она начнёт ставить какие-то условия, что-то требовать.

Её мужчина, её любимый мужчина каким-то невероятным образом добился  невозможного  – полной свободы для неё; он собирается покарать всех её обидчиков, а теперь волнуется, как она отреагирует на его слова?

- Нам надо кое-что забрать отсюда, - последний раз всхлипнула Вера, пытаясь устоять на вдруг ослабевших ногах, - а так я готова ехать прямо сейчас.

Ей потребовалось несколько минут, чтобы на опустошённую золотую пластину наложить маскировку. Её, вместе с другими вещами, оборотни принесут чуть позже, а сама она уселась на обернувшегося Ронга и он, гордо поглядывая на своих, с величайшей осторожностью повёз Веру в своё логово.

Глава 13. Объединение стаи

Огромный волк старался бежать плавно, чтобы не потревожить, не доставить неудобств сидящей на нём избраннице. Он часто оглядывался, проверяя, не устала ли она, не изменилось ли её настроение, не желает ли она остановиться и передохнуть. Для неё хотелось сделать всё возможное и невозможное, лишь бы она была довольна, смотрела приветливо, прижималась к нему покрепче и всегда желала бы быть с ним. Безграничная нежность щемила его сердце, отодвигая всё плохое, с чем ещё предстояло ему разобраться.

Вера доверилась Ронгу полностью, без остатка, не оставляя для себя ни единой лазейки, и если он её обманет, то она умрёт. Опыт подсказывал, что надо бы быть осторожнее, оставить кусочек души для себя, но она сделала выбор, и жить без Ронга не хотела. Либо любить всею душою – либо надо было оставаться, закрываясь разумными доводами, высокими целями и проживать свою жизнь достойно, но без всепоглощающей любви.

Из крайности в крайность – не самое правильное решение, но раз так складывается её судьба, то она примет её. Было время, когда она всю себя посвящала работе и жила ею; теперь время любить; а потом, быть может, придёт золотая середина. На этом Вера пришла к внутреннему согласию и, подъезжая к логову Ронга, уже беззаботно улыбалась, испытывая самые светлые чувства и поглаживая мощную шею волка.

Возле дома Ронг обернулся и, с огромной осторожностью подняв её на руки, внёс в дом. Она думала, что они сразу пройдут в спальню, но он поставил её у очага, повёл рукой, объясняя:

- Здесь всё твоё. Вот мой схрон, - мужчина показал на прикрытую домотканым ковриком откидывающуюся в полу дверцу в погреб. – Там трофеи за битвы с тварями изнанки и золото. Ещё я собрал монеты, чтобы можно было делать покупки у людей. Скажешь мне, что ещё надо раздобыть, и я принесу.

Вера улыбнулась: Ронг явно переживал, понравится ли он ей качестве рачительного хозяина.

- А вот здесь, - он подошёл к дальнему углу, где оказалась ещё одна дверка - кладовка с припасами. Я пока не всё на зиму купил, но время есть и мы же успеем запастить?

- Конечно, успеем, - кивнула девушка, а потом её осенило: – Ты ведь прямо с дороги? Ты голоден?

- Немного, - смутился мужчина, - если ты подождёшь, я сбегаю в лес и поохочусь.

- Ронг, тебе нет нужды куда-то бежать. Я приготовлю еду из того, что есть.

Он подошёл к ней со спины, обнял её.

- Вера, я… ты… я тут подумал, что тебе, наверное, не понятно, почему мы не в спальне, ведь об оборотнях болтают, что нас только это и волнует.

- Ну, может, действительно не стоит торопиться…

- Я с ума схожу, горю весь, - и он прижал её чуть крепче, чтобы она не смела думать о том, что он не состоятелен или не готов прямо сейчас взять свою женщину, - но ты ранена, и я боюсь повредить тебе своей страстью. К тому же, не хочу по-быстрому!