«Жаль этих добряков», — с грустью подумал Брил, посмотрев на находящихся внутри пункта управления вражеских клонов. Правда думал он о противнике в целом. — «Сражение идет уже полчаса, а они так и продолжают думать, будто Доминион намеревается прорваться к ретранслятору силами оперативной группы».
План капитана Верджиллио, командующего операцией по захвату резервного ретранслятора в Мореллианском Содружестве, был прост, и в то ж время дерзок до безумия.
Разумеется, первым в эту не населенную систему прибыл «Захватчик». И прибыл он ровно в ту точку, в которой находился и сам. Слишком далеко, чтобы ошеломить неприятеля внезапной атакой на ретранслятор. Но слишком медленно, чтобы прыгнуть поближе и уже там запустить свои гравитационные колодцы — противник отреагировал ровно так, как и должен был по протоколам отражения нападения. Как только «Захватчик», обнаружив свою промашку с координатами прыжка, все же начал глушить связь и развернул гравитационные колодцы, неприятель бросил все свои силы в отчаянной попытке уничтожить «Доминирующий» до того, как он выдернет из гиперпространства подкрепление.
А, к тому моменту, как противник вышел на дальность уверенного поражения «Захватчика», полностью уверенный в том, что «Доминирующий» не сможет развернуть вектора гравитационных тралов так, чтобы забросить к ретранслятору свою оперативную группу, последняя прибыла. Ровно в ту точку пространства, где ей и положено было бы быть, чтобы исправить ошибку командира «Захватчика» и прикрыть его от расстрела неприятелем.
Все это выглядело ровно так, как и должно было казаться. Доминион использовал стандартную тактику заброса подкреплений в непосредственную близость от цели. Но командир «Захватчика» ошибся, вышел из гиперпространства раньше времени. И теперь, несмотря на огневое превосходство, Верджиллио должен удерживать позиции и отражать контратаки противника, защищая «Захватчик» и не позволяя неприятелю прорваться мимо «Справедливости» и ее кораблей сопровождения и поддержки, чтобы «Доминирующий» не разнесли на куски.
Казалось бы, патовая ситуация. Три «Венатора», держась близко друг к другу, перекрывал щитами свои корабли, что позволяло им держаться под огнем доминионского ОЗРД. Их авиация была многочисленной, но морально устаревшей и без серьезных поражений доминионских МЛА, обороняющиеся не имели никакого шанса на то, чтобы вывести «Справедливость» из строя или уничтожить «Захватчика».
А у «Справедливости» не хватало огневой мощи, чтобы продавить строенные щиты противников или прорваться своей авиагруппой против трех авиакрыльев «Венаторов». ОЗРД мог до посинения избивать «Венаторов», а у тех имелось достаточно МЛА, чтобы удерживать авиагруппу «Справедливости» от прорыва. Авиакрыло «Захватчика» и тяжелых крейсеров прикрывали свои корабли-носители, а «крестоносцы» без устали перехватывали многочисленные запуски противо-корабельных ракет и протонных торпед от авиации защитников.
Пат, как ни посуди. Это мясорубка, единственный способ победить в которой для Доминиона — перебить авиацию противника, продавить маневренные «каракки» и перейти к полномасштабному налету силами бомбардировщиков. До тех пор, пока «Справедливость» не очистит пространство вокруг «Венаторов» от «каракк», любая отправка авиации против авианесущих разрушителей — это смерть для авиации. А, как только «Справедливость» потеряет большое количество своих истребителей и перехватчиков, ее подавит авиация защитников.
Смертельное танго двух оперативных соединений, в котором счет велся каждой из сторон. И уничтожение любого МЛА с каждой сторон воспринималось болезненным напоминанием о неминуемом приближении развязки…
К сожалению для обороняющих ретранслятор кораблей, развязка наступит для них намного раньше, чем они предполагали.
Потому как командир «Захватчика» не ошибся с координатами. Он вышел ровно там, где и положено было по боевому расписанию. Именно для того, чтобы выманить от ретранслятора корабли Кронала. Именно для того, чтобы прибывшее соединение «Справедливости» заставило вражеского командира поверить в желание Доминиона разрушить ретранслятор силами корабельной группировки.
Ведь до сих пор Доминион не утруждал себя захватом объектов защитников Мореллии, истребляя все наземные силы, бомбардируя любые станции и наземные базы… И все ради того, чтобы создать у неприятеля ощущение невозможности иного исхода — никто не возьмет пленников, никто не будет ничего захватывать. Только тотальная и безоговорочная зачистка.
А именно по этой причине выход из гиперпространства в двухстах стандартных единицах от места сражения нескольких доминионских «Действий», остался для неприятеля тайной. Как и тот факт, что стремительные корабли приблизились к ретранслятору под покровом поля невидимости. Не то, чтобы в Доминионе кому-то пришло в голову, что это удачная идея — оборудовать установками невидимости не характерные для флота транспортники… Нет, все гораздо проще. Эти «Дейсвтия» — наследие «Консорциума Занна», трофеи, вытащенные со складов. И их цель одна-единственная — доставить под пологом не обнаружения десант к ретранслятору.
И вот, будто внезапный ливень на Татуине, солдаты с реактивными ранцами выскользнул из трюмов замаскированных «Действий», облепили огромную станцию ретранслятора и начали свое проникновение внутрь.
За двести десять единиц отсюда флот защитников ретранслятора вел ожесточенную борьбу на выживание. «Захватчик» подавлял любые коммуникационные каналы, а передать что-либо с помощью лазерного луча на такое расстояние просто невозможно. Три попытки отправить гонцов к флотской группировке и сообщить о нападении, закончились для противника плачевно — «Действия» выпустили самонаводящиеся ракеты и… И нет больше на станции-ретрансляторе транспортных средств.
Теперь, как и в двести десяти единицах отсюда, разворачивалась борьба между защитниками Мореллианского Содружества и силами Доминиона.
Но в этот раз сражаются не корабли, а люди. Клон против клона. Ветеран против ветерана. Солдат против солдата.
Никакой жалости, никакой пощады, никакого плена. Победа — или смерть.
— Похоже догадались что сейчас будет, произнес один из десантников, имея ввиду действия обороняющихся. — Примагничиваются и привязываются.
— Не хотят вылететь в открытый космос при декомпрессии вскрытых иллюминаторов, — пояснил Брил. — На их беду не будет никакой декомпрессии. Ребята только зря себя иммобилизовали. Готовность!
На внутреннем интерфейсе шлема появились зеленые огоньки от командиров подчиненных ему отрядов. Каждый отряд готовился ворваться внутрь станции своим путем. Кто-то — взорвав проход в иллюминаторах. Кто-то через аварийные люки и шлюзы…
Но общее у них одно — время начало штурма.
— Входим, — скомандовал Брилл, подавая топливо в свой джетпак для рывка.
«Рамка», установленная на иллюминаторе, замигала, получив дистанционное указание на работу. Встроенные нагревательные элементы раскалились до температур плавления транспаристали. Устройство начало медленно вплавляться в иллюминатор.
Пара секунд — и огромное прямоугольное прозрачное полотно просто вывалилось наружу, в открытый космос. Защитники внутри сгруппировались, готовясь к декомпрессии…
Но взрывного выброса атмосферы не произошло.
Потому что встроенные в «рамку» проекторы магнитного поля атмосферу удержали. И пропустили внутрь одного за другим солдат с реактивными ранцами.
Как командир, автор идеи штурма через иллюминаторы, Брилл не мог остаться в стороне от того, чтобы первым оказаться среди атакующих.
Едва он пересек светящееся силовое поле, ушел в сторону от висящего под потолком тактического компьютера, увешанного экранами, как защитники все поняли. Их провели!
Но времени на то, чтобы отреагировать на это, у них совершенно не было.
Подстраховавшись, они задействовали магнитные элементы брони, прикрепив себя к полу и пультам управления. Кто-то привязался кабелями и тросами. Все это мешало сражаться в условиях улетучивающейся атмосферы… Но она осталась на месте. А вот для парящих и стремительно передвигающихся солдат с реактивными ранцами, такие обездвиженные бойцы неприятеля оказались лакомой и быстрой добычей.
