Офицер оперся обеими руками о подлокотники, поднялся из кресла. Его качнуло так, будто пол решил танцевать. Удержав равновесие, командир «Мщения» последовал за ученой.

— Я получила полный комплект документов сразу же, как только Император направил вас сюда, — поясняла Ривз в перерывах между глотками кафа. — «Мщение» серьезно пострадал в битве при Нокто. Двигатели, мостик, часть силового набора… Почему-то считается, будто достаточно заменить только поврежденные части корабля и, после этого, он считается исправным.

— Разве нет? — удивился Джерард. — Если механизм неисправен, его необходимо заменить.

— Я не совсем об этом, — пояснила ученая. — Корабль, как организм. Миллионы систем и узлов работают в тесном симбиозе для выполнения конкретных задач. И все это обеспечивается другими системами и устройствами. Я написала не одно руководство по эксплуатации для флота, указывая на необходимость комплексной проверки кораблей после их возвращения на базу после серьезного сражения.

— Я не встречал подобных рекомендаций, — признался Джерард. — Иначе бы руководствовался ими.

— И не встретили бы, — Везиль сделала большой глоток. — В Империи командование Звездного Флота старалось больше придумать комбинации как отмыть кредитки и запихнуть в свой карман. В Темной Империи все несколько иначе. Император с Бисса следил за тем, как все эти некомпетентные лизоблюды разрывают плоды его трудов на части. Те, кто заслуживал его внимания, разумеется, теперь подле него. Но старые привычки еще сложно перебороть. Так что, несмотря на мои рекомендации, не вся работа по ремонту и обслуживанию кораблей в новой Империи, ведется так, как это необходимо для благо Империи. Полагаю, что ваш корабль отремонтировали просто для «галочки», как это делалось всегда в Империи — побыстрее выполнить заказ-наряд, чтобы получить оплату и перейти к новому.

— Что ж, не могу не согласиться с последним. Однако, проблему это не решает. Подробная диагностика выявила немало проблем на борту корабля. И без серьезного докового ремонта не обойтись.

— Это вам так в ремонтной службе Звездного Флота сказали? — спросила Ривз, заинтересованно посмотрев на мужчину.

— Да. Им потребуется несколько месяцев для того, чтобы провести разборку значительной части секций корабля для того, чтобы заменить системы гашения инерции на новые.

— Этого не нужно, — авторитетно заявила Ривз. Подходя к неприметной двери в конце коридора, она вставила кодовый цилиндр в приемное гнездо. — Это известный способ получить больше денег за ненужную работу. Механики, — она прошла сквозь распахнувшийся проход дверного проема, — еще не отвыкли от того, что теперь вопрос оплаты не имеет для Империи никакого значения. Только качество работы.

— Именно так, — согласился Джерард. — Куат и другие производители могут только подтвердить сказанное вами.

— Ага, — Ривз, не обращая внимания а бардак в своем кабинете, называемый творческими людьми не иначе, как «творческий беспорядок», женщина прошагала к рабочему столу. Критически осмотрев деки, чипы и физические чертежи на флимси, она решительно сбросила все на пол. Судя по всему, делала она это довольно часто, освобождая место для работы. — Дай пару минут, закончу с дроидом и поговорим о твоем корабле. Я более чем уверена, что все дело в нарушении целостности креплений силовых агрегатов.

Проследовавший за женщиной командир звездного суперразрушителя оперся о стол обеими ладонями.

— Полагаю, вы отлично разбираетесь в этом проекте и можете объяснить мне причину, по которой я должен списать со своего корабля пилотов и взять на борт дроидов, не так ли?

Ривз, не отрываясь от компьютера, на клавиатуре которого ее пальцы порхали как птицы в свадебном танце, кивнула в сторону стоящего напротив диванчика.

— Лучше присядьте. Я не люблю, когда надо мной стоят и что-то требуют, — возвестила она.

Очень хотелось добавить полновесное ругательство, но офицер в очередной раз сдержал себя. Поэтому просто разгреб захламленный чипами, чертежами и оборудованием диван, чтобы присесть. Хотелось позвать штурмовиков, чтобы они сожгли тут все к хаттовой матери… Но его солдатам запрещено проходить на территорию комплекса — только штурмовики в черно-красной броне на подобное имеют право.

— Теневые дроиды эффективнее живых пилотов, — уточнила ученая. — И, полагаю, это один из немногих проектов Империи и Умака Лета в частности, которые так или иначе не способны быть обращены против нас в случае их захвата врагами Империи. Впрочем, каждый дроид заминирован, так что, я отчасти даже желаю, чтобы повстанцы захватывали их, поднимали на борт…

Не нужно богатое воображение, чтобы представить себе что произойдет на каком-нибудь корвете или крейсере, когда внутри его главного ангара взорвется бомба размером с истребитель. Тут и звездному разрушителю не поздоровится.

— Если можете, то я хотел бы ознакомиться с проектом.

— Для чего? — девушка посмотрела на него, едва оторвавшись от монитора.

— Не имею привычки работать с тем, чего не понимаю.

— О, — изумилась она, поднимаясь из-за стола и подходя к прибору на стене. — Продолжаете удивлять. Правда, пока на словах.

Имперский сумрачный гений Киану Везиль Ривз.

— Итак, что ж это такое? — поинтересовался Вейнар. — Повторюсь, я считал, что это истребители, пилотируемые киборгами.

— Никто из тех, кто не имеет специального допуска на Хомм, не знает что это такое на самом деле. — объяснила Ривз, пощелкав клавишами настенного прибора и вернувшись за стол. — Как минимум потому, что доступ сюда получают исключительно те командиры, в лояльности которых Император уверен как в самом себе. Вам, можно сказать, повезло. Урвали золотой билет. Не обгадьте его, капитан.

Подумав, что вообще-то стоило возмутиться — как вообще эта женщина могла подумать, что верный сын Империи сделает нечто подобное, Рейнард уже открыл было рот, но ученая его опередила.

— Среди боевых малых летательных аппаратов всегда конкурировали две позиции, — произнесла она, продолжая печатать. — Сторонники дроидов-истребителей уповали на их простоту, массовость и устойчивость к перегрузкам. Сторонники пилотируемых истребителей жали на то, что органический пилот быстрее реагирует на изменяющуюся обстановку, у него есть интуиция, накапливается опыт и все такое.

— Дроидов-истребителей после боя необходимо вычищать….

— Тем самым сбрасывая их программу до базовой, как и у всех дроидов, — поддакнула Ривз, занимаясь своим делом. — И вот, когда Империя стала клониться к закату и Император уже не мог рассчитывать на ее колоссальный мобилизационный ресурс, у моего наставника, Умака Лета, родилась грандиозная идея. Школы пилотируемой и беспилотной авиации имеют преимущества и недостатки, причем, взаимозаменяемые. Умак пришел к выводу, что все преимущества можно совместить воедино.

— Посадив за штурвал только мозги?

— Преданные Империи мозги, — поправила девушка. — По слухам, Умак Лет имел отношение к каким-то экспериментам Императора, здесь, в Глубоком Ядре. И, якобы, лишь благодаря силе Темной Стороны, возможно все это. Но нет. Никакой магии, только наука. Теневые дроиды названы так с целью конспирации — никто не ожидает от того, что называют дроидом, умений пилота-аса.

— Аса? — опешил Джерард. — Хотите сказать, что вы полчаса назад бросили мне на деку мозги одного из наших прославленных пилотов? Может быть даже самого барона Фела?

— О, нет, — замахала руками женщина. — Это далеко не Фел. Это…

Женщина нахмурилась.

— Ладно, сдаюсь, я без понятия, как звали оригинал. Для меня они все — просто серийные номера.

— Не понимаю, — признался Вейнар.

— Клоны, — пояснила девушка. — Изначально проект разрабатывался так, чтобы в машины был имплантирован мозг смертельно раненного истребителя аса пилота. Все россказни о том, что в них чувствительные к Силе разумные, и они манипулируют Темной Стороной — не более чем хорошая сказка. Нет, я допускаю, что на первых поколениях так и было, но мы работаем уже с улучшенными версиями, второе и третье поколение. У них уже нет «детских болезней».