— Элли, я знаю как работает Разведка, — заверил молодую супругу Кросс. — И я понял в чем суть этого миграционного патронажа — гранд-мофф позволяет вам урвать для себя ценных специалистов раньше, чем до них дойдет очередь. Соответственно, за время ожидания никто не передумает и не улетит. А вы, чем раньше получите квалифицированную рабочую силу, тем лучше будете работать.

— В общих чертах да, — подтвердила девушка. — Но, сам же понимаешь — такие «протекторные» не допускаются до чего-то важного. Всех у кого есть крайне редкая и важная для Доминиона специализация, никогда не опубликуют в таких списках — гранд-мофф не упустит своего шанса собрать сливки. Но в то же время, мы получаем больше квалифицированных работников. Если за время контракта они проявят себя с положительной стороны — в пределах критериев оценки — значит смогут получить гражданство практически в автоматическом порядке. Если будут нарушения — значит никаких гарантий того, что их не депортируют.

— Не миграционная политика, а партия в дежарик какая-то, — посетовал Кросс. — Напоминает покупку рабов где-нибудь на рабском рынке.

— Ну, почему рабов? — удивилась Элли. — Наемные рабочие. Да, без гражданства, но с гарантиями защиты, медицинского обслуживания и прочего. Сферы, в которых они могут работать — строго ограничены. Так что, не думай, будто бы их ждут с распростертыми объятьями в каждой сфере экономики. Некоторые, я бы даже сказала — большинство, для них закрыты.

— Ну да, еще немного подождем с такой лояльностью, и какие-нибудь джавы у нас осядут на каждой планете, приторговывая разным хламом, — хмыкнул Кросс. — Не за это мы боремся. Не за это рискуем шкурами — чтобы сюда пачками завозили каких-нибудь мигрантов, которые через пять лет будут с такими же правами как и те, кто воюют за это государство. Кто в пасть сарлакка лезет за безопасность наших близких. А эти что? Даже не шевелились, пока не запахло жаренным. Их одинаково устраивала что Империя, что Новая Республика. Уверен, что половина из них равнозначно праздновала как установление Нового порядка, так и его падение. И, если нас сметут, они точно так же переметнутся на сторону противника.

— Я поняла, ты злишься, — Элли отстранилась, спустила ноги с кровати. — Знаешь, я не разрабатываю законы. Я живу и работаю в их соответствии. Да, могу в порядке гражданских инициатив предложить что-то, но не больше. Я не виновата, что у нас на каждой второй планете глобальные стройки, модернизации, реконструкции, — девушка накинула легкий халат. — Я не виновата в том, что мы всегда воюем и нужно колоссальное количество дроидов, оружия, боеприпасов и всего такого. И я уж точно не виновата в том, что Траун решил построить Доминион так далеко от Центральных Миров, где каждая третья планета выпускает студентов с элитными дипломами.

— Элли…

Кросс потянулся через кровать, намереваясь схватить жену за руку, но та не позволила ему этого.

— Ты живешь войной, Джехан, — стараясь не смотреть мужу в глаза, произнесла девушка. — Я живу экономикой этого государства.

— Война? — покачал головой Кросс. — Нет, милая. Я бы с радостью ушел в отставку, лежал бы дома на диване или занимался чем-нибудь…

— Но ты не ушел, — ответила леди Кросс, посмотрев мужу в глаза. — Когда я стала частью Доминиона, ты сказал кое-что. Помнишь?

— Эм… Я многое говорил, тут бы вспомнить…

— «Траун пообещал мне Кронала», — процитировала Элли. Смахнув слезинку из уголка глаза. — «Когда он умрет, когда наш ребенок будет отмщен, я уйду». Ты пообещал мне это!

— И вот, я здесь, мы поженились… А Кронал… Кронал просто сдох. Как я и обещал.

— Ты здесь, — кивнула девушка. — В отпуске. Но по-прежнему на службе. Ты не ушел, Джехан.

— Милая, — нервно улыбнулся Кросс, поднимаясь с постели. — Времена тяжелые. Агентов моего уровня у Доминиона мало, работаем с тем, что есть… Но, обещаю, когда все закончится…

— Ты уже обещал, Джехан, — Элли шагнула в сторону, не дав мужчине себя обнять. — Кронал мертв, и я рада. Мы поженились, и я счастлива. Но, ты не ушел.

— Я же объяснил, обстоятельства…

— Обстоятельства, да, — девушка посмотрела на него. — Твои обстоятельства там, за «Периметром». А мои здесь, с этой стороны границы. И почему-то ты решил, будто имеешь право критиковать то, как я работаю. Но стоит мне задеть твою работу — ты находишь себе оправдание.

— Моя работа — узнать о стратегических опасностях для Доминиона, и предотвратить то, что возможно!

— А моя — проектировать, производить, интегрировать, — отрезала Элли. — И делать это так хорошо, чтобы у моих работников было чем гордиться за свой труд. И было на что купить продукты, оплатить счета и откладывать накопления. Уж простите, что мы, те, кто зарабатываем на нужды государственной казны, не можем справиться сами. Может подождете пару лет со своими войнушками, пока ваши университеты и академии обучат нужное количество специалистов по всем направлениям, и еще лет пять-десять, пока они наберутся опыта и квалификации по всем видам допусков, которые нужны бизнесу, а потом скажете, что нам тут не нужны мигранты со стороны, мы прекрасно справляемся сами. И мы тогда скажем, — она снова отстранилась, подняв руки на уровень груди, — «Без проблем, военные, нам не нужны мигранты. У нас полно своих специалистов, и они всем довольны. Давайте не будем воровать мозги у всей галактики. Пусть лучше эти работяги собирают корабли для Новой Республики и Империи, чем наши фрахтовики и транспортники!».

— Элли…

— Не учи меня жить, Кросс! — сверкнула глазами девушка. — Я не та девочка, которая не знает жизни. Пока ты летаешь между планетами, устраиваешь заговоры, диверсии и политические убийства, я живу и работаю. Одна. Никому не жалуюсь и делаю то, что должна. Так как это мне позволено и так эффективно, как могу. Мне не нужны нотации на тему, что я делаю что-то, что кому-то может не понравится. Мне, может быть, тоже не нравится, что голова Кронала не висит чучелом в моей гостиной!

Глаза Кросса поползли на лоб.

— Если хочешь, я слетаю, поищу…

— О, сит тебя дери, Кросс! — воскликнула Элли. — Конечно же мне не нужна эта старческая черепушка! Я говорю о том, что не нужно меня наставлять на моем пути! Не нужно мне говорить что хорошо, а что плохо! Я сама разберусь в свой работе! Я же тебе не советую как лучше соблазнять каких-нибудь губернаторш или сенаторш в Альянсе или Республике, чтобы переспать с ними и ночью украсть важные планы.

— Что⁈ — опешил Кросс. — Ты думаешь я этим занимаюсь⁈

Секунду Элли смотрела на мужа с непониманием. Потом всплеснула руками:

— Джехан! Ты переспал с моей мачехой, когда расследовал дела моего отца!

— Оу, — спохватился Кросс. — Точно. Прости, но сравнение не корректно. Тогда я тебя не знал и был совершено свободен. Но сейчас…

Он поднял вверх руку с кольцом и указал на него.

— Сейчас я счастливо женат. Знаешь, я не для этого всего полюбил тебя. И обещаю, никаких…

— Ни слова, — Элли быстро подошла к нему и прижала палец к губам. Девушка смотрела мужу в глаза и серьезное выражение ее лица говорило о многом. — Даже не думай говорить это. Я не уверена, что хочу знать и даже думать об этом. Но я знаю как важна твоя работа. И знаю, что иногда обстоятельства превыше нас. Так же как и тебе, мне может не нравиться что-то, что ты делаешь. Но каждый из нас делает ровно то, что должен. Просто…

Девушка отвела взгляд в сторону, смутившись.

— Просто… возвращайся ко мне, хорошо?

Сказать, что в голове Джехана царил сумбур от всего произошедшего в спальне — значит ничего не сказать. Изощренный в оперативных комбинациях разум агента просто не мог уловить связи. Как, как, хатт, побери, от разговора о работе «Россума» они дошли до потенциальных половых контактов на заданиях и…

«Я идиот», — констатировал Кросс.

Она же прямым текстом сказала!

Когда он расследовал деятельность Яко Скарка, якобы погибшего, то в самом деле, провел… время с наутоланкой, второй женой Старка. Которая и являлась мачехой Элли. А все для того, чтобы получить новую информацию.