Впрочем, практически сразу стало понятно, что она не лжет, рассказывает то, что знает. Поэтому, я больше ориентировался на слух, чем на зрение. Мое зрение было сейчас занято созерцанием иного.

Подобно котенку, который выкладывает трупы мышей перед порогом хозяина. Рукх так же не остался без демонстрации своих достижений. Спасибо, что предварительно обескровил.

Позаботился о том, чтобы ни пол, ни моя униформа не были заляпаны.

«Я сделяль!» в исполнении Рукха.

— Выжил только Хабаракх? — уточнил я, возвращая отрезанную и изуродованную голову женщины в когтистые лапы телохранителя.

— Да, наш господин, — ногри принял свой трофей как драгоценность. — Я подвел вас, остальные ножи не были столь умелы, как должны были быть.

— И за это знание они заплатили жизнью, — резонно возразил я, обратив внимание на красные потеки на полу. Нет, все же не до конца обескровил. Впрочем, к крови уже спешили вездесущие дроиды-мыши, чтобы навести порядок. — Хабаракх получит необходимое лечение на борту «Химеры». Как только он будет стабилизирован, и его жизни ничего не будет угрожать, он вернется на Новый Хоногр.

— Как прикажете, наш господин, — Рукх убрал голову под мышку, продолжая смотреть куда-то в пол у моих ног. — Господин, могу ли я просить вас оставить его на борту? Клянусь жизнью, что приложу все усилия для того, чтобы сделать из него коммандос, которым вы будете гордиться.

— Не сомневаюсь в этом, Рукх, — признался я. — Но Хабаракх должен вернуться на Хоногр. Лишь вы двое пережили встречу с мистрил и обладаете бесценным опытом. Эти знания следует передать Сверхклану. Позаботься о том, чтобы Хабаракх доставил династам и майтрахам как твои собственные наблюдения о мистрил, так и оборудование, которые они при себе имели. Кроме того, я уверен, что ты не позволишь Хабаракху полноценно восстановиться на борту «Химеры». А его жизнь важна. Он и ты — прямое доказательство того, что ногри превосходят мистрил в открытом сражении. Сверхклан должен распространить эту информацию и скорректировать курс подготовки молодых ногри с учетом ваших наблюдений.

— Да, наш господин, — голос Рукха немного повеселел. Он понял, что я отсылаю Хабаракха не потому, что тот не справился, а потому, что должен стать курьером — вынужденная мера в виду его ранения. Прекрасно зная Рукха, я не сомневался в том, что тот вытащит молодого ногри из лазарета сразу же как только у того сойдутся разрезанные мистрил ткани.

Маленький ногри в самом деле важен. Он живой пример того, о чем ногри мечтали годами — тот, кто сражался с мистрил. Да, без помощи Рукха, без его вмешательства, Хабаракх бы уже остыл на крыше королевского дворца, как и остальные ногри в его отряде. Он пристыжен, унижен, его самомнение и самоуважение пошатнулись. Но он жив. И он обладает бесценным опытом.

Из соображений безопасности и банальной логики отпустить Рукха на Новый Хоногр я не могу. Значит вестником не самых приятных новостей будет Хабаракх. Кроме того, отсутствие каких-либо пояснений с моей стороны и тем более личного появления даст династам и майтракхам понять, что я разочарован тем, что ногри не справились. Так же как и сам Хабаракх, руководство Сверхклана будет из кожи вон лезть, чтобы подготовить коммандос-смерти лучше и не разочаровать меня вновь.

В бурном водовороте событий можно легко забыть о том, что Сверхклан и даже Рукх — это не друзья с одного двора. Это подчиненные. Даже после освобождения от клятвы верности Империи, они продолжают служить мне и тем, на кого я укажу. До конца времен.

Тем правильнее будет послать им сигнал о том, что не следует останавливаться в своем развитии.

Если за дело взялись мистрил, значит ситуация приобретает весьма интересный и крайне важный оборот.

— Сектор Таммуз гораздо более важен для Империи, чем казалось изначально, произнес я, повернув кресло к голографической проекции Раши Бекс. — И дело здесь отнюдь не в том, что Империя намерена перерезать наши маршруты снабжения сектора Картакк. Им не важно кто будет править Мон Джульпа или Матамуне Тода. Им нужен надежный контроль над сектором. Вопрос лишь в том, что такого важного они нашли здесь, что задействовали подобные силы.

— Господин, могу ли я предположить, что она, — Рукх уже поднялся с колен и стоял рядом с моим креслом, указывая когтистой лапой в голограмму Бекс, — лжет нам. И она была частью общей операции с мистрил.

— Едва ли, — прищурился я, прокручивая в голове все то, что Бекс уже сказала. — Ее история — повод для манипуляции Имперской Разведкой.

— Вы верите в то, что она стала работать на них для поисков БоШека? — Рукх, как хороший телохранитель, не упустил ни одного сказанного голограммой слова. — Любовь после стольких лет и предательства?

— Она верит в то, что любит его, — уточнил я, воспользовавшись базой данных. Благодаря проекту «Объект», мы имели данные о значительной части внутренней информации. Будь то Новая Республика, Альянс Повстанцев, Империя или нейтральные группировки контрабандистов. — Империя воспользовалась тем, что она не знает о побеге БоШека из имперской тюрьмы, куда он попал после ее же предательства. БоШек ушел в подполье, сменил несколько имен и область своей работы, став контрабандистом в секторах, подальше от Пространства Хаттов. Без данных Убиктората Бекс не могла этого знать.

— Согласилась выполнить для них работу, несмотря на свою ненависть к Империи, чтобы получить свободу для БоШека, — повторил Рукх слова пленницы Тшеля.

— Очевидно, что никто не собирался с ней расплачиваться, — подытожил я. — Мистрил, против обыкновенного заблуждения, охотно соглашаются на работу на Империю — если гонорар стоящий. Полагаю, так было и в этот раз. Бекс должна была устранить короля Джульпа, опоить Тшеля и подбросить ему оружие, оставив следы его причастности. Этого бы хватило в сумятице гражданской войны, чтобы создать подходящий повод. Мистрил, полагаю, должны были зачистить и Бекс, и лорда Тода, и остальную верхушку вооруженных сил и аристократии Таммуза, собравшейся на балу. В том числе и приглашенных гостей из других секторов. Выставив убийцами нас, они бы вовлекли Доминион в серьезный политический скандал, отвлекая наше внимание от Таммуз-ана и сектора.

— Который бы взяли под свой контроль, — поддакнул Рукх. — Но мистрил мертвы.

— И в этом твоя заслуга, — напомнил я. — Пожалуй, мы должны быть благодарны тебе, что ты воспользовался не привычным транспортом, а десантным кораблем.

Подумать только, ногри воспринял приказ разобраться с проблемой настолько буквально, что использовал для высадки «Дрох». А они, между прочим, запускаются из пусковых установок протонных торпед и противо-корабельных ракет. Представить сложно какие перегрузки испытал на себе Рукх — «Дрох» применяется для десантирования и отправки абордажных партий, состоящих исключительно из дроидов. Во избежание случайных смертей.

Конечно, мы замнем ситуацию с похищением личного шаттла короля, на котором Рухк и Хабаракх вернулись на «Химеру». Полагаю, вырубленную охрану и отсутствие корабля не хватились до тех пор, пока транспорт не был возвращен на парковочное место в секретном ангаре.

— Поверь мне уже! — заламывая руки твердила Бекс. — Я понятия не имею о том, что тут нужно Империи. Убить короля, подставить тебя, уйти через служебный вход, где меня встретят агенты Убиктората — вот и все мое задание.

Но встретили бы ее у служебного входа для прислуги именно мистрил — парочку из них Рукх именно там и прикончил. Итак, Убикторат действовал не стандартно, а как в лучшие свои годы — у операций даже не двойное, а тройное дно.

Я посмотрел на хронометр.

С момента высадки Рукха прошло почти полтора часа. Вполне достаточное время для того, чтобы имперский посол начал волноваться о причинах, почему король еще жив. Джульпа во всеуслышание заявил о том, что Империя покушалась на его жизнь. И запер гостей по комнатам, чтобы еще больше нагреть обстановку. Это часть плана.