И от того все тревожнее, что за столько времени с момента обвала лестницы, противник не проявляет себя…

Раздался нарастающий гул. Как будто что-то пробудилось внизу, на первом этаже, и сейчас с ревом пробивалось… Куда⁈

Казалось, время остановилось. Что там выбито на каминной доске в банкетном зале дворца? «Трусы умирают тысячу раз»? Прежде чем каждый из солдат лорда смог сосчитать, сколько раз он умер с момента начала атаки доминионских штурмовиков, пол словно ожил. Дважды подпрыгнув, он замер.

Что происходило под тёмно-серыми мраморными плитами и белоснежной мозаикой? Трудно сказать. Одно ясно: Доминион начал штурм.

— Приготовиться к отражению атаки, — приказал командующий защитниками офицер-инструктор из имперских военных. Были командиры и повыше него званием, но доминионские снайперы прикончили их ранее.

— Есть, сэр.

— А к чему приготовиться⁈

Вопрос остался без ответа. Потому что Доминион не прекратил.

С синхронностью, которой бы позавидовали многие, стекла на окнах начали биться на куски. И все это — под все нарастающих грохот снизу и вибрацию пола. Никто не успел толком осознать, что штурмовики разрушили непробиваемые стекла, созданные для защиты от бластерного и пулевого оружия, когда со всех концов дворца раздались крики, смешавшиеся с приглушенными звуками борьбы и перестрелки.

— Контакт!

— Две гранаты: одна ударная, другая разрывная!

— Они прорываются через окна!

— Штурмуют западное крыло!

— Противник в восточном крыле!

— Удерживать позиции! — приказал имперец. — Отделения три и четыре — установить блокпост на переходе между пристройками и главным зданием…

Мало кто знал, но два крыла дворца соединялись с центральной постройкой исключительно через пару коридоров, протянутых на уровне второго этажа. Внешне первый и третий этаж над ними были застроены и выглядели как обычная часть дворца, но…

И в этот момент чудовищный рев все же проявил свой источник.

С треском, грохотом и быстро затихшими агонизирующими криками, из банкетного зала, расположенного над холлом первого этажа, выбежали несколько гвардейцев. Перепуганные, с глазами навыкате, они не успели ничего объяснить… Те немногие, кто были рядом, смогли заметить лишь одно — в центре пола банкетного зала образовалась огромная дыра. И образовалась она под воздействием огромного столпа пламени, лизавшего сейчас потолок второго этажа… Который, на секундочку, пол третьего…

А затем пламя вспомнило, что любит заполнять все дозволенное ему пространство и ринулось во все стороны. Второй этаж заполнился ревом распространяющегося, словно жидкость, пламени, воплями и быстро прерывающимися агонизирующими криками защитников.

Выстрелив крюком вверх, Альфа убедился, что металл прочно вошел в пострадавший потолок банкетного зала и активировал подъемный механизм. Устройству потребовалось всего несколько секунд, чтобы поднять ЭДК наверх.

На середине пути, остановив подъем, Семнадцатый тут же раскачался и с места прыгнул в помещение, отстегнув и крепеж подъемного механизма. Приземлившись в пыли и гари, клон кувырком погасил инерцию. Взгляд коснулся черного тела таммуз-анца. В момент огненного прорыва тот оказался поблизости.

Напрасно.

— Кого-то мама не учила стоять подальше от огня, — пробормотал Альфа, коснувшись черной фигуры. Тело мгновенно осыпалось черным прахом, подняв часть последнего в воздух. — Зачем вам вообще нужны матери, если они вас ничему подобному не учат. Да и отцы тоже… Нет, решительно — если ваш отец не похож на Джанго Фетта, даже не предлагайте усыновление.

Стоявшие поблизости клоны, контролирующие пространство, переглянулись, но промолчали. Их бело-синяя броня уже была местами перепачкана сажей и копотью, но солдат это не заботило.

Перестрелка еще слышалась во всех коридорах второго этажа — штурмовики, проникшие в здание через пробой в окнах, сейчас добивали уцелевших. А те имелись только в западной и восточной пристройках, куда пламя не добралось.

— Сэр, — к Альфе приблизился командир роты. — Центральное здание зачищено. Путь наверх свободен по обеим лестницам и под контролем наших войск. Отряды пробились наверх и закрепились. Неприятель отступил к кабинету лорда и забаррикадировался с помощью крупных предметов интерьера, преимущественно металлических.

— Дилетанты, — Альфа проверил свое оружие. Бластеры как всегда готовы к бою. — Термическую взрывчатку с плазменным исполнением подобное не остановит. Жаль, что у нас больше нет запасов для еще одного такого фокуса. Или есть?

— Нет, сэр, на прорыв ушли все запасы.

— Жаль, — произнес Альфа, направляясь в сторону лестницы. — Пойду пообщаюсь с идиотами.

Собрать из подручных боеприпасов средство для прожигания мраморного пола — нетривиальная задача. Хотя бы по той причине, что термические заряды созданы для прожигания запорных устройств точечно направленными высокотемпературными струями химического пламени. С мрамором дело обстояло куда как хуже. Но для этого и существовало воображение.

Плазменные гранаты — то, что работает «по площадям». Немного технических знаний и веры в удачу — и пол прожгло огненным фонтаном. А вместе с этим — выжгло и весь второй этаж в центральной постройке.

Защитников и интерьер здесь попросту кремировало.

Альфа не обращал внимания на то, что его сапоги утопали в черном пепле. Совершенно не важно то, что он сейчас попирает — золу от каких-нибудь шкафов, дверей или чьих-либо останков. Это война. А штурмовики исполняют приказ.

Лестница в два марша — и он на третьем этаже. Здесь пламя выдохлось и лишь небольшое пространство оказалось обожженным. На беду местных защитников, которые «по науке» имели блокпосты на каждом перекрестке и лестничном марше, их тоже зацепило. Альфа перешагнул через половину трупа. Часть торса и ноги — вот и все, что осталось от умника, который решил, что позиция «лежа» наиболее удобна для отстрела тех, кто прорвется через лестницу.

Штурмовики расходились по комнатам, обыскивая, в том числе и с помощью технических средств, помещения на предмет скрытых проходов в кабинет, ловушек и прочих неприятных неожиданностей. Альфа лишь машинально подмечал трупы убитых гвардейцев и парочку штурмовиков, которым оказывали помощь. Да, пришлось потрудиться, чтобы часть бойцов забрались на крышу, а затем, через окна, взорванные контактными минами, пробились на второй и третий этажи.

Но результат достигнут.

Подойдя к коридору, Альфа уделил внимание баррикаде, перегораживающей в дальнем конце пятиметрового отрезка пути проход к просторному помещению, отмеченному на плане как кабинет лорда, Альфа оценил качество исполнения. Обороняющимся потребовалось всего несколько минут, чтобы соорудить нечто качественное и основательное. Разрушить эту баррикаду, просто пнув ее, или взорвав гранату, не получится. Не говоря уже о том, что тут имелись бойницы для ведения огня отстреливающимися.

Как-то слишком уж быстро и качественно это построено. А инженерное дело таммуз-анские бойцы так-то не изучали. Для такого нужна отменная фантазия и опыт. Что-то не сходится.

Само собой, что выходить под прицельный огонь Альфа не планировал. Как и другие штурмовики, он оглядывался из-за угла. После чего, сдернув с пояса осколочную гранату, стянул с нее осколочную «рубашку», передал последнюю стоящему поблизости солдату.

— Не потеряй, — посоветовал он клону, после чего скомандовал:

— В укрытие!

И метнул активированную гранату в баррикаду.

Взрыв сотряс позицию, расколов тяжелый шкаф, стоящий в основании правой секции баррикады. Смещение элементов закрыло две из трех бойниц, тем самым открывая возможность двигаться справа при минимальном обстреле. Но все равно, штурмовать в лоб было бы смертельной глупостью.

Неприятель ответил несколькими хаотичными выстрелами, но, после окрика женским голосом с командирскими нотками, замолк.

— Мое имя Альфа, я командую штурмовиками, — усилив громкость вокодера, объявил Семнадцатый. — Хочу говорить с тем, кто командует силами за баррикадой.