— Собственно говоря, так эти звездолеты и действовали. Находясь в руках Империи, — напомнил град-адмирал. — Вернемся к вашей идее оптимизации авиакрыла.

— Да, сэр, — спохватился Они. — Итак, в базовой комплектации эти звездолеты имеют значительные проблемы с численностью авиации. Кроме того, ои в значительной степени рассчитаны на пребывание на борту большого количества наземных сил в полной выкладке и с дополнительным снаряжением. Я провел моделирование на «Возмездии» и пришел к выводу, что, в наших реалиях, здесь и сейчас, когда у нас не хватает пилотов для комплектования звездолетов, мы можем в значительной части сэкономить на авиагруппе.

— Используя дроидов? — уточнил Траун.

— Да, сэр, — подтвердил Они. — Я уже работал с проектом адмирала Мора по созданию дроида-истребителя. И, полагаю, что проект имеет значительные перспективы. Использование дроидов-истребителей на подобного рода звездолетах так же выгодно. Для начала, — Они быстро перевел дух, — мы знаем, что у нас большая проблема с комплектованием личного состава. Нам не хватает войск, экипажей, пилотов. Даже при сокращении наземного контингента на любом из этих «суперов», все равно потребуется большой экипаж. А так же — большой наземный контингент. Но, что если, мы снизим количество пилотов с помощью дроидов-истребителей? Пожертвовав частью казарм и столовых, мы расширим ангар корабля.

— При наличии штатного комплекта ангарных створов, не важно насколько велика авиагруппа, — возразил Траун. — Мы столкнемся с «эффектом 'Венатора».

Они прекрасно знал о чем говорил гран-адмирал. В Войн Клонов «Венаторы» обладали огромной авиагруппой. Но никогда, за годы войны, ни один из этих звездолетов не смог за время боя поднять больше половины свих малых летательных аппаратов.

— Не столкнемся, сэр, — возразил Они. — По моему замыслу, модернизируя «Возмездие» и остальные, мы создадим несколько ангаров по всему кораблю. И снабдим их собственными ангарными створами. Таким образом, разместив в каждом из трех ангаров, скажем по десять эскадрилий дроидов, мы сможем выпускать в минуту в четыре раза больше МЛА, чем противник. Для защиты корабля такого размера, как «Забвение», это крайне важная составляющая.

— Полагаю, что да, — Траун задумался. — Вы сказали, что в четыре раза увеличите пропускную способность авиакрыла. В три раза больше — за счет одновременного взлета из трех ангаров. Откуда дополнительный показатель?

— Автоматизация, — обрадовался возможности рассказать подробнее Они. — Идея пришла мне при изучении древней истории военно-морской палубной авиации. Имея ограниченную взлетно-посадочную полосу, инженеры прошлого должны были придать взлетающим самолетам ускорение для набора скорости и взлета. Не всегда у наших предков имелись эффективные двигатели на их атмосферных МЛА.

— Вы говорите о электро-магнитной катапульте? — уточнил Траун.

— Да, сэр! В настоящий момент взлет машин производится свободным способом. Если мы используем электро-магнитные ускорители, то наши МЛА будут поступать в открытое пространство быстрее. Но, это работает исключительно с дроидами — перегрузки при использовании подобны установок будут запредельными. И нам придется модернизировать наши МЛА для использования гасителей инерции более продуктивного образца.

— Дроидам же перегрузки не так важны, — подметил Траун.

— Верно, сэр. В этом и заключается идея. Кроме того, я бы предложил снабдить такие корабли по большей части армией дроидов. Им нужно меньше места для размещения, обслуживания, ремонта. На складах можно разместить большое количество запчастей, с помощью которых можно ремонтировать пострадавших дроидов или собирать из комплектующих новых для восполнения потерь. Таким образом мы получим большую ударную силу, но снизим количество разумных, необходимых для комплектования звездолета. Не говоря уже о том, что мы снизим численность экипажа путем автоматизации гораздо большего, чем предполагалось изначально, количества процессов на каждом корабле.

— Любопытная идея, — оценил гранд-адмирал.

— Рад это слышать, сэр. Но, прежде, чем приступать к проекту, я хотел бы провести эксперимент на «Возмездии». Именно в контексте дроидной авиации. Еще одно преимущество использования дроидов в авиации заключается в том, что наши дроиды-истребители имеют те же системы крепления, вооружения и снабжения, что и наши пилотируемые аппараты. Если эксперимент покажет себя неудачно, не займет много времени на то, чтобы изменить корабль под пилотируемую авиацию. «Не много» по сравнению с модернизацией корабля изначально под пилотируемую авиацию, — поспешно добавил Они. — Работы по переделке, конечно, будет много. Но ставка делается в первую очередь на то, что дроидов-истребителей мы можем производить гораздо быстрее, чем готовить пилотов и строить пилотируемые МЛА для них.

— Ваши доводы понятны, — признал Траун. — Пожалуй, мы проведем этот эксперимент. Используйте все доступные для вас ресурсы, чтобы максимально автоматизировать «Возмездие». Этот корабль должен быть готов ко вступлению в строй в максимально короткие из возможных сроков. При необходимости — переназначьте рабочих с других кораблей.

— Да, сэр.

— Кроме того, мне необходимо знать, какой из кораблей, обладающих суперлазером в настоящий момент способен к длительному гиперпрыжку, умеренному маневрированию и использованию главного калибра.

— Какой? — опешил Они. — Сэр… На каждом корабле есть множество повреждений. В общем-то, каждый из них способен на прыжок, да и произвести пару выстрелов главным калибром тоже смогут сделать… но экипаж…

— Дроиды, — пояснил Траун. — Мы ведь уже использовали дроидов для экстренной замены экипажа в условиях большой нехватки экипажа.

— Да, сэр, а КНС в свое время вообще использовали исключительно экипажи, созданные из дроидов… Но я не уверен, что это подходящая замена. Они смогут, конечно, привести корабль в заданную точку, если им дадут цель, они, разумеется, нанесут по ней удар главным калибром… Но это практически небоеспособные звездолеты. Мы сняли с них артиллерию и отправили ее на модернизацию для последующей установки по завершению ремонта.

— Иными словами, за исключением главного калибра, эти корабли полностью беззащитны?

— Да, сэр, только остатки брони… На них даже дефлекторы демонтированы!

— В таком случае выберете наиболее боеспособный и наименее ценный для Доминиона корабль, — приказал Траун. — Сообщите его местоположение вице-адмиралу Пеллеону, ни пришлет туда дроидов для комплектования экипажа.

— Сэр, — поспешил добавить Они. — Я должен предупредить, что ни один из этих кораблей не сможет пережить линейный бой против сильного противника. Их буквально необходимо будет защищать всеми видами оружия. А по маневренным целям они так и вовсе не смогут вести огонь на поражение — ни на одном из кораблей не исправна система корректировки суперлазера.

— То есть их буквально придется наводить на цель всем корпусом?

— Да, сэр. А с наличием повреждений в силовом наборе и обшивке, эффекты скручивания металла становятся еще более опасными!

— Понимаю. Но в данном случае суперлазеру не придется вести огонь по маневренным целям, — спокойно произнес Траун. — Его задача будет в выжигании двух миров, не более того.

Они так и не нашел слов, чтобы ответить что-то.

Слишком уж его шокировало то, что он только что услышал.

После того, как сеанс голосвязи завершился, в рубке связи быстроходного звездного дредноута «Алый рассвет» царило молчание. Операторы-клоны, исполняющие свои должностные обязанности у терминалов, не обращали внимания на застывшие перед голопроектором фигуры адмирала и генерала. Клоны и неклоны с честью исполняли свой долг и не проявляли любопытства к тем частям воинской службы, которые их не касались.

Переговоры между Верховным Главнокомандующим и командующим эскадрой «Красная звезда» как раз входили в число тех сведений, которые стали связистам известны по долгу службы. Но о которых они никогда не расскажут, даже в кулуарных разговорах друг с другом. Отношение к «болтунам» — любителям обсудить каждый слух или кусочек информации, который они где-то услышали, подслушали или иным образом распознали — в Вооруженных Силах Доминиона было соответствующим. Болтунов никто не любит, потому как ни — находка для противника. И контрразведка прекрасно осведомлена о таких особенностях поведения и психики разумных видов, как обсуждение сплетен. И тем более — выбалтывание тех или иных секретов в состоянии опьянения.