Она порицательно покачала головой и резко выдохнула. – Давай я попробую снова. Всё как-то неправильно, если выставлять всё таким образом. Похоже будто, что когда я дотрагиваюсь до неё или обнимаю, то она выворачивается. Я всего лишь хочу заверить её, что всё хорошо, но она не позволяет.

- Может её ещё волнует то, что случилось в Аришейге. Слит направился прямо на неё, прежде чем распасться. Может это как-то повлияло на неё. Может это навредило ей.

- Я думала о том же. Я даже спрашивала на этот счёт. Она не отвечает. Просто мотает головой и отворачивается. Выглядит так, будто ей стыдно или может она боится сказать что-либо. Ненавижу это, Паксон. Такое чувство, будто теряю её, будто она отдаляется, а я ничего не делаю на этот счёт.

- Хочешь, чтобы я попробовал поговорить с ней?

- Это не повредит. Может ты увидишь что-нибудь, чего не видно мне.

- Попробую. Позже, когда мы остановимся на отдых.

Позже настало не так скоро. Поход был бесконечен, даже когда тьма ушла и вернулся свет — бледное, рассеянное свечение, проникающее через слои ещё тёмных облаков. Освещённости хватало, чтобы лучше было видно дорогу впереди, но это всё ещё не давало какой-либо реальной определённости, что ждёт на расстоянии. Единственное что подтвердилось, так это что они действительно идут на север, пускай и с некоторым отклонением к востоку. В какой-то момент марша на западе прояснилось достаточно, чтобы обнаружилась последовательность широких выступов различных размеров. Паксон направился к ним, пытаясь понять, что такое видит.

- Это Преккендорран! – Объявила Мирия, возвращаясь к Паксону, который сейчас шёл с Изатурином. – Мы на юге-востоке оттуда, где нам следует быть. Должно быть шторм сбил нас с курса и нас направило назад! Духи, Паксон! Нам предстоит пройти много миль, чтобы добраться до Дална. Или до чего-либо ещё помимо этих зарослей.

Она была явно рассержена, и, по правде, он тоже не особо был рад этому. Он полагал, что они порядочно к северу от гор и им нужно продвинуться лишь на небольшое расстояние, чтобы добраться до лесов верхней Южной Земли. Но учитывая увиденное, они не так уж далеко от города Дечтера, а это означает, что воздушные и наземные силы Федерации легко могут добраться до них.

Чтобы сбежать, теперь нам понадобится чудо, подумал он.

Они двинулись дальше, путь превратился в утомительный процесс. Старый Конслой слабел, его ограниченная сила практически иссякла. Один из троллей вызвался поддерживать его, но было очевидно, что всей группе придётся замедлить темп, если им хочется остаться вместе. Местность вокруг них нисколько не улучшилась, оставаясь размокшей и нетвёрдой. Повсюду скапливалась вода, земля чересчур перенасытилась ей и не могла больше впитывать. По крайней мере в воздухе было сухо, дождь прекратился, а ветра пошли на спад. Но температура тоже уменьшилась, и мокрая одежда холодила и липла к телу. Хуже того, на западе зарождалась новая буря.

Когда они в последствии остановились отдохнуть, Паксон подошёл присесть подле Карлин. Он улыбнулся ей, приветственно кивая. Без ответа. Она едва взглянула на него.

- Как ты держишься? – Спросил он.

Ничего.

- Мы беспокоимся на твой счёт. Мирия беспокоится. Выглядит так, будто у тебя проблема. Мы можем что-нибудь сделать? Можем поговорить об этом?

Её губы сжались тонкой линией, и она отвернулась. Её мрачные, стройные черты казались зажатыми, а бледность нездоровой. Она и так была маленькой, но сейчас выглядела настолько съёжившейся, будто из неё высосали жизнь. Её глаза светились затравленностью.

Что-то явно было не так.

Он дал ей ещё мгновение. – Спасибо за помощь с моими травмами после крушения. Ты обладаешь навыками и глазом целителя. Я не знал этого. У кого ты училась?

Она длительно, медлительно посмотрела на него, затем встала и отошла. Так и не произнеся слов.

Он дождался, пока члены группы не поднимутся и снова отправятся в путь, прежде чем ответить на взгляд Мирии. Она тут же подошла к нему, и они пошли вместе. – Что ты узнал? – Спросила она приглушённым голосом.

- Не больше твоего. Она не говорит. Ни слова. Едва уделила мне внимание. Когда я попытался надавить, она просто встала и ушла.

Миррия тихо прошипела и стянула челюсть. Разочарование и гнев осязались в её глазах. – Не понимаю этого? Она не такая. Никогда не была!

Он подождал мгновение, а затем сказал: - Дадим ей немного времени. Может она разберётся в чём-то. Может то столкновение со Слитом повлекло неизвестные нам проблемы. Просто проявим терпение.

Мирия взглянула на него и фыркнула. – Ты и проявляй, если можешь. Я не могу. Я люблю её. Мне нужно что-то делать!

После чего она отстранилась и больше не говорила с ним. В этой группе это уже становилось привычным. Он отпустил её ничего не добавив, оставшись на своём месте во главе колонны, прокладывая путь во впереди лежащее серое однообразие.

Прежде он утруждался сокрытием их следов, хоть и зная, насколько это невероятно сделать с группой такого немалого размера. Но теперь он решил, что ливень выполнит эту работу за него также хорошо. Не скрывая отпечатки, но настолько тщательно пропитывая землю, что новые углубления заполнялись практически сразу же, как появлялись. Если смотреть назад — что он проделал несколько раз для пущей убедительности — уже не было видно следов их продвижения. Если Федерация будет выслеживать их здесь, так далеко от правильного курса как они, совершенно в другой стороне, где им полагается быть, то тем потребуется столько же везения сколько и искусности.

Часы тянулись вперёд. Пришли сумерки. Паксон взглянул на небо. Ещё один светлый час, после чего непроглядная тьма. Им быстро нужно искать убежище, сухое укромное место, но это будет сложно. В этой плоской степи негде прятаться, даже там где из земли выступают неровными гроздьями камни или глубокие овраги открываются в скрытые впадины.

Изатурин поравнялся с ним. – Нам нужно остановиться на ночной отдых. Все измотаны.

Прежде чем Паксон смог ответить, сзади его окликнула Мирия. – Паксон, иди сюда! Сейчас же!

Настойчивость в её голосе не вызывала сомнений. Он оглянулся через плечо и обнаружил воительницу друида, беспомощно вставшую рядом с Карлин Рил, которая намертво застопорилась и глядела в пространство, тихо бормоча. Он поспешил к ним и склонился к провидице, пытаясь разобрать её слова.

- …приближаются. Слишком много! Звери и люди. Приближаются прямо сейчас… Бежать от них… Бежать! Их… слишком много…

Он продолжал слушать, но она просто повторяла те же слова снова и снова. Было похоже, что она в каком-то трансе, с устремлённым вдаль взглядом, указывающим, что она посреди одного из своих видений. Он отстранился, и она тут же перестала говорить. Он помедлил мгновение на случай, если она продолжит, но она не произнесла больше ни слова и даже не посмотрела на них.

- Что с ней не так? – Спросил он Мирию.

- Не знаю. Хотя это было видение. Она считает, что на нас охотятся, и похоже на то, что этот кто-то нашёл нас. Если она права, нам не стоит задерживаться и дожидаться их. Нам нужно что-либо предпринять до того, как это случится.

Он посмотрел на остальных. – Я не справлюсь с этим в одиночку. Есть ли какая-нибудь магия, способная замедлить их? Или по крайней мере замедлить их охотничьих животных? Если это Федерация, то наверняка они используют октар.

Долгий миг все хранили молчание, каждый член группы по-видимому ждал, когда заговорит кто-то другой.

Затем Изатурин спокойным и суровым голосом произнёс: -Думаю, нам придётся прибегнуть к дыму и зеркалам.

В миле позади Феро Дарз следовал за октарами и их укротителем, оставив свой пост на носу крейсера Федерации, после того как животные внезапно и неожиданно возбудились.

Это случилось спустя практически целый день беспорядочного принюхивания и снований взад-вперёд без явного признака на то, что они обнаружили что-то более интересное нежели чем норы животных. Стоя на носу воздушного корабля и обозревая их очевидную нехватку прогресса, он уже практически решился оставить это дело в пользу широкого прочёсывания впереди лежащей местности в надежде заметить добычу. Но как только октары зарычали и залаяли, он мгновенно приказал спускать корабль, чтобы он смог сбросить верёвочную лестницу и спуститься, присоединяясь к охоте. Что бы дальше ни случилось, он хотел оказаться в гуще всего. Ему никогда не удавалось позволять другим заниматься делом, оставаясь в стороне, и хоть он уважал укротителя и его животных, ему не хотелось полагаться на них без собственного руководства. Лучше ему быть прямо здесь, когда что-нибудь найдётся. Лучше если он сможет решить на месте, что нужно делать, когда приблизится время действий.