Льюфар кивнула. – Страховочная нить, - повторила она. – И она нужна тебе сейчас, чтобы искать Хрис?

- Нужна. Она необходима, если я отправлюсь на эту охоту, потому что я должен быть способен перевоплощаться во всё, что нужно, чтобы успешно найти твою подругу.

- Потому что тебе понадобятся их инстинкты и чувства, чтобы найти искомое? Потому что у них они сильней наших?

- Намного сильней.

- Но эта страховочная нить? К чему он крепится?

- Она закрепится на тебе.

Она уставилась, пытаясь пережевать сказанное им. – Ко мне?

- Всегда к другой особи, к человеку — предпочтительней к смелому и решительному. Кому-то, кто не подвергается тем же побуждениям, что и я; кто не страдает от такого-же недуга. Кому-то, на кого я могу положиться, если всё пойдёт не так.

- И ты думаешь, что это буду я?

- Думаю. В действительности, я бы поставил на это свою жизнь. – Он решался. – Как сделаешь и ты.

Она нахмурилась, вновь смутившись. – Ты намекал на это прежде. О чём ты?

- Магии, подпитывающей нить, требуется живое существо с каждого конца, чтобы добиться равновесия, о котором я говорил. Нить невидима, но формируется эмоциями и воспоминаниями соединяющихся. Соединившись, ты и я станем одним. Мы будем связаны вместе слишком многими способами, чтобы их сосчитать, если ты решишься на это. Ты разделишь мои мысли, а я твои. Ты разделишь моё эмоциональное состояние, а я твоё. Мы сможем общаться друг с другом на большом расстоянии. Когда я позволю, ты даже сможешь видеть моими глазами. Это продолжится до тех пор, пока сохраняется нить.

- Дай мне осмыслить. Пока мы будем искать Хрисаллин, мы будем жить друг у друга в голове? – Спросила она, пытаясь представить, что это значит.

- Не всё время. Только когда мы оба согласны на это. И любой из нас может оборвать её по своему выбору. В основном это будет происходить, когда и перевоплощаюсь в другое существо. Ты должна иметь доступ ко мне, чтобы помочь мне, если моя зависимость возьмёт верх. Время, пока мы едины, тем не менее будет ограничено. Есть предел тому, сколько кто-нибудь может выдержать, будучи обнажённым мыслям и эмоциям другого.

Она резко выдохнула. – Думаю, что так. Но почему это так опасно?

- Потому что ты рискуешь собой, будучи связанной с кем-то таким непредсказуемым как я. Если я окажусь слишком силён для тебя, твой собственный разум может быть повреждён. Тебя может унести со мной, затащить в моё сознание, а ты лишишься собственного. Однажды это уже случалось. Вот почему я больше не перевоплощаюсь, пускай тягу к этому едва ли можно вынести.

Она могла такое представить. Она могла представить себя такой же пустой и одичавшей, каким был он, когда впервые пришёл в Паранор — потерянной от самой себя, лишённой рассудка, в самоубийственном хаосе. Но он думает, что она выдержит. Он должен быть чрезвычайно уверен в ней, если действительно верит в это. Она же вовсе не была так уверена. Она гадала, рассматривать ли вообще подобное. Однако если она хочет его помощи, если она серьёзно настроена рисковать жизнью, чтобы помочь вернуть Хрисаллин Ли обратно, какой у неё остаётся выбор?

- Ты начинаешь понимать, о чём я тебе рассказывал, - спокойно проговорил он. Его тощие черты сжались и натянулись, и в направленных на неё глазах просматривалась печаль. - Одно дело говорить, что ты пойдёшь на всё ради своей подруги, но совсем другое сделать это. Стоит тщательно подумать на этот счёт. Если решишь отказаться от этого плана, не подвергать себя риску, я в последнюю очередь стану судить. И мне кажется, Паксон Ли будет считать так же, какая бы ни была судьба у его сестры.

Конечно, он был не прав на этот счёт. Он не понимал, через что уже прошёл Паксон, чтобы избавить Хрисаллин от махинаций Арканнена. Он практически дважды уже её лишился, и это оказывало на него опустошающий эффект. Не было причины полагать, что в этот раз будет сколько-нибудь иначе. И он может сказать, что не винит Льюфар; он в самом деле может поверить в правдивость этого. Но это никогда никуда не уйдёт. Это изменит их отношения так, что уже нельзя будет исправить.

- Ты уже проделывал это прежде с другим человеком и убил его? – Вдруг спросила она, вспоминая.

- Не так давно после пришествия в Паранор. – Он сложил руки перед собой, будто для того чтобы держаться за что-то твёрдое, пока говорит. – Это должен был быть эксперимент. Член ордена друидов вызвался стать моей нитью. Между нами создали связь, образовалась предохранительная нить, мы соединились. Я начал эксперимент с перевоплощением в другие формы. Сперва всё шло хорошо. Я не торопился; не спешил и оставался в концентрации. Сама Афенглу контролировала процесс, готовая действовать при необходимости. Когда не выявили проблем, она позволила нам продолжать эксперимент наедине.

- Однако что-то пошло не так.

- Всегда что-то идёт не так. – В голосе появилась горечь, почти перешёл на рык. – Я был доволен собой, но чувствовал тревогу партнёра. Он реагировал не так, что указывало бы на достаточную уверенность в самом себе. Я чувствовал его сомнения, ощущал колебания на другом конце нити. Я даже заговорил с ним об этом в какой-то момент, но он быстро отмахнулся от моего беспокойства. Он был хорошим человеком, но его неспособность распознать собственную слабость стала изъяном. Это стоило ему жизни. Я всё ещё помню, как он ускользает от меня, как он умирает на ногах, пока мы пытались заставить меня прекратить перевоплощения. Потому что ему не хватало силы воли для этого.

- Но ты выжил.

- Я думаю про это каждый день своей жизни. Я ответственен за то, что приключилось с ним. Я забрал его жизнь, потому что не мог контролировать свои силы. С того времени я всецело прекратил перевоплощения. Я заботился о животных и предоставлял ордену друидов свои услуги. Я остаюсь в Параноре, потому что умолял их не выгонять меня, а они посчитали нужным держать меня поблизости. Они понимали, что иначе может случиться. Но после такого никто не стал бы связываться со мной. У меня не было выбора, кроме как прекратить перевоплощаться.

Он снова посмотрел на неё. – И вот где мы сейчас, ты и я. Сейчас ты скажешь мне, что я прошу слишком многого, и я соглашусь. Мы расстанемся друзьями и пойдём своей дорогой.

Она кивнула, думая над всем сказанным им. Он пытался разубедить её. Он намеренно говорил ей повернуть, пока ещё можно. Всё же он согласился обдумать её просьбу, и рассказал ей вещи, которые можно было при этом не говорить. По крайней мере небольшая часть его хочет, чтобы она согласилась.

- С чего ты думаешь, что в этот раз связь сработает? – Спросила она. – Почему считаешь, что со мной будет иначе?

Он спешно отвернулся, после чего посмотрел вновь. – Друида, бывшего моей нитью, навязали мне; мне не дали выбора. В этот раз он у меня есть. Ты сильней. Есть некая неуверенность, но не тогда, когда ты находишься в положении риска или опасности. Думаю, ты подходишь мне. Достаточно, чтобы убедить меня сделать предложение.

- Но ты не стал бы, если б считал меня слабой? Если бы моя реакция на твой рассказ показала бы эту слабость?

Он улыбнулся, и на мгновение стал практически красавчиком. – Я нахожу тебя сильной во всех мыслимых формах. Если бы нет, то ты права — я бы вообще не стал делать предложение.

Они посидели немного в тишине, изучая друг друга. Льюфар нравилось, что он считает её довольно способной, чтобы пойти на связь. Ей нравилось, что он верит в неё.

- Но почему ты этого хочешь? Зачем рисковать собой, подвергаясь смертельной опасности? – Слова вырвались сами по себе, прежде чем она смогла лучше обдумать их. – Я спрашиваю, зачем идти на риск, когда это не твоё дело?

Его улыбка вернулась, в этот раз печальней, более робкая. – Разве не очевидно? Я несчастлив и не был таким длительное время. Я скучаю по перевоплощению. Я скучаю по этому так, как тебе не хватало бы еды, которую утаивают от тебя. Мне это нужно, чтобы чувствовать себя живым. Я не занимался этим прежде, потому что не было способа делать это безопасно. Но теперь есть ты, даёшь мне эту возможность.