Ему заплатили в этот же день и подписали передачу всех воздушных кораблей, запасных деталей и ангара-хранилища. Он сохранил свой спринт и договорился с управляющим аэродрома хранить и обслуживать тот в его отсутствие. Он рассказал маме и сестре, что сделал, но ни одна не жаловалась или высказала беспокойство. Это был правильный поступок, настаивала его мать. Лишь до того времени, пока у них есть деньги на еду, сказала сестра.
Несмотря на неуверенность в этом, он сходил к Джайет в Пивной Поток попрощаться с ней. Она была весела и спокойна до самого конца, разрыдавшись и поцеловав его, сказав ему, что будет думать о нём каждый день и сильно прижималась, пока он с трудом не отстранился от неё. Это приводило в смущение, но он считал, что она чувствует не более чем притяжение к нему из-за её участия в возвращении Хрис от Арканнена. Как бы то ни было, он пообещал, что позаботится о себе и не будет позволять себе безрассудные поступки и несмотря ни на что увидится с ней, когда вернётся навестить семью.
Вот так обменявшись прощаниями и избавившись от бизнеса, он отбыл с чувством завершённости, готовым начать заново, его будущее являлось светлой неопределённостью, соблазнящей со всем блеском и неуловимостью цветистой птичьей песни. Ему ничего не было обещано, и то, что он может приобрести из этого опыта, ещё предстояло определить, но возможности были в узнаваемых и привлекательных формах, манивших его.
Он совершил путешествие в относительной тишине, поглощённый мыслями о лежащем впереди. Себек позволил ему это, возможно чувствуя, через что тот проходит. У них ушёл весь день, чтобы достигнуть Паранора, солнце как раз садилось, когда они проскальзывали леса, окружающие Крепость, прежде чем посадить воздушный корабль на посадочную площадку. Себек отвёл Паксона в его новые покои, комнату повыше в этот раз, и заселил его. Затем он сопроводил Паксона на ужин и представил его нескольким своим друзьям – Эвелин с её лавандовыми глазами и резкими чертами; Забб Рух, пришедшем из фермерской деревни глубоко в Южной Земле под названием Тэрран, где его считали чернокнижником и даже хуже из-за его таланта к магии; и Уст Мондара, который будет инструктором Паксона по обращением с оружием.
Это последнее представление было немного тревожным по нескольким причинам. Во-первых, Уст был гномом, что означало, что он маленький, поджарый и не очень внушительный физически. Как он мог инструктировать кого-то такого большого как Паксон, как пользоваться клинками, где ближний бой необходим почти всегда, было сложно представить. Во-вторых, Уст едва удостоил его взгляда, выдав формальное приветствие и тут же вернувшись к своей еде. Он уже не понравился Паксону.
Но когда они снова оказались один, Себек сказал ему не судить гнома преждевременно. – Ард Рис могла бы выбрать другого инструктора, - сказал он высокогорцу, - но она весьма намеренно выбрала Уста, потому что он наиболее талантлив и опытен из тех, кто служит ордену. – Он помолчал. – Также ты можешь захотеть знать, что Уст менее чем восхитился назначением. Он думает, что ты не продержишься, потому что люди подобные тебе всегда верят, что магия может вытащить их из любых неприятностей и не способны сконцентрироваться на навыках, необходимых настоящим мечникам, чтобы выжить.
- Значит, он знает о мече Ли? Ард Рис рассказала ему?
- Да. Она знала, что он захочет знать, пусть это ему и не понравится. Но Уст сделает то, что ему сказали, и сделает как можно лучше. Это тебе доказывать его неправоту. Не недооценивай его. Только на свой риск.
Паксон не имел намерения судить или недооценивать кого-то, пока будет в Параноре, и просил лишь о том, чтобы ему проявляли ту же любезность. Из того что он видел и слышал пока что, он не был уверен, что это случится с Уст Мондаром.
Его заключительное представление этим вечером было высокому стройному эльфу по имени Изатурин, которой был вторым после Ард Рис и который многими считался фаворитом в её преемники. Он тепло поприветствовал Паксона, и сказал ему, что тот желанный гость, и что они все ждут его вклада в качестве паладина ордена. Он знал Ли и говорил о Выскогорьях такими знакомыми словами, что Паксон мгновенно расслабился в его присутствии.
Когда он ушёл, Себек сказал: - Он наш назначенный посол к большинству правительств и монархий Четырёх Земель. Когда Ард Рис не путешествует, что сейчас составляет большую часть времени, Изатурин отправляется вместо неё. Он умелый оратор и переговорщик, как ты мог догадаться. Его тепло принимают повсюду, и он сделал больше, чтобы принести изменения в отношения с расами, чем кто-либо. – Он помедлил. – Должно быть, ты ему понравился. Он обычно так не увлекается новоприбывшими. Мне известно, что он провёл время в Ли, поэтому может из-за этого. Для эльфа он очень открыт о своём восхищении Южной Землёй и её народом.
- Не помню, чтобы когда-нибудь видел его в Ли, но он определённо знает окрестности. Он даже знает таверну, где работает подруга моей сестры Джайет.
Себек пожал плечами. – Он знает множество вещей, которые не знают остальные. И он опытный маг, возможно лучший в Параноре. Он может совершать вещи, которые я никогда не видел, чтобы делал кто-то другой – даже Ард Рис. Он может исчезнуть, пока ты смотришь на него. Он может перемещаться на короткие расстояние через пространство, разбирая и собирая себя в процессе. – Он покачал головой. – Не знаю, как он делает даже половину из этого.
После этого он вернул Паксона в его комнату и сообщил, что вернётся за ним после восхода. – Мы воспользуемся утром, чтобы провести тур по зданиям и местности. В полдень ты начнёшь своё оружейное обучение с Устом. Лучше отдохни немного. Тебе это понадобится.
Паксон поймал его на слове и пожелал спокойной ночи. Внутри своей комнаты он встал, глядя в окно, принимая во внимание освещённые факелами каменные стены и окованные железом ворота, подсвеченные окна в зданиях повсюду вокруг, парапеты и бойницы, вздымающиеся башни и слоистые тени, покрывающие всё. Это выглядело и ощущалось таким отличным от дома, что он на мгновение почувствовал острое разочарование и внезапную тоску по дому знакомых Высокогорий.
Но момент прошёл, и он вернулся к мыслям, что случится завтра. Позволят ли ему использовать собственный меч? Или Уст будет считать его внутреннюю магию непозволительным отвлечением? Когда ему дозволят начать тренироваться с магией? Были ли там другие студенты наподобие него, другие, обладающие магией, приведённые занять ту же позицию? Соревнуется ли он с кем-нибудь?
Вопросы кружили вокруг небо подобно мотылям, привлечённым пламенем, и даже после того как он сбросил одежду и забрался в кровать, они всё ещё порхали вокруг, блуждающие маленькие надоеды внутри головы, требующие внимания.
Прошло долгое время, прежде чем он закрыл глаза, отбросил вопросы и провалился в сон.
Он проснулся на рассвете и был одет и ждал пришедшего за ним Себека. Юный друид выглядел свежо и отдохнувшим таким образом, как Паксон себя не ощущал, и как всегда он был приветлив, пока сопровождал высокогорца на завтрак, а затем начал их тур по Крепости.
Пока они двигались от здания к зданию и от комнаты к комнате, Себек не переставал бегло пояснять недавнюю историю друидов.
- Всё изменилось с обрушения Запрета и набега демонов в Четыре Земли, - сказал он Паксону. – Четвёртый орден друидов был практически истреблён, все были убиты за исключением Афенглу Элесседил и дворфийки по имени Сирша. Когда Запрет был восстановлен и сбежавшие твари снова взаперти, эти двое были всем что осталось. Орден практически развалился. Но Афенглу выбрала вернуться, чтобы стать Ард Рис, пускай и имела сомнения в этом. Её эльфское наследие усложнило ей выбор. В тот момент эльфы как не доверяли друидам, так и не поддерживали их. Любой из Западной Земли, присоединявшийся к ордену, становился чем-то вроде изгоя. Так случилось с Афенглу даже прежде, чем она стала Ард Рис и организовала работы по восстановлению ордена.
- Но она сильно переживала по этому поводу. Её младшая сестра, Арлингфант, стала новой Элькрис, и она верила, что её собственная жертва должна быть по крайней мере не менее значительной. Таким образом с Сиршой и оборотнем по имени Орианта она отстроила остатки четвёртого ордена друидов. Впоследствии она незамедлительно начала разыскивать новых членов, путешествуя вдоль и поперёк по Четырём Землям, чтобы найти подходящих кандидатов для обучения. Удивительным образом их оказались десятки. Но по началу она держала число небольшим, выбирая только тех, кто имел природную предрасположенность или непосредственно владел магией. Она восстанавливала орден медленно и заботливо. Затем она обратилась ко всем правительствам и правителям Четырёх Земель с просьбой об их поддержке. Некоторые свободно её предоставили; другие нет. Довольно интересно, что это тролли и дворфы оказывали наибольшую поддержку в первое время. Эльфы оставались сдержанными, хоть Ард Рис была Афенглу, а её дядя Королём эльфов.
