Дурак! Сам сунул голову в осиное гнездо. Придется расхлебывать. Данилов и компания решили использовать магов в своих целях, приручить или пленить. И ты первый, Саня. Надо выбираться, иначе жизнь сведется к ежедневным опытам, промыванию мозгов и зомбированию. Угораздило… Ничего, прорвемся! «Храмовцы» слишком уверены в себе. Рано или поздно совершат ошибку. Ты проиграл битву, но война еще впереди.
Ожидание изматывало. Заснуть бы, но мешал холод. Тело промерзло до косточек. Кровь загустела, с трудом пробиралась по венам. Скоро придется снова вставать, прыгать и приседать. Иначе околею и, правда, засну. А проснусь или нет – не известно. Пожить еще хотелось. Я не из тех унылых дураков, что рассуждают о бренности существования, мимолетности жизни. И философствуют: мол, смерть неизбежна, зачем стараться и дергаться? Давайте устроим праздник, оттянемся по полной. А потом переродимся и снова по кругу. Но я знаю, что смерть – ничто. Не будет моих мыслей, тела и разума. Душа?.. А что она такое? Ни пощупать и не потрогать. С того света еще никто не возвращался. Потому жить надо с осознанием того, что когда-то умрешь. И часики тикают… Надо успеть за положенный срок чего-то достичь, оставить след если не в истории, то в памяти родных людей.
В душе расплылось серое озеро тоски. Я ощутил себя букашкой в сравнении с Мирозданием, Вселенной, даже нашим маленьким и не очень уютным миром. Перед воображением раскрылись просторы космоса, мириады миров, невидимые силовые поля, энергии… И я… мелкий и тщедушный, муравей или мошка. И хотя уже непростой человек, маг… но все равно страшно. А что магия?.. Разве помогла сбежать от недругов, спасла от удара ведьмака? Нет… Значит, и на нее полагаться не стоит.
Разум расслоился, начал тухнуть, падать в объятия вечной темноты и холода. Я не препятствовал. Сил на то, чтобы бороться не осталось. Растворюсь…
Внезапно издалека долетели посторонние звуки. Измученный мозг долго анализировал, гонял по извилинам, словно древний слабосильный компьютер. И наконец, выдал результат. Сигнал от мозга бесконечно долго шел по нервам. Заставил пробудиться от холодного забытья. Сердце забилось быстрее, нагрело и разогнало кровь.
Я сел и прислушался. Уши различили тихий скрип, словно когтями по камню. Я повертел головой, пытаясь определить, откуда исходит звук. Если чувство направления не подвело, то шуршало за решетчатым окошком у потолка. Я насторожился. Долгую минуту ничего не происходило, а потом раздалось до боли знакомое мяуканье. Звонкое и требовательное, укоряющее.
– Багира? – изумился я.
В душе вспыхнула надежда. Я глупо и счастливо улыбнулся, медленно встал на ноги. Тело занемело так, что любое движение отдавалось болью в мышцах. Я упустил момент, когда начал замерзать и едва не потерял сознание. Но мяуканье стало проблеском света в царстве тьмы. Вырвало из цепких когтей холода, вернуло к действительности.
Я шагнул к окошку, протянул руку. По пальцам прошлись жесткие усы и мягкая холодная шерстка, усыпанная мельчайшими капельками воды, в кожу потыкался мокрый нос. Я по привычке погладил, подтянулся на носках и почесал за ухом. Кошка мяукнула, громко замурлыкала. В темноте блеснули загадочные зеленоватые глаза.
– Багира, – пробормотал я, не в силах справится с удивлением. – Как ты меня нашла?..
– Как-как… – раздался ворчливый голос. – По запаху. Мышатница – умная животина, сразу привела к тебе.
– Елистрат? – обомлел я.
Ноги ослабели, подкосились. Я едва не рухнул на пол. Прислонил голову к стене и мысленно поблагодарил судьбу за подарок.
– А то кто же! – ответил домовой, добавил сварливо: – И куда тебя понесло, молодец? Жить надоело? Теперь спасай, выручай из полона… Не стыдно? Обманул старика, не прислушался к совету доброму…
– Прости, Елистратушка, – сказал я с искренним раскаянием. – Дурака могила исправит.
– Проучить бы тебя, – проворчал домовой. – Да что ж поделать… Не оставлять же извергам на поругание.
– Но как? – помрачнел я. – Дверь заперта, а магией я пользоваться не могу. У них тут какое-то поле или излучение. Волшебство рубит на корню. Елистрат, лучше отойди подальше. А то вдруг и тебя зацепит. Мне конечно приятно, что отыскали. Но ничем помочь не сможете, так что бегите. Домой не возвращайтесь, в Славгороде высший демон. Предупредите Вадима и дуйте в лес. А там может, выйдете на какой-нибудь город или деревню, найдете новых хозяев. Если повезет, отыщу вас.
Я покачал головой, тяжело вздохнул. Потянулся и еще раз погладил кошку. Багира просунула голову сквозь прутья, терлась о ладонь. Мурлыкала с затаенной нежностью, легонько покусывала пальцы. Рядом с ней послышалось шуршание, я почувствовал дуновение ветерка. Домовой подобрался чуть ближе. Жаль не видно ничего. Так хотелось посмотреть на нежданных, но приятных гостей.
– Ты меня поражаешь, – фыркнул Елистрат. – Неуч! Силушки не занимать, а разумом боги обделили. Неужто думаешь, что я ехал на мышатнице через все городище только чтобы тебя оплакать и попрощаться?
– Не понял, – произнес я и мотнул головой. – На что ты намекаешь?
– Не намекаю, – фыркнул Елистрат. – Дело говорю. Спасать тебя будем!
– Как? – удивился я. – Говорил же – магией не воспользуешься, дверь заперта… А пролезть сквозь прутья не получится. Я не такой маленький как ты.
Снаружи раздался сдавленный кашель и тихие ругательства. Домовой виртуозно костерил меня на все лады. Распекал за сумасбродство, глупость и неграмотность. Исчерпав запас ругательств, успокоился и сказал сердито:
– Хватит животину баловать! Давай сюда руку! Давай-давай!..
Я пожал плечами, но послушно протянул ладонь. Раздался шорох, топот маленьких ножек. По коже мазнули жесткие волосы. Домовой весил не больше пушинки и то лишь благодаря длинной рубашке, сшитой из цветных лоскутков. Елистрат ловко сбежал по руке, забрался на плечо. Щеку пощекотала борода, ноздри уловили запах пыли и терпкой горечи.
– Теперь слушай сюды, – решительно произнес домовой. – И не перебивай. Я уведу тебя по Тропе, выйдем где-то на улицах. За мышатницу не беспокойся, будет ждать дома. Если не доберемся, то сбежит из города. Правда, животина?..
– Мяу! – подала голос Багира.
– Молодец! – одобрительно проворчал Елистрат. – Если бы еще мое молоко не пила, то золотая скотинка…
– Постой! – забеспокоился я. – Что за Тропа? О чем ты говоришь?..
Домовой поерзал на плече, дернул меня за ухо.
– Тропа и есть Тропа… – ответил он неохотно. – Наша, домовячья дорожка. Такими ходим в гости друг к другу. Перебираемся в другой дом, если старый рушат, а подходящей мурлыки под рукой нет…
– Причем тут кошки? – воскликнул я, потрусил головой в изумлении. – И вообще – объясни понятно, а то темнишь.
Холод стал нестерпимым. Икры потеряли чувствительность, кости заныли. Я отошел от стены, начал растирать руки и ноги.
– Кто тебя грамоте учил? – буркнул Елистрат. – Неужели не знаешь, что домовые в жилище на кошке въезжают? Превращаются в блоху и в шерстке прячутся. Потому и обычай у вас, у людей издавна – в новый дом первой мурлыку впускают. А Тропы наши… кгхм… как тебе сказать, чтоб ученым языком… Как туннели в пространстве, вот. Заходишь с одной стороны, выходишь с другой…
– Порталы! – воскликнул я. – А как же магия? Она тут не действует!
– Да, порталы, – важно сказал Елистрат. – Слово-то, какое мудреное и красивое… Пор-тал. Надо запомнить… Ты еще не так силен, молодец. Тропка выдержит, не проломится. А насчет волшбы не беспокойся. Тебе просто разум туманят, дабы сбежать не смог.
– А если не выдержит? – засомневался я. – Тогда что?
– Лучше тебе не знать. Испугаешься, – хихикнул домовой, но тут же посерьезнел и вновь требовательно подергал за ухо. – Садись на колени и ползи к стене!
Я задумался. Единственный выход… Если не воспользуюсь, то сгнию в застенках «ХраМа». Вот тот шанс, о котором молил. Но страшновато. А вдруг Елистрат ошибся и меня разорвет на атомы?
Домовой правильно понял смысл паузы, сердито запыхтел, дунул в ухо.